Среди врагов. Равен. Том 1

Глава 6. О том, как мы все взрослели

6.1

– Эгил!

Я резко обернулась, уворачиваясь от протянувшейся в моей стороны словно живой ветки. Живая изгородь заходила ходуном, облепленные густой листвой прямые, словно пруты, ветви потянулись ко мне, минуя Катрицу, мою напарницу. Та же, перехватив поудобнее широкий кривой меч, больше напоминающий собой сабли бродячих чужеземных загорелых людей, секла направо и налево, пытаясь прорубить путь ко мне.

– Ой! – пискнула она, поздно заметив, как лодыжку обмотало и потянуло в сторону кустов, – Прочь! Зараза!

Я прикрыла глаза, пытаясь успокоить заходящееся в тревоге сердце.

«Мы все это уже преодолевали…»

Стук в ушах стихал. Наконец и другие звуки стали различимы. Катринца истошно вопила, пытаясь освободиться от пут. Она звала меня, наплевав на инструкцию.

«Когда один обречен, каждый сам за себя», – твердил в голове голос Николло. Я покрутила головой, обнаружив, что живое растение переключилось на более простую жертву. Девчонка почти перестала бороться, листва почти полностью окутала ее.

Я отскочила в сторону уже собираясь бежать, как вдруг замерла, точно вкопанная.

«Нет! Они без конца талдычат о единстве, о команде, о слаженности. Это хелева проверка!»

Не раздумывая больше ни мгновения, бросилась к напарнице, вцепляясь пальцами в гибкие стебли. В лабиринте магия не была запрещена, но главным было никому не навредить. Хоть Лерна и в прошлом, Николло тоже умел наказывать. Тем более, что за нашим отрядом теперь наблюдали тщательнее. Да и подставлять наставника хотелось все меньше, он продолжал обо мне заботиться.

– Закрой глаза! – скомандовала я, потянув на себя ее руки и даже не ожидая, что Катринца послушается. Но, к моему удивлению, девушка крепко зажмурилась.

Руки мои, трясущиеся от напряжения, со скрюченными от холода пальцами, оказались слишком близко к ее лицу. Я продолжительно выдохнула, ощущая, как магия откликается, разливаясь по телу теплой приятной волной. Я направила поток через кисти к растению, не ожидая никакого подвоха. Разве что симпатичная мордашка напарницы могла пострадать.

«Будут ли тебя так же провожать восхищенными взглядами, если лицо украсит новенький магический шрам?»

Отогнав неуместные мысли, выпустила вспышку. Свет обжег растение, но вдруг стал рассеиваться, будто мрак сгустился только плотнее. Магический импульс скакнул в сторону, материализуясь в какое–то невнятное пятно, стало обретать очертания чего–то вытянутого, длинного, гибкого.

Словно из воздуха, соткалось призрачное багровое змеиное тело, двигающееся словно в танце. Полупрозрачная рептилия скользнула к телу Катринцы. Та, видно одолеваемая любопытством и страхом, все–таки подсмотрела, а теперь заверещала, когда змеиное тело стало обвивать ее, подобно растению.

Однако, действуя каким-то пока необъяснимым образом, призрачный помощник поглотил путы, оставив на концах ветвей только тлеющие обрубки, и стало растворяться в воздухе. Что–то в изгороди взвизгнуло, зашевелилось, отступило и затихло, обратившись в самый обыкновенный ровно остриженный куст. Лишь по земле стелились обожженные ветви.

– Эгил! – озадаченная произошедшим, я резко обернулась на голос.

«Фенрир меня раздери, она же сейчас кинется на меня!»

Обычно весьма симпатичная Катринца сейчас выглядела… Потрепано. Раскрасневшееся лицо пошло пятнами, что сползали по коже на шею и грудь, которую было видно сквозь распахнутую рубашку, густые темные волосы всклокочены так, что теперь, казалось, их будет невозможно прочесать, а янтарные глаза едва не исторгали пламя.

Напарница подошла ближе. Когда ее руки взметнулись, я непроизвольно сощурилась, ожидая нападения, но она вдруг обняла меня, крепко притянув к округлой груди:

– Ты спасла меня! – мягкие губы коснулись щеки, – Спасибо!

– Хель… Давай выбираться отсюда, ладно? – я неловко отстранилась от расчувствовавшейся напарницы. Она быстро закивала, а я достала наспех перерисованную перед стартом карту, – Тут Гарм лапу сломит… В какую сторону нам идти?

– Смотри, – она ткнула в какой–то поворот, – Я помню этот участок. Магистр сам указывал на эту часть лабиринта, как безопасную. Мы свернули налево, а надо было направо.

Оставалось только вздохнуть, признавая ошибку. Я повела Катринцу не в ту сторону. Но она и не слишком-то настаивала на другом пути.

Вернулись без происшествий. Большая часть отряда уже собралась у входа, потрепанные и уставшие, теперь дожидались оставшихся адептов, кто еще не успел преодолеть первое испытание лабиринта.

– Итак, адепты, – заговорил Николло, когда наконец все окружили наставника, – Сегодня вы лишь прикоснулись к опасности, подстерегающей вас внутри. Можно сказать, посмотрели издалека. Поверьте, теперь тренировок будет еще больше. Да, они станут сложнее, но я обещаю, что старания не пройдут даром. Все это вам поможет преодолеть путь до самого финиша без каких-либо проблем. Лишь будьте усерднее в учении.

– Тяжело в учении – легко в бою, – со вздохом произнесла Елесна, подходя ближе. Я проводила взглядом Катринцу, потирающую передавленные лозами ноги, и переключила внимание на подругу, – Почему они не поставили нас вместе?

Я пригляделась – видимых повреждений на девушке не было. Да и бодрилась она, как и обычно, сияя широкой улыбкой.

– Потому что знали, что ты и без меня прекрасно справишься, – я улыбнулась, а она приобняла меня, утаскивая в сторону, где ее уже поджидал Грим, – Как прошло? – обратилась я к юноше.

Он сильно вытянулся за полгода, оброс какой–никакой мускулатурой, и теперь уже не выглядел таким хилым, как раньше. Пускай его внешняя уязвимость и обманывала, я прекрасно помнила, как он обратил свой недостаток в преимущество, демонстрируя поразительную верткость и скорость.

– Нормально, – безразлично пожал плечами он, вертя головой, – Ранта не видели?