Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Глава 2

Полгода назад

Потерянное сознание резко вернулось, но неприятное чувство тошноты не покидало. Казалось, словно меня через мясорубку пропустили. Голова то и дело разрывалась от боли, а непроглядная тьма не желала рассеиваться перед глазами. Вдалеке слышались незнакомые голоса людей, смысл разговора которых постоянно ускользал. Я лишь четко ощущала, как меня куда-то переносят и тихо шепчут на ухо, словно баюкают, и укладывают на мягкую поверхность.

Тяжесть неподъемного тела была уже привычным явлением, однако новое чувство давления сверху, не могло не вызывать опасений. Создавалось впечатление, словно на меня упала бетонная стена, которая решила раздавить и без того искалеченное тело. Хотелось, что есть мочи закричать, попросить о помощи, но губы оставались равнодушно немы.

Чувствуя отвращение к себе от беспомощности, я ощутила слезы на щеках, но и те не имела возможности самостоятельно стереть с лица. Руки, как и тело, были обездвижены и тяжелы, словно и вовсе не принадлежали своей хозяйке. Когда отчаяние и боль практически полностью поглотили, тьма сжалилась и накрыла меня своим покровом, спасая от пугающей реальности. Мое сознание вновь отключилось.

Я не понимала, что со мной происходит. Я совсем потерялась во времени и пространстве. Неужели наступили те самые осложнения, о которых ранее предупреждал врач? Последней моей мыслью было то, что все стало намного хуже и мне недолго осталось мучиться, учитывая мое нынешнее состояние здоровья.

Сознание вернулась так же внезапно, как и отключилось. Распахнув глаза, первое, что я увидела, белоснежный потолок над головой. Осмотревшись по сторонам, заметила на периферии белые не то стены, не то тканные перегородки. Былое чувство тяжести покинуло меня, я больше не чувствовала себя узницей в собственном теле.

Открыв глаза, я обнаружила, что лежу на узкой кровати, рядом с которой суетится пожилая женщина в светлой униформе, со смешным чепцом на голове. Судя по всему, она работала либо медсестрой, либо сиделкой, но я не помнила, чтобы видела ее ранее. Но новое лицо было вполне нормальным явлением. Я уже и не помнила, сколько по времени находилось в больнице, пребывая в таком состоянии. Однако палата не походила на ту, что я видела в прошлое свое пробуждение. Возможно меня и вовсе выписали или родители переведи в другое медучереждение. Нужно обо всем разузнать у человека, что находится рядом со мной.

Вновь посмотрев на женщину, заметила, что она неспешно переставляет непривычные взору бутылочки и маленькие флакончики на прикроватной тумбе. Закончив с этим делом и собрав часть из них на поднос, незнакомка перевела свой взор на меня и, всплеснув руками, воскликнула:

– Наконец-то, Кларочка, ты пришла в себя! Какое счастье!

Поначалу ее фраза показалась непонятной и несколько смазанной, смысл которой я поняла с некоторой заминкой. Когда я переварила услышанное, то очень удивилась сказанному.

Тем временем она продолжила что-то спешно говорить, закончив тем, что сейчас позовет лекаря. Проводив женщину взглядом, я все думала над странностями происходящего. Непривычная речь и запоздалое понимание сказанного несколько пугали. Неужели я повредила голову? Раньше у меня подобных проблем с пониманием речи не возникало. И тут я резко вспомнила.

Вспомнила, как попала в больницу после автокатастрофы. Как услышала приговор врачей о том, что не смогу больше ходить, ведь серьезно пострадал спинной мозг, а сам позвоночник собирали воедино чуть ли не по крупицам. Только помощи от этих воспоминаний не было никакой в данной ситуации. Перед глазами вновь всплыли слезы родных, слушавших информацию врачей об еще нескольких предстоящих операциях и длительной реабилитации, мое дикое отчаяние и нежелание жить. Были и другие обрывки событий, которые как дымка рассеивались в моем сознании.

Резко сев в постели, я взволнованно начала ощупывать свои нижние конечности руками и со страхом попробовала подвигать пальцами на ногах. И слава богу, они пошевелились. Погладив свои колени, я свесила ноги с кровати и хотела встать на пол, но кровать почему-то показалась такой высокой, что до пола мои ступни никак не хотели доставать. Только благодаря этому я заметила странность и некую неправильность в собственном теле.

Еще раз я внимательно осмотрела свои руки, ноги и осознала, что они не мои! Как и это тело, что принадлежало… ребенку! Слишком худые и маленькие ручки и ножки, которыми я двигала, как своими, были послушными и не испытывали той боли, что мучила меня ранее. Крохотные детские пальчики заканчивались аккуратно постриженными короткими ноготками. Проведя ладошками по грудной клетке, я заметила светлые локоны волос, свисающие на груди и плечах этого ребенка. Я точно помнила, что моим природным оттенком волос был темно-каштановый.

До конца разобраться в происходящем я не успела. В палату вернулась недавняя женщина, которая привела за собой седовласого старичка с приятной улыбкой. Видно им и был тот доктор, за которым поспешила сиделка. Он по-отечески улыбнулся мне и сказал, немного попеняв:

– Ну и напугала ты нас всех, Клара. Разве так можно? О тебе все очень волновались. Но не переживай, мы тебя быстро на ноги поставим! Как себя чувствуешь? Что-то беспокоит?

Пожилой мужчина стал меня осматривать, но очень странно. Этот врач не просил снять одежду, даже руками ко мне не прикоснулся. Только проводил теми над моим детским телом, от которых я почувствовала приятное тепло.