Среди врагов. Равен. Том 1

4.3

4.3

Первая ночь в Аргенте была бессонной, тяжелой. Я без конца прислушивалась к чужому сопению, ожидая воплощения угрозы в жизнь. Я хотела быть готовой дать отпор. Но в итоге ближе к утру меня все–таки сморило.

Подъем тоже оказался задачей непростой. Та женщина, что пришла на разборки вчера, оказалось нашей новой наставницей. Сегодня она представилась официально.

– Магистр Лерна. Вы можете обращаться ко мне только так и никак иначе. Считайте, что с наставником вам не повезло, – она криво усмехнулась, будто ей было непривычно выражать подобные эмоции, – Если бы не наказание, сегодня у вас был бы свободный день, чтобы группа могла познакомиться ближе. Но увы, – вот теперь она улыбнулась куда более искренне, словно издеваться над кем–то доставляло ей особенное удовольствие, – Теперь за мной.

Развернувшись на пятках, она быстрым шагом пошла куда–то за барак, в сторону ристалища.

– Что, интересно, она придумала? У меня от нее мурашки по коже.

Елесна не оставила попыток подружиться. Видимо, решив, что двум неудачницам стоит держаться вместе, она следовала за мной по пятам и делала ровно то же, то и я, – А тебе как?

«Ох, отстанешь ты от меня или нет?»

Наверное, каждому известен этот страх. Общаешься с тем, кто обречен на насмешки – сам станешь новым объектом для издевательств. Больше с кулаками на меня никто не бросался, да я и надеялась, что больше не посмеют. Но в обиду я себя давать не собиралась.

«Убью, кто посмеет только!»

Елесна же терпела и молчала. Она пыталась отвечать, но толпа задавливала аргументами, их невозможно было переговорить, и в какой–то момент хилая девчонка просто решила перестать обращать внимание.

Ладно, честно говоря, не все так уж были плохи на первый взгляд, как задиры, устроившие мне веселый прием. Было еще несколько мальчишек, кто особенно не встревал. А один из них даже попытался заступиться за бедняжку, которую едва не довели до слез с самого утра.

– Вот, ваше задание, – магистр остановилась у конюшен. Подхватив в охапку лопаты, что оставили прислоненными к стене, бросила нам под ноги, – Разбирайте инвентарь. К обеду все вычистите так, словно обедать с императором там будете.

Я поежилась, вспоминая суровое лицо мужчины, с которым довелось познакомиться.

«Он же, наверняка, удружил. Взяли и вывалили, кто такая и откуда приехала. Сейчас узнают, что из принцесс, так вообще житья не дадут»

Мне просто хотелось, чтобы от меня отстали. Все. Без исключения.

За всеми этими событиями я словно забыла о горе, что носила в себе. Должно быть, душа отца не пирует спокойна в чертогах Вальхаллы, а думает о нерадивой дочери, что позабыла о нем.

«Но это не так, отец… Кажется, если я пролью хоть слезинку о тебе, я тут же сойду с ума…»

Вооружившись лопатами, мы зашли внутрь. Крепкий мускусный запах тут же ударил в нос. Разбрелись по путям стойлам и взялись за работу. Но, как это чаще всего бывает, кто–то работал усердно, на совесть, кто–то пытался сачкануть и болтал о том–о сем с новыми друзьями. Елесна снова примостилась рядом, неумело елозя лопатой по полу.

– Слыш, Айван, – донесся из соседнего стойла голос Онстана, – А давай посмотрим, кто на завтрашней тренировке будет хуже всех, тот пусть и стирает наше исподнее до конца семестра.

Я закатила глаза, когда оттуда же послышался гогот.

– Елесна–а–а, – заговорил приятель Онстана, Айван, – Готовь свои нежные ручки, – опять смех, от которого во мне все бурлило от злобы, – Зато у нашей плаксы появилась помощница.

– Перестань за мной ходить! – злобно прошептала я, потянув девчонку на себя, – У меня из–за тебя одни проблемы!

– Прости… – сдавленно ответила она и шарахнулась в сторону. В полумраке я заметила, как блеснули от слез ее глаза.

Неожиданно раздались и другие голоса:

– Чего вы к девчонке пристали? – судья по голосу, мальчишка, – Она здесь, значит, доказала, что такая же сильная, как вы.

В ответ Айван прыснул:

– Видел я, какая она сильная. Чуть живая была после спарринга, медики потом над ней колдовали.

– А не ты ли сам отрубился от ужаса, когда против тебя Онстана поставили? – к боевому мальчишке присоединился еще один голос.

Стало любопытно, и я выглянула, приподнимаясь над перегородкой. В коридорчике стояли два мальчишки. Тот, что пониже с рыжими волосами и веснушками на лице, его имя я запомнила, потому что оно принадлежало к Хильд – Гримнир, а вот имя его друга никак не получалось выучить. Какое–то простое, легкое. Впрочем, как и сам мальчишка, чуть повыше ростом с копной темно-русых волос, падающих на лицо, отличительной чертой которого были большие серые глаза.

– Ты Рант, да? – переспросил Онстан, и мальчишка подобрался, готовый дать отпор, – Слушай, Рант, брат, не возись ты с этими неудачниками. Это же как зараза. Не успеешь оглянуться, как сам их ряды попадешь.

Айван захихикал:

– А по-хорошему не понимаешь, так мы поможем.

«Похоже, эти двое, Айван и Онстан, решили сразу обозначить, что они здесь самые главные. Решают, кто хороший, а кто плохой. И подбивать остальных на всякие нехорошие вещи будут», – пожала плечами, раздумывая, – «Может, мне это и на руку. Попытаться завоевать авторитет и вместе с ними в страхе остальных держать», – нет, нет, сама мысль об этом доводила до дрожи, – «Сама справлюсь!»

К обеду Магистр снова подала командирский голос:

– Отвратительно! Никуда не годится!

«Что?! Но мы же вычистили все! Остальное просто намертво въелось в камень!»

Очень хотелось помыться. Казалось, запах конского навоза впитался в кожу. Я пахла потом и, прямо говоря, еще чем похуже.

– Встанете завтра пораньше и пройдетесь еще разок.

– Да как же так?!

Кто–то попытался возмутиться, но Лерна даже не обратила внимание. Она повела нас прочь от ристалища и конюшен обратно к бараку.

– Будь моя воля, я бы не выпускала вас из конюшен до третьего пришествия Единого! Хилые слабаки! В мое время такие кандидаты даже не рассматривались! Жалкие ничтожества.