Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Глава 28

Жизнь продолжалась в ритме летящего танца, поэтому не было времени заскучать или похандрить. Само собой выходило так, что все свое учебное и свободное время я проводила в компании нового сина, к присутствию которого уже привыкла. И надо признать, благодаря ему я продвинулась и с магическими плетениями, и с тренировками на клинках.

Биферту отметил, что скорость моих плетений возросла, как и время концентрации. Методика "рваного" плетения менталов Леары тоже неплохо изучалась. Сказать по правде, она была намного легче, чем у темных. В душе я радовалась тому, что хоть что-то, но дается мне легко.

Что касалось наших межличностных отношений с Биферту, они устаканилась и "терки" между нами прекратились. Я перестала опасаться и шарахаться от его магии. Как уже упомянула, мы много времени проводили вместе, хоть по-прежнему и жили каждый в своей комнате. Но несмотря на постоянное общество друг друга, наше общение в основном сводилось к моей учебе, закупке продуктов для готовки или совместным тренировкам. Большую часть времени темный молчал, но его молчание перестало тяготить и напрягать. Я приняла тот факт, что Биферту по природе своей больше интроверт-флегматик и была рада уже тому, что он не оставляет мои вопросы без ответов. Но все же без повода старалась к нему не лезть.

За первое полугодие, на втором году обучения в академии, мне удалось всего пару раз посетить Вольдемара. Первое время мужчина волновался за меня и переживал, как я уживаюсь с Биферту. Но видя, что у нас все нормально, успокоился. От Харуны было всего несколько писем, но коротких и больше по делу. Я не обижалась на опекуна и продолжала делать все от меня зависящее в академии магии.

Жизнь била ключом и ничего непредвиденного не происходило. До одного случая, благодаря которому я узнала, что мой син оказывается не такой равнодушный и спокойный, каким кажется на первый взгляд.

Незадолго до полугодовых экзаменов, мы сдавали очередные нормативы по физподготовке в спортивном зале. Те напоминали наши земные, но были чуть сложнее. Для парней была подготовлена полоса препятствий, для девчонок – изнурительные комплексы вне "полосы". Для меня выполнение упражнений уже давно не представляло большого труда, ведь каждодневные тренировки ощутимо закалили мое тело. И пусть на вид я все еще казалась хрупкой девчонкой, но определенная сила имелась. В особенности, сила воли, которая уже стала неразрывной частью моей личности.

В тот день мы сдавали зачет параллельно с пятым курсом менталов. Старшекурсники расположились на одной половине зала, мы на другой. По очереди девочки нашего потока сдавали нормативы, после чего уходили на скамейку отдыхать.

Я довольно быстро прошла и сдала почти все упражения, впереди оставалось выполнить последнее задание. Им были прыжки через брусья, на манер наших прыжков через "козла". Для меня данное действие никогда не являлось сложным, однако на сей раз возникли трудности.

Отдохнув от сдачи бега, я двинулась к последней на сегодня станции. Как обычно я стала разбегаться перед прыжком и только в полете почувствовала, что со зрением стало происходить неладное. В глазах резко потемнело, словно черную пелену сверху набросили. Однако проблемы возникли не только с глазами. Стало казаться, словно я лечу не над дорожкой, а преодолеваю клейкий кисель, из-за которого мои запланированные движения изменились и стали неловкими.

Что произошло дальше, догадаться несложно. Если бы впереди была только дорожка, просто приземлилась бы, ударяясь о пол или рядом стоящую стену. Но я приближалась к деревянным брусьям, в которые и влетела со всего размаху, несмотря на замедление из-за "киселя". В момент удара я почувствовала ужасную боль, что незамедлительно стала разливаться в области правого бока и соименной руке. Дымка в глазах уже испарилась, словной той и не бывало, а к ногам вернулось управление, только смысла в том было мало.

Кряхтя, я перевернулась и осмотрелась вокруг, не до конца понимая, что произошло. Мои сокурсники стояли в оцепенении, глядя на меня, и не знали, как поступить, а вот стайка девушек с пятого курса, что были на значительном удалении от меня, вели себя оживленно и даже смеялась. Я сразу поняла, кому обязана своим временным помутнением. Не верила я в такие случайности.

Благодаря ребятам с потока, что помогли мне добраться до лекарского крыла, остаток занятия я отдыхала в постели, под действием обезболивающих, думая об произошедшем инциденте. Слава богу, внутренних повреждений я не заработала. Преподавателю я сказала, что случайно упала, почувствовав себя плохо. Он конечно поругал за то, что заранее не сообщила о плохом самочувствии, но все же поверил и даже зачет поставил.

Я пока не была всесильна в магии, но понимала, что подверглась какому-то магическому воздействию. Но вот истинной причины не понимала. Мой курс точно бы на такую подлость не пошел. Я хорошо училась и многим помогала с учебой. И хоть и была заместителем старосты, никого никогда не палила за нарушения правил. Причин так мерзко гадить у сокурсников просто не могло быть! А если подумать на ребят с пятого... Какая им выгода меня калечить? Из них я толком никого не знала. Но мои размышления были прерваны стремительно заходящим в палату Биферту. Честно говоря, я немного струхнула, увидев своего сина.

Опасный хищный блеск глаз с чуть удлиненным зрачком, казалось сейчас испустит, в стоящего у него на пути, ледяную молнию. Лицо, искривленное презрением и злостью, потеряло былую смазливость и привлекательность. Всегда красиво причесанные и уложенные волосы, сейчас разметались по плечам и груди в хаотичном порядке. Сложно было не заметить и белесых когтей на пальцах, которыми он нервно смахивал мешающие ему пряди. Передо мной был настоящий зверь, который готовился к прыжку, чтобы разорвать на клочки свою жертву.