Средь пены морской

Глава 10

Русалочий город в страхе застыл, задержал дыхание. Битва была выиграна, корабль – потоплен, а команда теперь покоилась на морском дне. Но легче от этого никому не было. 

Жемчужные русалочьи слезы в этот день смешивались с соленой морской водой. Они лились по погибшим братьям, сестрам, возлюбленным, детям, мужьям и женам. Такого горя в Северном море никогда не случалось. 

Многие жители, позабыв о собственных горестях, беспокойно плавали около кораллового домика, где жили королевские дети. С момента, как едва дышащего принца Нереуса принесли в город, прошло около часа, и никаких новостей о его состоянии пока не было. Никому не хотелось думать о самом худшем, однако воспоминание о его неестественной даже для морского существа бледности, о судороге, сковавшей широкий плавник, и об огромном количестве крови заставляли русалок и тритонов нервно вздрагивать и дрожать. 

Вдруг дверь отворилась, и из нее выплыл лекарь с усталым и обеспокоенным лицом. За ним следовал его помощник, который прямо наплаву засовывал в сундучок какие-то инструменты. Не успел целитель закрыть за собой дверь, как его со всем сторон обступили встревоженные жители. 

- Только не говорите, что у вас плохие новости, - со всхлипом попросила одна из русалок, заламывая себе руки. Лекарь вздохнул и изобразил некое подобие улыбки.

- Плохих новостей нет, равно как и хороших, друзья мои, - сказал он. – Я сделал все, что мог, чтобы остановить потерю крови, однако жизнь нашего принца пока что под угрозой. Если вы позволите, я поспешу отправить гонцов в Атлантиду, чтобы королева Абелла прибыла и спасла жизнь своему сыну.

- Я поплыву! – послышался из небольшой толпы глубокий мужской голос. Его обладателем оказался один из членов местной армии. Тритон явно был настроен решительно.

- Но я собирался послать акул, - засомневался целитель.

- Хоть акул, хоть морских коньков, но я все равно считаю своим долгом доплыть до королевского дворца. Принц Нереус сегодня прикрыл мою спину, когда человек напал на меня сзади.

- Тогда поплыву и я! – сказал еще кто-то.

- Я тоже!

Целитель оглядел нескольких добровольцев, поджал губы, размышляя, после чего кивнул.

- Хорошо, я не вправе останавливать вас всех. Давайте за мной, мы с Авико дадим вам все нужные указания, - сказал он, кивком головы указав на своего помощника, после чего, не проронив больше ни слова, двинулся прочь от домика. Жители стали медленно расплываться, облегченно вздыхая. Принц жив, это уже давало надежду на более менее хороший финал.

В доме же все замерло. Страх за младшего брата сковывал каждую мышцу королевских детей. Молодой принц дышал тихо, но часто и как-то поверхностно. Его губы дрожали, плавник все еще подрагивал в легкой судороге. Лекарства и повязка из каких-то особых водорослей почти остановила кровотечение. Сердце его билось, и это было самым важным в данный момент. Риса, Райна и Мередит тихонько сидели прямо на полу около кровати Нера, изредка всхлипывая. Саден беспокойно плавал туда-сюда около двери.

Дайлан же сидел за столом, схватившись за голову и зажимая в кулаках длинные волосы. Его сердце стучало, словно сумасшедшее, и он отчетливо слышал в его стуке слова: «Твоя вина. Твоя вина. Твоя вина». Невозможно передать, какой ужас он испытал, когда окликнул истекающего кровью брата и услышал в ответ только надломленный хрип. Подобного кошмара принц не переживал никогда, и эта картинка никак не хотела оставить его воспаленное сознание, уменьшить муки совести и чувства вины. Хотя правильно, он заслужил. Он виноват. Только он.

- Дайлан, плывем на улицу. На пару слов, - тихий и надломленный голос Садена заставил его поднять голову. Тритон знал, что рано или поздно брат захочет поговорить с ним о случившемся. 

- Саден, - предостерегающе произнесла Мередит, но Дайлан покачал головой, и она продолжать не стала.

Дайлан поднялся из-за стола и последовал за старшим братом, который уже ждал его на улице. Они отплыли недалеко, оказавшись за каким-то сооружением, и теперь их не заметил бы случайно проплывающий мимо. Дайлан терпеливо ждал, пока брат соберется с мыслями. Вдруг Саден резко приблизился к нему и рукой припер к стенке сооружения. Дайлан удивленно заморгал.

- Я хочу объяснений, - твердо сказал Саден, глядя брату прямо в глаза. Тот попытался убрать от себя его руку, но не тут-то было. 

- Отпусти меня, - попросил Дайлан, но брат только крепче прижал его.

- Какого черта ты его окликнул, объясни мне! – потребовал Саден. Дайлан сжал челюсти и отвел глаза в сторону. Брат ведь не скажет ему в лицо то, что он и так прекрасно осознает? Что по его глупости Нереус сейчас борется за свою жизнь? Не может же он рассказать, что, увидев отца Эрики в его хватке, растерялся и не смог сдержаться. Ведь Саден не видел, с каким обожанием земная девушка глядела на своего родителя, и как преображалось лицо старого мужчины, когда его дочь улыбалась. Но это, конечно, не оправдание. Для Дайлана его не существует. – Посмотри на меня! Просто скажи мне, какого черта?!

- Саден! – голос Мередит заставил обоих вздрогнуть. Русалка быстро приблизилась к братьям и ловко протиснулась между ними, заставляя старшего принца отступить. – Прекрати немедленно! Ты думаешь, что тебе одному плохо? Дайлан ни в чем не виноват! Плыви лучше в дом и успокой Рису и Райну, они меня не слушают!

Саден кинул взгляд на брата, но повиновался ей. Когда он скрылся за углом сооружения, Мер повернулась к Дайлану и сжала его плечи руками.

- Он сам не знает, что делает, ты же понимаешь, да? – ее улыбка была чересчур вымученной и натянутой. Губы девушки подрагивали. От такого зрелища Дайлану становилось еще хуже. Он аккуратно убрал от себя руки сестры и поплыл от нее прочь. – Стой, Дайлан, пожалуйста! Саден не будет…

- Успокойся, - негромко сказал принц, даже не повернувшись. – Я просто хочу побыть немного один.

- Нет, я тебя не пущу! – воспротивилась Мередит и попыталась схватить брата за руку, но тот ловко увернулся. – Дайлан, не надо так! Ты сейчас нужен там, в доме.

- Саден не слишком выказывает желания находиться со мной в одной компании, - через плечо отозвался Дайлан, - и мне несложно его понять. Мередит, пожалуйста, дай мне собраться с мыслями. Все со мной будет нормально, не переживай.

Дайлан чуть улыбнулся и, прежде чем она успела что-то еще сказать, унесся прочь. Он быстро выплыл за пределы городка, не имея конкретного направления. Вскоре принц оказался на поверхности воды. Погода продолжала бушевать, и из-за темных облаков не было видно ни луны, ни звезд. Дайлан закрыл глаза и подставил лицо ветру, чьи холодные порывы тут же принялись приводить в порядок его беспокойные мысли. 

Что делать? Что ему нужно теперь делать? Он не знал ответ на этот вопрос. Он в отчаянии, в панике. А ведь день начинался так прекрасно. Не было ни намека на его плохое завершение, на корабль в русалочьей заводи, на гибель его народа. Он ведь просто собирался провести время с Эрикой.

Дайлан открыл глаза и с силой ударил кулаком по воде, отчего брызги полетели в разные стороны. Эрика. Он убил ее отца своими же руками. Убил ее единственного родителя, которого она любила больше всего на свете. Как теперь можно посмотреть ей в глаза, которые так похожи на глаза Тайлера? Как скоро до нее дойдет новость, что корабль ее отца никогда больше не вернется в порт, как и вся команда? Имеет ли он теперь право быть рядом?

- Мой принц, - голос Клыка в голове заставил вздрогнуть. Сколько не проси эту акулу не подкрадываться бесшумно, она все равно будет делать по-своему.

- Что? – спросил Дайлан, даже не повернувшись к другу. Вместо ответа Клык подплыл к тритону и поднырнул ему под руку. Принц улыбнулся и похлопал его по голове, которая оказалась прямо под его ладонью. Какое-то время оба они молчали. – Ты молодец.

- О чем ты, принц?

- Ты успел предупредить русалок, чтобы они уплывали из заводи, - пояснил Дайлан. – Кто знает, как все обернулось бы, если…

- Ты слишком много думаешь о том, что было бы и чего не было бы, мой принц, - прервал его Клык. Дайлан с удивлением посмотрел на него. – Уверен, что ты винишь себя в том, что произошло с принцем Нереусом, в том, что ты убил того человека.

- Откуда ты…

- За все то время, что мы с тобой связаны, я прекрасно научился понимать тебя, мой принц, - в очередной раз перебила акула. – Я хочу донести до тебя кое-что. Суть совсем не в том, чтобы убиваться по поводу того, что произошло, от этого легче никому не станет, только наоборот. Вот ты сейчас остался наедине с самим собой, а в городе твои братья и сестры переживают теперь не только за принца Нереуса, но и за тебя. Мне кажется, что не стоит обрекать их на это, мой принц.

Дайлан глубоко вздохнул.

- Ты говоришь очевидные вещи, дружище, - произнес он, а потом усмехнулся. – Очевидные вещи, до которых я сам почему-то додуматься не в состоянии. Ты прав, мне надо вернуться к ним…

- Но?

Дайлан качнул головой. Похоже, акула действительно понимала его лучше, чем кто-либо, даже лучше, чем он сам понимал себя. 

- Но я не знаю, как мне быть с Эрикой.

Наверное, если бы у Клыка была возможность, он бы вздохнул. Вместо этого он сделал круг вокруг принца.

- Ты от нее не отступишься, - по его тону Дайлан понял, что Клык не спрашивал, а утверждал, поэтому не стал отвечать. – Нелегко придется.

- Это я и сам прекрасно понимаю.

- Ты ведь упустил сегодня свою возможность выйти на сушу, верно? – тритон кивнул. – Тогда дождись следующего раза, встреться с ней, и будь что будет!

- Это самый лучший план, который я когда-либо слышал! – Дайлан взмахнул руками, но потом рассмеялся. Первый раз за этот страшный день. – Хотя ничего другого не дано. Посмотрим, что из этого выльется. 

Дайлан нырнул под воду, и Клык последовал за ним. Они быстро добрались до русалочьего городка, в котором было непривычно тихо, и направились каждый в свою сторону. Дайлан, стараясь создавать как можно меньше шума, заплыл в нужный домик, притворив дверь. В просторной комнате сильно пахло лечебными травами. Нереус все так же лежал на кровати, провалившись в мучительный сон, а все остальные улеглись в кучу прямо на пол рядом с его кроватью. Саден лежал на спине, на его животе устроилась Райна, к ним приткнулась Риса, и довершала картину Мередит, положившая свой хвост на всех троих. Дайлан улыбнулся и подплыл ближе. Странное чувство было в его душе: ему казалось, что братья и сестры сейчас были еще роднее, чем прежде. 

Мередит вдруг открыла глаза и посмотрела на него снизу вверх.

- Прости, я не хотел тебя будить, - прошептал он. Мер только сонно улыбнулась ему.

- Хорошо, что ты вернулся. Ложись спать, - тихо отозвалась она и протянула руку. Дайлан поколебался всего мгновение, после чего послушно взялся за ее маленькую ладошку и опустился на коралловый пол, занимая небольшое место между ней и Саденом. Мередит уснула сразу же, так и не позволив ему разжать руку. Он вздохнул и прикрыл глаза.

- Дайлан, - вдруг негромко позвал его Саден. От неожиданности Дайлан вздрогнул и, повернув голову встретился с ним глазами. Брат вздохнул. – Прости.

Вот, снова это чувство.