Справедливость руками веры

Глава третья

Ночная темень мягким покрывалом опустилась на город. Я стоял и вдыхал остывший после дневной духоты воздух. Россыпь звезд на небе манила меня своим блеском. Это были минуты умиротворения, время, чтобы отпустить дневные тревоги и суету. Улицы опустели, только шаркали своими башмаками стражники, совершавшие обход.

Все защитники уже отправились по домам, а мне все не хотелось возвращаться. В радость было прогуляться по мощеным дорогам, разглядывать домишки, выстроенные в ряд. Почти везде погас свет в окнах, город спал.

А я все шел и шел. Сам не заметил, как дошел до рабочих бараков, свежесть в воздухе сменили вонь отходов и смердящие выгребные ямы. Бедность устрашала, заставляла отвернуться, лишь бы не смотреть. Люди спали на земле, тесно прижимаясь к стенам зданий, которые еще хранили тепло, нагретые за день. Доносился детский плач и громкие крики. Приходилось незаметно прятаться в тень от взгляда пьяных дебоширов. Фонарей здесь почти не было, но луна сегодня такая яркая, что в них практически не было необходимости.

Я думал уже возвращаться назад, как до меня донесся знакомый голос. Всмотревшись в темноту переулка, скрытого от посторонних глаз, я увидел советника Горста. Он скрывался под темным плащом, прикрывающем его богатые одежды. Чтобы не привлекать внимания, что очевидно. Я спрятался за углом дома, чтобы меня было не видно, но я смог бы слышать их. А Горст был не один, рядом с ним стоял человек бандитской наружности, лицо все испещрено шрамами, одежда потаскана и вся в грязи. Коротко стриженный ежик волос торчал в разные стороны. Я было уже подумал, что Горст по неосторожности нарвался на вора и тот зажал его в темном проходе между домами. Сколько ни зови на помощь, никто не откликнется. Но все мои предположения были опровергнуты, когда я услышал о чем они говоря.

— Передай своему хозяину, Сокол, что все готово к следующему шагу. Я сделал свою часть сделки, пусть и он свою выполнит, — конечно, никаких настоящих имен. Горацх, Горст?! Во имя богини, о чем он?

— Все уже готово, мы ждем только твоих указаний, но знай, что медлить нельзя. Пора действовать, мой хозяин не доволен тем, что император все еще жив! — от этих слов меня будто молнией поразило. Кто-то готовит покушение на жизнь императора? Это не мыслимо, никто не смог бы обойти защитников, чтобы это устроить.

— Я знаю, осталось только окончательно посеять смуту среди защитников и тогда нам никто не сможет помешать. Уже все решено, потерпите. Я подам сигнал к действиям. Возьми, передай это своему хозяину, — Горст протянул наемнику письмо. Тот спрятал его в многочисленных складках своей одежды.

На этом Горст и Сокол разошлись, я успел скрыться, чтобы меня не заметили. Вот ты и показал себя, змеиная твоя душа, Горст. Нужно обо всем доложить императору и Уонрету. Я знал, что никто из моих парней не предатель, все это время советник готовил покушение на императора. Как теперь узнать, насколько хорошо проработан его план? Сколько уже это длится? Как мы могли быть так слепы?! Мое чутье меня никогда не обманывало, я никогда не доверял Горсту, видимо, не напрасно. Доказать его виновность будет сложно, расположение Императора этот червь уже заработал. Но я должен это сделать.

План в моей голове созрел тут же. Я решил проследить за Соколом, пришлось быть начеку. Иначе все скатилось бы в горацх. Стараясь быть как можно тише, я шел за наемником все глубже в лабиринт из бараков. Темнота, сгустившаяся над нами помогла мне быть более незаметным. Я не знал, куда именно он идет, но верил, что узнаю больше, когда он дойдет до цели. Либо смогу достать доказательства виновности Горста.

Резко я потерял из виду Сокола, он будто исчез, но краем уха услышал шорох одежды у себя за спиной. Наемник стоял сзади меня с занесенной для удара рукой, в которой был кинжал. Он сверкнул в свете луны и это побудило меня к действиям. Никто не смог бы победить меня в честном бою, со спины нападают только трусы. Я вытащил свой меч из ножен и встал в боевую стойку. Но моего соперника просто так не напугать, уверен, он и не такое повидал в своей жизни. Медленно мы стали обходить друг друга по кругу. По его дикому прищуру я понял, что он готовится напасть.

— Кто ты такой, почему следишь за мной? — я успел закрыться от резкого выпада. Хорошо, дам ему простор для действий, нужно проследить за его тактикой боя. Видно, что он не обычный бандит, а обученный головорез.

— Предпочту не называть своего настоящего имени, — мягкой поступью мы сближались, я смог предотвратить еще два выпада, он так и не задел меня. Успел заметить, что он всегда опирается на левую ногу перед тем, как ударить. Хорошо, очень хорошо. Он даже сам не понимает, что невольно прикрывает рукой правый бок, видимо, его недавно ранили, значит, слабое место.

— И верно, зачем мне имя того, кого я собираюсь убить. Тело родственникам стражи передадут, если найдут, конечно, — его самоуверенность в собственных силах была мне только на руку. Нельзя недооценивать соперника. Я больше не стал медлить. Быстрым и сильным ударом я ранил его за тот самый бок и, пока он не успел опомниться, поразил его мечом в ногу. Сокол не сдержал крика и тяжело упал на колени, стараясь прикрыть кровоточащие раны. Я приставил меч к его горлу и страх поселился в глазах моего соперника. Он проиграл, мы оба это знали. Не отвлекаясь на разговоры, я выудил из его одежд то самое письмо, которое ему передал Горст. Страх усилился.

— Я отпущу тебя живым, если ты вернешься к своему хозяину, сделаешь вид, что ничего не произошло и просто доложишь о беседе с советником, — мне казалось это верным решением, нельзя дать понять противнику, что его замыслы раскрыты, лучше держать его в неведении. Но ответом мне стала лишь ехидная ухмылка.

— Не утруждайся! — я не успел остановить Сокола, лишь мгновение и тот верным движением руки провел кинжалом по горлу. Кровь хлынула на мои сапоги, багряными каплями оросила штаны. От шока я отстранился на пару шагов назад. Наемник с хрипом свалился на землю. Пара мгновений и он мертв.