Спорим на иглу, Кощей?

Глава 1. Потерянная роль

- Хочу в Тридевятое царство!

Именно это я крикнула, прежде чем плюхнуться в сугроб посреди леса. В гимназической форме. Лицом вниз! Только и успела в падении увидеть чуть поодаль избушку на курьих ножках.

Но кто ж знал, что желания могут исполняются вот в таком издевательском варианте. А тем более, что нового директора нашей гимназии неспроста Кощеем за глаза называют.

А ведь утро так прекрасно началось…

…Зимнее солнце золотило всё вокруг. Город казался волшебным. Снег летел из-под копыт лошадей и из-под полозьев саней. В гимназию мы с сестрой-погодкой Соней катили лихо. Не сами катили, понятное дело. На козлах сидел кучер Григорий. Но уж он-то знал, как мы любим нестись быстрее всех. А еще понимал цену нашим белым лошадкам и всем вокруг показывал их прыть. Гувернантке Наталье Юрьевне такая езда не нравилась, но она устала изо дня в день спорить и с нами, и с кучером.

- Удачного дня, барышни, - пожелала она, когда сани остановились на площади. У главного крыльца гимназии – трехэтажного белого здания.

Мы поспешили выйти. До звонка оставалось немного. Да и сани других учениц были на подходе. По ступеньках поднялись степенно, как и полагается примерных гимназисткам. Сняли шубки в гардеробе и разделились. Соня поспешила в свой класс, я в свой.

- Приходи на репетицию! – крикнула я ей вслед.

- Постараюсь! – пообещала сестра.

В гимназии ставили новую пьесу. К середине февраля. Под названием «Тридевятое царство». Я получила роль Василисы Прекрасной и была невероятно горда этим фактом. Играть Василису и почетно, и ответственно. Тем более в этот раз участвовали еще и мальчики из соседней гимназии. Не всё ж девочкам исполнять мужские роли. Некоторые наши артистки нервничали и стеснялись. Мне же нравилось нововведение. И еще больше нравился юноша, которого взяли на роль ее жениха-царевича. Звали его Александром. Вел он себя галантно, и мне, признаться, мечталось о всяком. В смысле, о встречах вне репетиций и даже свадьбе. Всё-таки к лету из гимназии выпускаться. Пора и в реальности женихом обзавестись, а не только в спектакле.

…Днем меня позвали к портнихе. Даже с урока разрешили уйти. Всё-таки примерка платья для главной героини – дело ответственное. Ух! Я с трудом сдерживалась, чтобы ступать по коридорам и лестнице, как девица семнадцати лет, а не ребенок, который несется от радости в припрыжку. А платье впрямь оказалось замечательным. Красно-белое с узорами. Кокошник был чуть тяжеловат, но его красота компенсировала все неудобства.

- Волосы в косу заплетем и лентами украсим, - пообещала портниха. – Ох, надеюсь, Константину Михайловичу понравится. Он, говорят, сегодня придет на репетицию. Наряд, правда, еще не готов. В следующий раз покажем. Пока же он, по слухам, желает оценить сюжет и подбор артистов. А это уж не ко мне.

Я качнулась. Да так, что кокошник чуть с головы не свалился.

- Ему-то это зачем? – пробормотала растерянно, хотя подобное за мной не водилось. Я среди других гимназисток считалась самой бойкой.

Но новый директор гимназии Константин Михайлович Чернов вызывал у меня странное чувство тревоги. Некоторые считали его красивым. Ну, или предпочитали так думать. Всё-таки он мужчина неженатый, хотя и не самый молодой. Тридцать уж точно. А как по мне, было в этом брюнете что-то неприятное и… холодное, пожалуй. Черты лица благородные, правильные, но губы вечно сжаты, брови сведены, а глаза… Ух, как не по себе мне становилось от его взгляда. Хорошо еще, что сталкиваться с ноября месяца (а именно тогда он у нас и появился) приходилось нечасто.

- Вот и я гадаю: зачем? – проворчала Дарья Владимировна, одна из наших учительниц, которая еще и за гимназический театр отвечала. Она присутствовала на примерке и осталась довольна моим нарядом. Однако при упоминании нового директора скисла. – Обычно он культурной жизнью гимназии не интересуется.

- Подозреваю, помощница надоумила, - заметила портниха, закатывая глаза. – Эта Авдотья Аристарховна везде свой нос сует.

- Тсс… - Дарья Владимировна приложила палец к губам и кивнула на меня. Мол, не дело обсуждать такое при гимназистке.

Хотя я была полностью согласна с портнихой. Эта АриСТРАХовна, как прозвали ее девочки, никому не нравилась. Сухопарая пожилая дама появилась в наших стенах вместе с директором. И, казалось, что управляет гимназией вместо него. Проверяла всё и всех. А довольной не оставалась никогда. Еще и черного кота с собой привезла. Иногда во время проверок носила его на руках. Кот то и дело шипел. И на учениц, и на учителей. Все вздрагивали и сильнее нервничали, что только раззадоривало Аристраховну.

Кстати, и у директора было прозвище. Кощей! Откуда пошло, никто не знал. Вроде бы и не похож был Константин Михайлович на сказочного героя, которого мы все видели на картинках чахнувшим над златом. Однако привязалось прозвище намертво. Знал ли о нем сам директор, история умалчивала.

****

Репетиция состоялась после обеда. Соня явилась заранее. Сидела в зале и постукивала пальцами по подлокотнику деревянного кресла. Брови были нехорошо сведены.

Но прежде, чем подойти к сестре, я удивленно посмотрела на незнакомую девушку, стоявшую у окна. Она точно не училась в нашей гимназии. Но мое внимание приковалось к ней по другой причине. Волосы были очень светлые, почти белые. А глаза – как льдинки. Такой только Снегурочку играть. Еще и белая шубка дополняла образ.