Список контактов Ёри Восемь

Глава 9

Он произнес это так, как будто слова могли что-то изменить во мне. И я замерла, ожидая: вот-вот внутри что-то дернется, вернется память, и я пойму… Так, стоп, что именно я должна вспомнить? Свою эсперскую жизнь? Идиотизм.

Первым моим порывом было рассмеяться, ведь какая я ему могла быть Ёрдис, да еще и любимая. Да, притяжение у нас с ним было, спорить нечего, но я — человек, медосмотры тому доказательство, а он — эспер. Мы друг друга встретили недавно, и недели не прошло. Но я на всякий случай спросила:

— Ялмари, ответь честно. Ты ведь не человек, да? Тебя принесло вместе с остальными эсперами Искажением, да?

— Да, ты права, — растерянно ответил он, видимо, ждал от меня другого. Может, я должна была броситься ему на шею? Хотелось бы, потому что привлекательная шея, как ни крути, но нет, так не работает. Возможно, сработало бы года три назад, когда я вышла из леса без памяти. Тогда можно было меня убедить в чем угодно. Я бы поверила, что чья-то любимая Ёрдис. Но пролетали дни, никто меня не искал, и жизнь шла дальше своим чередом. Работа, дом, булочки.

Я приложила ладонь к его щеке — гладкая, ни следа щетины, у эсперов не росли бороды. Ялмари улыбнулся, чуть повернул голову, прижался губами к моему запястью. Это ощущение было приятным, если сильно-сильно сосредоточиться на нем, то можно было подумать, что я почти знаю его. Воображение у меня хорошее, заставить себя поверить в это я бы могла. Но ложь не стала бы от того менее лживой.

— Зачем ты издеваешься надо мной? — спросила я, улыбаясь.

Ялмари вздрогнул и медленно отстранился.

— Что? Нет… — мотнул он головой. Но я уже встала из кресла.

— Ёрдис, послушай. Мы так ждали… — попыталась обратиться ко мне женщина, имени которой я не знала. Я повернулась к ней и пожала плечами:

— Кто вам всем эта Ёрдис? Дочь? Внучка? Племянница или просто родственница? — я указывала на них пальцем.

— Сестра, старшая, — исправил меня Эльяс. — И жена Ялмари.

— Даже жена, — кивнула я, благодаря за информацию, и повернулась к остальным. — Я, конечно, соболезную вашей утрате, но не позволю над собой издеваться. Да, у меня нет памяти, но это не значит, что я должна поверить в любую ересь, которую вы мне хотите рассказать. К тому же я человек и всегда была человеком. Даже если у меня и есть родственники, то это не вы. Так что прощайте.

— Мы еще увидимся, — сказала Иррис.

Что ж, она была права, пока рядом со мной Аника, от эсперов никуда не деться. А молнии… Дно! Я хотела разобраться с молниями, но это «Ёрдис» меня так выбесило, что перед глазами потемнело. Это «Ёрдис» звучало, как если бы они действительно были в моем прошлом. Бред, какой же бред!

— Всенепременно, — хмыкнула я, предпочитая оставить за собой последнее слово, и добавила: — Возле окна можно было и не стоять. Что бы вы мне ни сказали, оно не заставит меня выброситься из окна. Я люблю себя живой.

— Ёри, подожди, пожалуйста, — услышала я слова своего «мужа», но дверь уже захлопнулась. В коридоре было тихо, я слышала, как где-то в соседних комнатах Аника о чем-то болтает и смеется, отвечал ей уже знакомый девчачий голос. Пусть смеется, ей это только на пользу, слишком многое за эти дни ей пришлось испытать. А мне сейчас нельзя показываться ей на глаза, улыбнуться я бы не смогла.

Я дернула первую попавшуюся открытую дверь и попала в туалетную комнату. Обычные кабинки, ряд умывальников, зеркало отразило мое растерянное усталое лицо, растрепанные волосы и общее отвратительное состояние — серую кожу, бинты на руках, одежду новую, но не мою, сидящую на мне не так, как я привыкла. Чужая жизнь. Я впилась пальцами в белую столешницу, наклонилась вперед и уткнулась в холодное зеркало лбом. Стало чуть лучше. Голова горела, в груди болело, глаза пекло, а кожа на руках зудела — жизнь казалась паршивой донельзя. Но это не конец, всего лишь неприятный день, неприятный разговор. Просто нужно взять себя в руки.

Хлопнула дверь, и внутрь еще кто-то зашел. Первым моим порывом было забежать в ближайшую кабинку, влезть на унитаз и спрятаться. Но это не в моем стиле, так что я сжала сильнее зубы и приготовилась.

— Мы не договорили, — сказала Иррис.

— А ты явно не знаешь, когда стоит оставить человека в покое, да? — резко ответила я. Помнила же, как по-доброму ко мне отнеслась эспер, но все перечеркнул сегодняшний разговор.

— Знаю, но это не тот случай, — она прислонилась к стене и сложила руки на груди. А мне оставалось либо выбежать из комнаты, либо продолжить то, чем я занималась. Я выбрала последнее, набрала в ладонь воды и умылась, охлаждая лоб.

— Хочешь продолжить собрание здесь? — хмыкнула я.

— Нет, здесь только я, — вздохнула Иррис. — Если, конечно, ты не хочешь, чтобы тебя хватали за руки и ноги, уговаривая остаться.

— А ты не будешь, значит?

— Не буду, понимаю, что бесполезно. Надо было слушать голос разума, а мы преждевременно обрадовались. Но когда ожидание слишком долгое, а надежда все призрачнее, потом сложно себя сдержать…

— Зачем я тебя слушаю сейчас? — вздохнула я, снова прикладывая к голове мокрую ладонь. Что-то мелькнуло на периферии зрения, я машинально вскинула руку и поймала полотенце. Да, с ним действительно было лучше. Иррис заслужила мой кивок.