Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Глава 8

Вновь непрошенный дождь перенасытил клумбы влагой, благодаря которому сорняки с новой силой начали буйствовать. Я сокрушался тому, что опять потрачу куча времени и сил на прополку растений. Не сказать, что меня сильно угнетала работа в саду, но и не особо радовала перспектива провести в нем безвылазно большую часть времени, которую я мог бы провести с господином Вольдемаром.

После обеда смотритель уехал со своим темным гостем навестить Вайлиса, а мне на попечение оставили девчонку. После той внезапной встречи в коридоре ранним утром, все оставалось на удивление спокойно. По всей видимости Клара никому не рассказала об увиденном, однако мое мнение на ее счет не изменилось. У меня не было причины ненавидеть или любить ее, но почему-то и нейтралитет давался с трудом. Возможно дело было в том, что я просто не умел ладить с детьми.

Пропалывая грядку с клубникой, я услышал позади себя тихие шаги, а потом услышал озадаченный голос ребенка:

– Ничего себе, сколько тут мокреца! Знатно ягоду затянуло. Если бы не знала, что это сорняк, подумала бы, что ты специально тот выращиваешь. Если ты не против, я помогу с прополкой. Надоело за книжками сидеть. Харуны сейчас нет, а без него скучно заниматься учебой.

– Не нужно, сам справлюсь, – буркнул я, краем глаза посмотрев на эту соплячку, что невольно вызывала злость в душе. – Потом еще скажет твой темный, что эксплуатирую его питомца. Пардон, опекаемую.

– Да брось, никто ничего не скажет! Я ведь сама вызвалась в помощницы, – не обращая внимания на мой сарказм и недовольный тон, заверила она, склоняясь к земле рядом со мной.

Этот настойчивый ребенок пробыл со мной в саду несколько часов подряд. За работой я и сам не заметил, как пролетело время, а когда очнулся, уже вернулись смотритель с Калахайри-рэном. Закончив с прополкой очередного участка, девочка попрощалась со мной и удалилась вслед за пришедшим опекуном, а Вольдемар подошел ко мне, проводив ребенка взглядом.

– Не даром говорят, что совместный труд объединяет! – произнес он с задором и, наклонившись, смахнул с моих глаз выбившиеся волоски из пучка.

– Эта ваша Клара, тот еще приставучий репей! Я честно пытался ее прогнать, но она… – жаловался я на несносную девочку, а сам в душе радовался вниманию Вольдемара.

– Она хочет с тобой подружиться. Это уже все в доме поняли, один ты как бука сторонишься ребенка. У вас возникло какое-то недопонимание? Может я могу…

– Все нормально, – отмахнулся я, поднимаясь с колен. – Это не стоит твоего внимания. Лучше расскажи, как вы съездили? Надеюсь, этот темный вам не докучал?!

Язык темных был очень сложен в изучении и понимании, но я не хотела сдаваться и каждый божий день тренировалась в написании этих букв-закорючек. Постепенно начало получаться и спустя несколько недель стали сносно выходить буквы. Тяжелее шло чтение, а точнее произношение. Произношение слов имело шипяще-рычащие звуки и тона, а потому плохо поддавалось воспроизведению. Слава богу перевод шел легче, хотя и с ним возникали свои проблемы. Некоторые буквы походили одна на другую и значение слов, а за ними и фраз, не всегда удавалось правильно понять. Видя, что я испытываю трудности, Харуна предложил отложить изучение языка до лучших времен, но я уперлась и продолжала эту орфографически-лексическую войну.

Видя мои пыхтения, темный по-доброму смеялся и помогал как мог, подолгу повторяя произношение букв и слов. Что касалось наших личных взаимоотношений, то здесь было полное взаимопонимание. За неполных два месяца я привязалась к Харуне. Хотя вру... Я привязалась к нему давно, еще до переезда в общежитие синов.

Порой я сама пугалась наших отношений и не могла те классифицировать. Мы могли подолгу валяться на его кровати в обнимку с книгами, а потом вместе засыпать. Он заботился обо мне, искренне переживал и помогал с трудностями, был терпелив с обучением. Такое отношение не могло не подкупать. Я видела, что Харуна делает все это, потому что сам того желает, а не по принуждению. Да и мог ли кто-либо принудить этого темного к тому, что он не желал? Мы стали близкими друзьями и, наверное, семьей. Он первый из темных, кому я смогла по-настоящему довериться. Конечно, я не забывала, что мы разных рас и у нас невольно, но есть секреты друг от друга. И это воспринималось мной спокойно. Я доверяла ему, хоть до конца и не была уверена, можно ли это делать. Оставалось лишь надеяться, что я не ошибаюсь на его счет и в конечном итоге моя открытость не принесет мне боль.

Что касалось отношений с Каролем, они все же наладились после откровенного разговора с этим парнем. В тот день я пришла в сад, помочь ему с очередной прополкой растений. Он долго прогонял меня прочь, но потом махнул рукой и дал свободу действий.

Тогда мы провозились почти до вечера, но смогли многое сделать. Я не ждала похвалы от этого несколько заносчивого человека, но он сказал мне тогда скупое «спасибо за помощь, но я бы и сам смог», и я поняла, лед тронулся. На следующий день мы повторили свой садовый марафон. На те дни я попросила у Харуны выходные от учебы, сказав, что это важно для меня. Темный не стал возражать, хотя прекрасно понял мои замыслы, судя по его недовольной моське. Не нравился ему Кароль и все тут. Может Харуна просто в курсе чувств парня к смотрителю, потому так и кривится. Но напрямую я спросить не могла, по объективным причинам.