Спорим (не) влюблюсь

Глава 47. Свидание продолжается

Марго, речка Сена

– Ты злишься, морковка.

Этот наглец даже не спрашивает, не предполагает. А сразу рубит фактом, припечатывая мне к полу корабля. Прекрасно ведь понимает мои эмоции. И страшно, что он сможет понять, от чего меня так кроет гневом.

Потому что при всём желании Исаев не такой плохой, каким я всегда его видела. У него нет репутации хорошего мальчика, как у Ника. Он часто бросает глупые фразы и с первого дня нашего знакомства выводил меня из себя.

Я тогда так волновалась в первый день учёбы. Боялась, что не потяну. Что вот сейчас войду в красный корпус, а меня развернут. Скажут, что ошиблись, и я просто никак не могу быть студенткой университета.

Без конца поправляя край белой блузки, затягивала волосы в хвост. Казалось, что если буду выглядеть идеально, то точно будет легче учиться. Тогда я уже знала, что Лиза учится со мной. Но ещё не подозревала, что нас запихнут в одну группу.

– Прости! – я налетела на Рому случайно, пытаясь разобраться в длинных коридорах университета. Кто знал, что 302 и 303 кабинет находятся в разных концах этажа? – Триста третий там?

– Да.

Рома, конечно, тогда я не знала его имени, улыбнулся едва. Той самой нахальной улыбкой, которую я наблюдаю всё время. А потом подошла Лиза, не давая поблагодарить. Кинула пару колких фраз, получила такие же в ответ.

А Исаев, этот гад, едва скривился, когда я проходила мимо него. Ну и пусть, мне ни капли не было обидно. Просто бесил своими понтами и лёгким пренебрежением к другим.

Или мне просто хотелось таким его видеть, чтобы была причина моему раздражению?

– И какая муха тебя укусила? – Рома едва толкает меня бедром, стараясь привлечь внимание. – Ты ещё ни разу так не реагировала.

– Всё нормально. Просто ты меня… Я не собираюсь в тебя влюбляться, не надейся. Выигрыш в споре тебе не светит. Никто в моём лице не будет на весь университет кричать о любви к тебе.

– А зря. Это было бы намного проще, с явным желанием. Но я ведь вижу тебя насквозь, морковка. Я тебе нравлюсь и это лишь вопрос времени, как быстро ты в этом признаешься.

– Ладно. Ты мне нравишься.

Я жму плечами, не собираясь делать из своего признания большой тайны. Легче сразу выпалить, чем бояться сказать что-то слишком личное в каком-то разговоре.

А вот Рома явно не ожидает от меня таких слов. Сжимает пальцами плечи, разворачивая к себе. Впивается взглядом в лицо, ища смысл шутки или причину подобного признания.

– Ты мне нравишься. Не такой ид… индивидуум, каким я тебя считала. Вот. Но мы ведь спорили на признание в любви, а не симпатии. А большего ты не получишь, Ром. Даже не надейся.

– Надежда, морковка, умирает последней. А теперь – любуйся Парижем.

Исаев приказывает, а я выполняю это. Не потому, что вдруг стала смирной и послушной. Просто мне все ещё неловко после своих слов. Постаралась всё обесценить, но дело ведь в том, что действительно испытываю что-то к Роме.

Внезапно и неправильно.

Мне ведь столько времени нравился Ник, с его милой улыбкой, красивым бегом на соревнованием. Я узнала о том, что они братья, далеко не сразу. Настолько противоположные личности.

Но, наверное, я просто не знала ни Ника, ни Рому. Каждый из нас что-то скрывает в себе. Рома начался открываться с другой стороны, а узнать настоящего Ника у меня просто пока не было времени.

Исаев прижимает меня к перилам, накрывая своим телом. Касается ладонями моих рук, которые начинают гореть от этого движения. Невесомое касание пальцев вверх-вниз заставляет меня дрожать.

– Ты дрожишь, - шепот обжигает, заставляя дрожать сильнее, чем от холодных порывов ветра. – Сильно замерзла?

– Нет. Не сильно.

– Кто же надевает такие короткие платья к реке?

– Это ты вибирал!

– А ты не могла сказать, что я неправ? Ты любишь это дело.

Рома тяжело вздыхает, специально ведь. Чтобы каждым движением показать, насколько не согласен с моим поведением. Хотя во всём виноват именно он. Выбирал мне короткое платье и на кораблики тоже он предложил сходить.

На плечи попускается тёплая кофта, пропитанная запахом мужчины. Исаев даже не даёт ничем насладиться. Резким движением застёгивает замок так, чтобы мои руки оказались прижаты к телу. А вся я превращаюсь в непонятный кокон.

– Замерзнешь ведь, - единственное, что могу сказать, когда Рома разворачивает меня лицом к нему. – Ты в одной футболке.

– Тогда тебе, морковка, придётся меня греть. И раз теперь ты без возможности драться…