Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Глава 56

Ближе к вечеру мы сходили в купальни горячих источников, а после вернулись в гостевой дом. Приближалась ночь, а это означало, что скоро вновь начнется противостояние моих темных.

Камень преткновения заключался в том, что маленький Хару напрочь отказывался засыпать без меня в другой комнате. Из нашей с Биферту общей спальни и кровати он не выводился, несмотря на то, что его комната располагалась напротив нашей. Каждый вечер он упрямо приходил и ложился спать у меня под боком, несмотря на супруга, который смотрел на все это со странным выражением лица. В воздухе чувствовалось невидимое противостояние. И до недавних пор я не предпринимала активных действий, надеясь на благоразумие членов моей семьи. Однако зря.

Каждый раз, когда подобное повторялось, мой син молчком уходил в кабинет «поработать». Я чувствовала, что его гнетет непонятная мне вина, именно поэтому он не вмешивался и никак не пресекал Хару.

Однако сегодня мое терпение подошло к концу. Я решила взять все в свои руки и установить собственные правила. Раз оба упрямца не могут быть без меня, что ж, будем спать все вместе. По крайней мере, пока.

Хару, переодевшись, как обычно запрыгнул на кровать, ожидая меня, а Биферту направился в сторону дверей. Но я не дала уйти мужу и потянула за руку, усаживая на кровать, спиной к мальчику.

– Значит, так, мои хорошие! – начала я, уперев руки в бока. – Мне надоело ваше противостояние. Хару, Биферту твой отец и мой муж, он имеет право спать рядом со мной! Пока ты маленький, иногда тоже можешь спать рядом с нами, но помни, что тебе рано или поздно придется от нас отделиться. Пожалуйста, не заставляйте выбирать между вами, если не хотите меня потерять. Когда мы вернемся домой, я буду просто уходить от вас обоих, если вы продолжите в том же духе!

Я вытащила гребень из кармана и принялась расчесывать волосы сина, как это делала ранее до болезни. Заплетя те в косу, чмокнула его в макушку и передала эстафету, повернувшись к нему спиной.

Катрин наконец-то пошла на поправку и ожила. Я был безмерно рад, что не потерял ее и она выжила. Даже беспросветная работа Дома, что свалилась на меня, не страшила. Жалел я лишь об одном, что не мог постоянно находится рядом с ней и заботиться должным образом. Она пожертвовала своим здоровьем и рискнула жизнью, чтобы спасти меня, и ее дела Дома — это то малое, что я мог для нее сделать.

С ними я справлялся хорошо, а вот с ролью отца хуже некуда. Хару с самой первой нашей встречи был враждебно ко мне настроен. Он не шел ко мне на руки и постоянно плакал. Кайре самой приходилось заботиться о моем сыне, что очень угнетало и било по моей самооценке. Как бы я не старался, с ребенком найти общий язык не удавалось. Мне было стыдно, что я провалился с ролью отца.

Поэтому, чтобы вконец не расстроить Катрин, я решил делать то, что получается лучше всего, а потому с головой ушел в работу. Владыка старался поддерживать меня и часто бывал в нашем доме. К моей зависти, он ладил с моим ребенком лучше, чем я, его родной отец.

Именно дядя рассказал о том, что мой сын необычный малыш и не стоит в будущем удивляться его быстрому развитию и некоторым странностям, которые я заметил сразу по возвращении. Его скорый рост и правда поражал. За то время, пока Катрин была в пограничном состоянии, Хару подрос настолько, что выглядел как обычный ребенок пяти лет. И все это время он практически не покидал мою спящую супругу. Всегда был рядом с ней. Вместе с ней засыпал, в ее присутствии ел и самостоятельно учился. Я хотел нанять ему учителей, но он отказался. Мой сын был очень странным. Слишком самостоятельным и независимым, словно не являлся ребенком и вовсе.

Когда Катрин наконец-то пошла на поправку, я почувствовал, что каждый день словно отдаляет меня от моей семьи. Я видел рядом свою жену, здоровую и ожившую, но… Одновременно я чувствовал, что теряю ее с каждым днем все больше и больше. Когда она находилась в стазисе, я не чувствовал этого, но сейчас все изменилось.

Не сразу, но я понял в чем причина нашего отдаления. Как бы тяжело мне не было это признавать, но все дело было в нашем общем сыне. Он словно вытеснял меня из жизни Катрин. Мы никогда с ним не ссорились, но я чувствовал в нем словно… соперника. Это были неправильные мысли и чувства, но я с каждым днем убеждался в этом все больше и больше. Но я не смел ставить любимую перед выбором, да и каким выбором? Супруг или сын?! Это просто смешно, хоть мне и не до смеха!

Однако мое смятение почувствовала сама Катрин и сделала первый шаг навстречу. Шаг, который я так хотел совершить, но боялся. После ее слов, мне стало легче на душе. Я почувствовал, что оживаю от того, что все еще ей нужен. Хару долго смотрел на меня, переваривая слова матери, но потом лишь кивнул, принимая сказанное.

Хоть ситуация и стала немного яснее, но я все равно не мог выкинуть прежние мысли из головы. Что же все-таки не так с нашим сыном? Почему я несмотря ни на что чувствую в нем угрозу для нашей семьи? Я понимал, что должен выкинуть эти мысли из головы и постараться с ним подружиться, чтобы не расстраивать Катрин, ведь она только начала поправляться, но внутри все противилось от этих мыслей. Я впервые не понимал, как мне поступить.