Спящие. Демиурги

Глава 4

Громадный коридор тускло освещен. Серебристо – серый металл отражает скудный свет. Коридор все время изгибается, образуя в итоге замкнутый круг. По одну его сторону металлическая стена, по другую прозрачная поверхность, замыкающаяся бесконечными пустыми блестящими залами. Их стены, пол и потолок тоже из серебристого металла – тантала.

По коридору шествуют двое императоров Изначальных – Дэй и Рэй. Их белые длинные одеяния плотно облегают стройные, словно выточенные из камня тела. Черные волосы Рэя дерзко контрастируют с платиновыми Дэя. Императоры будто отражения друг друга. Только Дэй серьезен и сосредоточен, на губах же Рэя издевательская усмешка.

- Шикарное сооружение, ничего не скажешь! – прервал тягостное, длившееся с самого прибытия на Зею молчание император Рэй. – Это музей Пустоты? Великолепная абстракция!

- Поспешность выводов говорит не в пользу озвучившего эти выводы, - с каменным лицом ответил Дэй и протянул Рэю очки.

- Со зрением у меня все в порядке, - расхохотался Рэй.

- Это особенный прибор – замедлитель времени. Надень и смотри.

Рэй еще некоторое время повертел в руках очки, словно не решаясь их надеть, затем аккуратно нацепил на кончик носа и посмотрел через прозрачную поверхность на пустое пространство.

Но что это? Пустота исчезла. На ее месте, окутанный голубоватой дымкой возник чудный зеленый мир. У самого пола струились толстые коричневые лианы, их листья ложились на прозрачную, отделяющую мир от императоров поверхность. А далее бесконечные залы заполняли густые джунгли наполненные феерией  странных никем, не виданных существ. Некоторые из них были знакомы Рэю. К примеру, гигантские крылатые насекомые. Другие поражали невиданностью форм.  И вторых здесь было намного больше. Одно из существ подошло вплотную к прозрачной поверхности, и на Рэя посмотрел продолговатый желтый с вертикальным зрачком хищный глаз. Короткие передние лапы существа поскребли поверхность, словно пытаясь раскарябать грудь императора. Существо явно видело Рэя и даже хотело его понюхать, но вскоре утратило интерес и унесло упитанное тяжелое тело на длинных чешуйчатых мускулистых ногах вглубь джунглей.

- Он охотился на тебя, - теперь хищная ухмылка изогнула губы императора Дэя.

- Кто это? Что это вообще такое? – потрясенный император Рэй снял очки, или как их назвал Дэй замедлитель времени.

И вот снова совершенно пустые залы. Надел вновь – появился диковинный мир.

- Это, друг мой, - с победными нотками в голосе сказал император Дэй, - мой проект. Это – «Сотворение». Это мир, в возможность существования которого никто из вас не верил. Колыбель будущей вселенной, где в основу органической жизни положен углерод.

- Но такое просто невозможно! – Рэй поежился, чувство зависти, самое из низменных чувств захлестнуло его.

- Ты видел, - улыбнулся Дэй. – К сожалению, мы не можем войти внутрь без специального костюма. Там очень холодно. Наши тела там застынут и превратятся в камень. Для обитателей нового мира мы предстанем статуями. Для них мы неподвижны и непонятны.

- Я оповещу остальных Императоров, - Рэй смотрел на Дэя с неприязнью и восхищением. – Они должны это увидеть. А между тем, - вдруг решил изменить тему разговора Рэй, - у меня тоже для тебя новость. Не такая мозгодробительная, конечно, личного свойства. Но я безумно счастлив. У меня родилась дочь! Амени!

- Поздравляю, - на этот раз Дэй улыбнулся скупо, натянуто.

Увлеченный научными исследованиями, он совершенно не думал о личном, о создании семьи, о детях. Для Дэя все это словно за стеклянной стеной, такой же, какая отделяла его привычный мир от вновь созданного. Другие Императоры женились, у них рождались дети. Вот и у Рэя теперь появилась дочь. А у него…

Дэй поспешно выпроводил с Зеи Рэя, заперся в своем заваленном металлическими пластинами кабинете.

***

Он снова воззвал ко мне! Не кричал, голос его звучал тихо, но угрожающе.

- Создатель мой – смотри. Вот стал создателем и я. Только не уподоблюсь тебе, не стану наблюдать со стороны за развитием моего творения. Настанет момент, и я войду в созданный мною мир. Я не трус, как ты – мой Создатель!

Что? Дэй упрекает меня? Упрекает за молчание? Обвиняет в трусости? А может быть он прав? И я боюсь гнева первой десятки? Боюсь ли я? Прислушиваясь к себе, не ощутила страха. Нет, я не боюсь немилости нашей странной системы. Просто не знаю, что произойдет, если поддамся собственному желанию и зову Дэя? Возможно, это нарушит чистоту эксперимента? Помешает поиску сценария гармонии? Но мне так жалко моего Демиурга! Меня пронизывают его одиночество, его отрешенность. Знаю, Дэй хотел бы быть как остальные, возможно хотел бы.… Однако творчество так поглотило его. Понимаю почему. Я вложила в своего Демиурга нереализованное собственное эго, свои мечты, желания, страсти. Мне жаль его. Мы с ним по разные стороны прозрачной стены. Только я его вижу, а он меня нет. Я не дала ему специальных очков.