Спящая. Том 2. Между мирами.

Глава 1

Профессор Бернс сидел с мрачным, нахмуренным лицом. Он говорил спокойно, ровно — его всегда грубый, орущий голос сейчас ему не принадлежал.

— Елена, ты понимаешь, что твои подозрения очень серьёзные. Даже если это так, это дело семьи, в которое мы не имеем права вмешиваться. Ника... — он немного отвёл глаза, как будто смущаясь. — Дорога мне… в первую очередь как адепт академии, за которых я, как и все преподаватели, отвечаю, пока они находятся на её территории. Но то, о чём ты просишь, противоречит всем этикам: преподавательской, семейной и даже межмирной.

Казалось, он сам хочет поверить в то, что говорит. Но Лена видела — на нём нет лица.

— Мистер Бернс... — её голос дрожал. — Мне больше не к кому идти. Ника... — она вспомнила отсутствующий голос Ксю, подруги из её мира, которой просто-напросто стёрли воспоминания о ней. — Она единственный близкий мне человек в этом мире. И я ей. Я не могу её бросить.

Она уже выплакала всё, пока рассказывала Бернсу свои подозрения и историю Ники о том, как она сбежала из своего мира.

— Лена, я бы сделал всё, что в моих силах, но у нас нет полномочий врываться в другой мир и красть оттуда человека из его же семьи.

«Он что, боится? Он пытается найти оправдание? Тот самый — великий боевой маг, о котором по академии ходят легенды?» — подумала девушка.

Лена вдруг напряглась. Твёрдо посмотрела на Бернса — показалось, что сейчас она просто закопает себя тем, что скажет. Но было плевать.

— Очень удобно отвечать за адептов академии, пока они находятся в ней, профессор Бернс. Я пришла к вам, потому что вы — единственный, кому могла это доверить, и вы — единственный, кто способен меня понять и с этим помочь. В академии про вас говорят, что вы один из лучших боевых магов Азарина. Никто до сих пор не знает, почему вы ушли преподавать. Зато я теперь знаю. — Лена сделала твёрдую паузу и посмотрела на Бернса так, как будто он ничтожество. — Вы просто трус.

Она резко развернулась и пошла к выходу.

«Мне крышка. Он сейчас просто меня убьёт. Но плевать.»

Бернс взревел: — Адептка Мельникова, да ты вообще в своём уме? Ты одупляешь, что разговариваешь не со своими сопливыми однокурсниками, а с преподавателем?!

Лена даже не обернулась. Ей было всё равно, что думает Бернс. Когда она уже почти дошла до двери, он неожиданно спокойно сказал:

— Елена. Стой.

Лена остановилась. В голове промелькнул слабый блеск надежды.

Бернс сидел, уткнувшись лицом в ладони. Пальцы сцеплены в замок, локти на коленях, спина согнута — словно весь его вес сжался внутрь, в один узел. Он выглядел так, будто пытался что-то осмыслить.

Молчание тянулось.

Лена уже начинала думать, что он просто ничего не скажет. Но наконец он выдохнул, не поднимая головы:

— Знаешь... — голос его прозвучал хрипло, будто он давно не говорил вслух. — Ты не первая, кто приходит ко мне с безумной просьбой.

Он поднял взгляд. В глазах — тяжесть. Не страх, не раздражение, а та самая усталость, с которой смотрят те, кто слишком хорошо знает цену решений.

— Даже если бы я согласился тебе помочь... Как ты себе это представляешь? Допустим, каким-то немыслимым образом мы сможем найти Кальдеру в её мире с помощью поисковых артефактов. Допустим. И допустим, что нам получится вытащить её обратно, в чём я сильно сомневаюсь. Не знаю, в курсе ли ты, но из Авериса выходят сильнейшие элементальные маги. Особенно — огненные. Даже если нас там каким-то образом не убьют... Ты в курсе, что межпространственные путешествия строго регламентируются и отслеживаются Межмирным посольством?

Сердце Лены ушло в пятки. Призрачная надежда захлебнулась.

Ну конечно, они всё контролируют... Иначе зачем тогда вся эта бюрократия с запросом, пропуска, регистрации?

Она опустила глаза, стараясь не показать, как внутри сжалось всё. Но в этот момент память сама выдернула из глубин одно воспоминание.

Портал. Тот самый, в подвале академии. Она не знала, откуда он и куда ведёт — не успела выяснить. Но точно знала это портал. И он явно не из числа тех, что одобрены посольствами.

— Вы уверены, что на Азарине нет других порталов? — спросила она тише, но куда более настойчиво. — Неужели во всём этом мире, где магия в каждом углу, никто никогда не открыл хотя бы один тайный путь?

Бернс поднял взгляд. Его глаза чуть потемнели.

Он заговорил очень тихо:

Лену будто накрыло волной эйфории. В голове с бешеной скоростью закрутилась мысль, которую она сама ещё не успела осознать до конца. Она начала оглядываться по комнате, будто искала воздух или опору, чтобы прийти в себя.

— Профессор... если я знаю... если я знаю сильного пространственника... — она споткнулась о слова. — Он… есть шанс, что он нам поможет. Вы пойдёте?

— Лена, ваш друг со второго курса с этим точно не справится, если вы о нём, — Бернс устало посмотрел в пол.

— Я не о нём, — Лена опустила глаза. Её больше не волновали внутренние переживания. Всё притупилось, как будто эмоции сами отступили, оставив внутри только цель. Ей было плевать на недомолвки, на страх, на последствия. Всё, чего она хотела — это спасти Нику.

— Только... я... я не знаю, в академии ли он сейчас или нет. Правда, не знаю, согласится ли. Я не в курсе, как тут работает ваша местная связь, я бы... — дыхание сбилось. — Я не хочу терять время.

Слова давались с трудом.

— Мне нужно связаться с адептом Равоном, — выдохнула она, будто разрешила себе, наконец, произнести эту мысль вслух. — Вы знаете, как это можно сделать?

Бернс тяжело посмотрел на неё.

— Мельникова, ты уверена?

Даже Бернс не сомневался, что Кай Равон входит в число сильнейших пространственников академии.

— Нет, — Лена покачала головой. — Но это ничего не меняет. Я всё равно это сделаю. С вами или без. Сейчас или через неделю.

— Я тебя понял, — хрипло сказал Бернс и откинулся на спинку кресла. — Я могу вызвать адепта Равона в академию досрочно. Под предлогом, не связанным с этим делом. Объясняться будешь с ним сама. Моё имя не упоминай, пока он сам не согласится. Я не хочу, чтобы в случае чего по академии поползли разговоры.