Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Глава 16

Открыв глаза, я вновь зажмурилась и постаралась проморгаться, но от моих действий кардинально ничего не изменилось. Главным потрясением для меня, после перехода на другую сторону, явилась темнота, что окутала окружавшую нас местность. Видимость сохранялась разве что на расстоянии вытянутой руки. По периферии едва-едва виднелись облики то ли от деревьев, то ли от построек, но я не была в том уверена. Сумрак земель темных вызывал неприятные пугающие ощущения.

Крепко сжав руку своей проводницы, которая ничуть не была удивлена неприветливой тьмой, я с напряжением спросила:

– Кайра, здесь еще ночь?!

Темная зажгла магический огонек, осветив тем самым место нашего нахождения. С его помощью я смогла рассмотреть грунтовую дорогу под ногами, которая убегала вперед и терялась вдали пугающей темноты. На обочине дороги и правда расположились деревья разных видов и высот. Больше мне ничего не удалось рассмотреть с помощью огонька своего сина.

– Нет, сейчас раннее утро. Часов восемь или девять на вскидку, – уверенно заявила Кайра.

– Эээ… И это раннее утро? А во сколько обычно встает солнце? – двинувшись вслед за девушкой, полюбопытствовала я, все еще озираясь по сторонам.

– Не знаю, говорил ли тебе Калахайри-рэн, но световой день у нас короткий. Раннее утро приходится на период с восьми до десяти, и оно как сейчас темное. Отрезок с десяти до трех часов считается днем. В это время земли будут освещены солнцем, как у вас в Леаре. Правда оно светит по-разному в каждой местности. Обычно дни в Варуне туманны. Но в резиденции Снежных пиках Лотоса днем очень светло. Наша местность преимущественно гористая и очень красивая, – с восхищением рассказывала Кайра о родных краях, а потом продолжила разговор о световом дне. – После трех вновь становится темно и так до начала следующего дня. Условное деление времени таково, что с трех до восьми — это вечер, а все остальное уже ночь, до наступления следующего утра.

– Ясно, – стараясь переварить услышанное, кивнула я и продолжила расспросы. – Но как же вы живете в такой темноте? Как существует ваше население и как работает при таком коротком световом дне? Или все спят и оживление происходит только на время восхода солнца?

– Нет конечно, – усмехнулась темная, слушая мои нелепые предположения и продолжила объяснения. – Мы сейчас с тобой на заброшенном тракте, потому здесь так темно. Но в городах и поселениях в темное время суток все освещается магическими огнями. На самом деле, это довольно красивое зрелище. Что касается нашего народа, оно уже давно поднялось и работает до официального наступления ночи, то есть с восьми утра до восьми вечера. Когда мы перенесемся в Снежный город, ты сама в этом убедишься, – охотно рассказывала девушка, бодро шагая по дороге.

– Кайра, ты так спокойно обо всем мне рассказываешь, – подметила я, немного отойдя от первого услышанного потрясения. – Я ведь человек и…

– Ты подопечная моего господина! Неважно человек ты или темная. К тому же ты мой друг. Я не забыла, как ты помогала мне первое время в Леаре. Так что я могу представить, как тебе сейчас не по себе в этих чужих землях. Но ты привыкнешь. Уверена, тебе понравится в Варуне. Главное, ничего не бойся. Я и Калахайри-рэн не дадим тебя в обиду. И ты можешь задавать мне любые вопросы, даже если те кажутся тебе глупыми.

– Хорошо. Спасибо тебе, Кайра.

Ведя за собой этого ребенка, я не слукавила. Клара и вправду стала моим другом. Да, поначалу у нас были разногласия и недопонимания. Когда я приехала в общежитие господина Вольдемара и поняла, чьим именно сином мне предстоит стать, была в недоумении. В душе поселилась обида и негодование на Калахайри-рэна.

Я не понимала, как господин мог так со мной поступить?! Ведь он знал, что я не лажу с детьми, но все равно выбрал меня нянькой для этой мелкой человечишки. Я уже молчала про то, что я была профессиональным наемником и вторым помощником господина. Как я могла докатиться до такой убогой миссии?! В душе я категорично отказывалась воспринимать этого человека своим рином и исполнять ее капризы, которые, я была уверена, скоро последуют.

Какого же было мое удивление, когда эта кроха заговорила и с равнодушием отказалась от моей кандидатуры. Как она могла так пренебрежительно поступить, отказавшись от меня, от лучшего воина Дома наемников?! Меня жутко раздражала эта девчонка и ее непослушание, хоть понемногу я и начинала понимать, что она другая. Объективно она отличалась от детей ее возраста. Кроме отказа принять меня своим сином, я не заметила, чтобы Клара еще как-то капризничала. Все чаще я замечала, как стойко она отстаивает свое мнение в разговоре с другими и кажется рациональным ВЗРОСЛЫМ человеком. В заблуждение вводил и ее взгляд, настолько осмысленным и решительным он был. Я все больше начинала сомневаться в ее истинном возрасте. Я не могла принять очевидное, что этой крохе всего семь лет.

Чуть позже у нас со смотрителем состоялся разговор. И то, что он поведал о девочке, заставило меня пересмотреть ситуацию и свое поведение. Но катализатором нашего сближения стало отнюдь не сочувствие или жалость. Внутри невольно зародилась капля восхищения этим ребенком. И с каждой последующей фразой, что она говорила, проведенными днями вместе, я поняла, что Клара особенный человек. Я начала понимать, что в ней привлекло моего господина и почему он доверил мне ее безопасность. Ведь рассуждения девочки ее возраста не могли не восхищать, а сила воли и тяга к изучению нового, не будоражить сознание окружающих.