Спорим, ты меня полюбишь?!

Глава 28

Стас

Провокация. Поведение Лины можно было описать одним простым словом – «провокация». Её умелое подстрекательство проявлялось во всём: в выборе одежды, в неловких взглядах, в медленном раздевании. Лина оказалась искусной соблазнительницей, и к такому повороту я не был готов.

Я еле-еле отодрал от неё взгляд, пока она снимала топик и юбку. Конечно, я ответил ей тем же и был приятно удивлён, что девушка залипла, разглядывая мой накаченный торс. Невольно причмокнул губами, когда она поспешила к воде, сделав вид, что белая, пушистая и невинная.

Присоединился к ней, не думая, что это приведёт к столь колоссальным последствиям, из которых мне вновь придётся выкручиваться. Когда я ушёл под воду, я не рассчитал и случайно обрызгал красавицу, что превратило её в настоящее чудовище. Она начала брыкаться и брызгаться, как сущий морской дьявол, и я просто не мог не поддаться нахлынувшему приступу детства.

А потом Лина взбесила меня окончательно, и я решил её поймать. Девушка была и не прочь мне подыграть, ныряя и ускользая от меня в самый последний момент, что только сильнее подзадоривало меня.

И вот мой самый крупный улов в моих руках. Прижата ко мне, не рыпается, покорно смотрит на меня. Затаилась, ждёт моих дальнейших действий. К тому же, я доставал до дна ногами, а она держалась на поверхности воды только за счёт меня.

А я правда не знал, что делать дальше. Всё моё тело ныло, всё естество жаждало одного простого и короткого поцелуя. Небольшого касания наших губ, что привело бы к мощнейшей разрядке.

Но одно я знал точно: одного поцелуя мне будет мало. После него, скорее всего, последует сильнейшая пощёчина, и я больше никогда не увижу эту девушку. Она просто не сможет отказаться от своей ненависти ко мне.

Я давно понял одну простую истину. Противоположность любви – не ненависть, а равнодушие. Если вы сходите с ума по человеку, желаете ему смерти или ещё каких гадостей, он вам небезразличен. Если вы ненавидите человека и следите за его жизнью – это уже болезнь. Вы просто не можете жить без него – и это уже наркотик.

Всё остальное от лукавого.

Не исключено, что Лина таким способом пыталась скрыть чувства ко мне. Возможно, отношениями с Полиной я сделал ей больно, потому что она была влюблена в меня.

Было бессмысленно гадать: сестрица вряд ли когда-нибудь скажет мне правду.

– Мы так и будем висеть посреди реки? – первой очнулась Лина. Я так и не смог решиться на поцелуй, так же, как и не мог выпустить из своих объятий. – На нас уже люди смотрят!

Не выпуская дерзкую красотку, обернулся на берег: к нам присоединились дед с внуком. Пацанёнок игрался у берега, а его дедушка с умилением наблюдал за дитём. Им обоим было не до нас.

– Знаешь, пусть весь мир подождёт, – хмыкнул я, вновь посмотрев на Лину.

– Ну, я просто подумала, что ты поймал меня с какой-то целью… – интересно, она так на поцелуй намекала или на какое-то другое, более изящное наказание?

– Ну, я поймал тебя, чтобы ты больше не брызгалась. Цель достигнута. Мне сейчас просто отлично, – продолжал хихикать я.

– Ты же понимаешь, что это совершенно не дружеские объятия? – прищурилась Лина, и я понял одно: если не выпущу, то красавица из милой русалочки превратится в злобную ведьму и проклянёт меня. Или, что хуже, потопит меня, сославшись на несчастный случай.

– Ладно, твоя взяла, – нехотя разжал руки. – Но пообещай мне, что резвиться ты прекратишь. Давай просто поплаваем?

– Хорошо, – буркнула она, словно я лишил её смысла жизни. Словно я опять сделал что-то не так. Неужели она также жаждала поцелуя, как и я?

Следующие пару часов, проведённые на пляже я чувствовал, что упустил наилучший момент в своей жизни.

И почему я не рискнул?! Дурак!