Среди врагов. Равен. Том 1

Глава 5. О преступлениях, наказаниях, о последствиях и о том, как меня настигла неожиданность

5.1

Наказание, о котором говорила Лерна, не заставило себя долго ждать. На следующее утро нашу группу действительно обрадовали новостью об урезанном рационе на сутки, и по красноречивому указательному взгляду противного Магистра, все поняли, кто виноват.

На тренировке та будто совсем озверела. Уже и не было жалко только вернувшегося из лазарета Гримнира, и ненавидела она всех детей, а не только меня. Я была совершенно точно уверена, что Лерна вымещает на нас злобу. Иного объяснения у меня не было.

Черные по очереди сваливались от усталости, покидая вытоптанную в густой тропе траву. Это приводило наставницу в ярость, ее глаза пылали недобрым огнем, она срывала голос, снова и снова приказывая вернуться к тренировке.

Я надежно закрепилась среди слабаков. Не скажу, чтобы меня это теперь так сильно волновало – не соответствовать чьим–либо ожиданиям тоже было по-своему приятно, так я хотя бы думала, что не предала себя.

Одной моей привязанности к Николло хватило. Я не должна была, но простая человеческая симпатия не спрашивала, угодно ли мне найти поддержку хоть в ком–то или нет. Она просто возникла. И теперь, стоило начать анализировать мои возникшие к этому хлюпику чувства, как с новой силой накатывала вся та боль, которую я, как казалось, похоронила очень глубоко.

Всемилостивые боги не могли уберечь меня от них, от этих самых навязчивых идей, что мучили меня во время таких продолжительных пробежек. Пыталась концентрироваться на дыхании: вдох носом, выдох ртом, работать руками, чтобы легкие наполнялись воздухом эффективнее. А в итоге я снова думаю о доме. Утренний морозных воздух наполнял грудную клетку, но я не улавливала в нем родных запахов. Я все еще была на чужбине.

Никто из родных больше не беспокоил моих снов. Я так тосковала о них, что молилась Нотт[1] о добрых видениях хотя бы о прошлом, чтобы снова повидать их, чтобы не забыть родных любимых лиц, чтобы помнить голос и запах. Но богиня была глуха к моим просьбам.

Впереди еле шевелила ногами хилая Елесна. Изо рта ее вырывался пар, легкие свистели. Обгоняя ее, заметила, какое румяное у нее лицо. В глазах стояли слезы, но девчонка отказывалась сдаваться. Пусть последняя, но я была уверена, что она добежит до конца. Она как–то неловко шарахнулась в сторону, чуть не оступившись. Видимо, меня испугалась. Неосознанным жестом я, не сбавляя хода, придержала ее, возвращая к дороге.

– Спасибо! – сквозь тяжелое дыхание поблагодарила она, и я побежала дальше.

За спиной что–то зашуршало, взвизгнуло, послышался шорох травы, а потом еще один громкий вскрик. Обернувшись, девчонку я уже не увидела. Зато к примятой траве, ускорившись, уже мчались Гримнир и Рант. Подхватив Елесну под руки, они побежали дальше и очень скоро оказались рядом, волоча подругу за собой.

Когда я проследила за ними взглядом, Рант ободряюще улыбнулся. Я тут же отвернулась и немного отстала, чтобы скрыться от его внимания.

Не знаю, почему, но я вся буквально покрывалась мурашками, когда этот паренек смотрел в мою сторону. Словно я чувствовала какую–то опасность, исходящую от него, вопреки этому приветливому невинному личику. Тем более, он казался слишком дружелюбным, а мне вовсе не хотелось быть очередной слабачкой, которую этот святой рыцарь собирается спасти во славу Единого бога.

«Фу!» – передернув плечами, я ускорилась. Финиш замаячил впереди, осталось немного, – «Надо хотя бы этих обойти. И я уже не буду последняя»

Так, обрадовавшись нехитрому плану, я втопила во всю прыть. Бок неистово кололо, дыхания не хватало, перед глазами стали мелькать белые пятна, плавно сдвигающиеся к переносице. Голова тут же закружилась, и я стала путаться в ногах. Трио, которое я обошла, неумолимо настигало. Я ощутила, как чужая рука обхватывает мое тело, пробравшись куда–то под подмышку. Незнакомые ледяные пальцы вцепились в мою рубашку и потянули за собой вперед. Повернувшись, еще не до конца придя в себя, оказалась лицом к лицу с Рантом.

Мальчишка тут же покраснел и отвел взгляд:

– Давай, еще чуть–чуть.

– Мрг–х, – я попыталась отстраниться, вырваться, но он только крепче резким жестом прижал меня к своему боку.

– Не глупи, дикая! Поймай наш ритм, мы почти добежали.

Внутри закипая от злобы, я попыталась сосредоточиться на ногах, двигающихся рядом синхронно. Мгновение, и после одной неудачной попытки, я подстроилась. Оказалось, так действительно легче.

Пересекли финишную черту мы одновременно. Самыми последними.

Лерна поспешила напомнить о том, какие мы немощные:

– Лишь в одном могу вас похвалить: не бросили товарищей в беде. Этого и ждет от нас Единый: жертвенности, сострадания, участия, – Магистр перевела взгляд с тяжело–дышащей Елесны на меня, – Хотя с такими товарищами и врагов не надо.

Наставница кивком отправила нас обратно, в барак, готовиться к теоретическим занятиям. Спиной я ощутила взгляды, наполненные презрением.

«Что ж… Раз ваша наставница меня ненавидит, значит, можно и вам…»

Закатывая глаза и проклиная хелеву академию, я поплелась в сторону нехитрого жилища. Не хотелось быть последней, ведь вода, натасканная в барак для умывания, была общая.

«Мерзость какая… И это, по их мнению, должно сплотить нас?!»

Оказавшись внутри, я поспешила к умывальной воде, которая уже была достаточно мутной, чтобы сомневаться в ее чистоте. Я кое–как сдержала несколько рвотных позывов, представляя, как вода стекает обратно в емкость с потного тела, например, Онстана.

– Фу, отойди! – вот и он, добрался до барака в числе первых, – Никогда не подходи к воде первой! Будешь мыться последней!

– Да! Ты всю воду заразишь, – подхватил его дружок, – И выливать тоже будешь ты. Не хочешь ведь, чтобы твои товарищи захворали? – Айван всегда крутился рядом с сильным дружком. Сам–то он едва был способен дать отпор, но его навыки в словесных перепалках зачастую перевешивали чашу весов в сторону туповатого Онстана, – Кыш! – они оба шикнули на меня, отгоняя подальше.