Срочно к мужу!

Глава четвертая волнительная

Все следующие дни я старалась вести себя тише воды, ниже травы. Во-первых, для того чтобы не мешать двум бесконечно занятым мужчинам. Артефактор, и правда, оказался хорошим учителем и доступно объяснял, на первый взгляд, самые странные понятия. Рий вдумчиво слушал, кивал болванчиком и делал для себя какие-то выводы, что было понятно по его задумчивому состоянию и карманному подобию блокнотика, куда он часто вносил свои пометки. Я ходила следом и старательно запоминала всё, что казалось мне важным. При этом пыталась практически не задавать вопросов, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. А во-вторых, причиной моего неимоверно скромного поведения стало желание разузнать обстановку как можно лучше, прежде чем идти за правдой. Конечно, сидеть в лаборатории артефактора до конца я не собиралась, а потому ждала подходящий момент, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз. Но, как назло, старый проныра ни на минуту не оставался в одиночестве. А раскрывать свои карты ещё и перед Рием, мне вовсе не хотелось. Чем меньше посвящённых, тем лучше.

Странное дело, но за эти дни мы с Рием не подружились и не рассорились. Просто вынуждено существовали рядом. Рий всеми силами показывал, что моё общество его нисколько не тяготит, не смотря на то что ему пришлось заказывать на меня дополнительную порцию с кухни и выставлять себя обжорой, что, как я поняла, не приветствовалось в этом мире даже среди прислуги. Более того, я поселилась в небольшом закутке Рия, и Рий отдал мне лучшую из трех имеющихся перин, на которой до моего появления спал сам. К сожалению, нормальных кроватей для нас у артефактора не было, а потому мы спали в противоположных концах закутка на перинах, которые стелили на слой тонких досок. Но женское сердце не обманешь, а интуицию не продашь, и потому, как бы Рий не пытался выглядеть невозмутимо, я периодически замечала вселенскую тоску в его глазах. Было неловко спрашивать, что у него случилось и почему он такой угрюмый и неразговорчивый. И я тоже делала вид, что всё в порядке.

Сырость, холод, идущий от пола по ночам, и тяжёлый влажный воздух сделали своё дело, и я начала заболевать. Как некстати! Предпосылки нездорового кашля омрачили очередное утро, но я пыталась держаться, как могла. К счастью, щеки не пылали, и голова не болела. Наверное, температура не поднялась.

– Болезная? – всё же заметил моё состояние артефактор.

Приняв наиболее невозмутимый вид, я отрицательно качнула головой, пытаясь держаться на расстоянии от мужчин.

Вечером Рий молча отдал мне своё одеяло, оставшись ни с чем. Благородно, но так непрактично.

– А как же ты?

– Переживу.

Ссориться не хотелось, но и отнимать чужое одеяло совесть не позволяла. В итоге я мягко настояла на своём. Но утром проснулась под тяжестью двух одеял. Вот упрямец! Окинула помещение коротким взглядом и пришла в настоящее негодование. Молодой человек трясся от холода на своей перине, сложа крепкие накачанные руки на груди. Губы посинели. Даже его борода казалась грустной и поникшей.

К вечеру Рий заболел, причем заболел по-настоящему, не так как я. А на что он надеялся? На богатырское здоровье? Увы, но даже самые сильные могут болеть, испытывать боли и прочее. С другой стороны, если бы Рий не отдал мне одеяло, вся тяжесть настоящей простуды коснулась бы меня. Тоже мало приятного. Но тогда, быть может, я не чувствовала бы себя такой виноватой?

Артефактор был на нас страшно зол.

– Уму не постижимо! Мы не успеваем завершить партию освещающих артефактов, требуемых к началу месяца, а вы болеете. Кто будет отрабатывать мой труд в обучении и изготавливать артефакты? Зачем мне такие ученики? Я один ни за что не успею.

Более-менее придя в спокойное состояние, я бегала по лаборатории, выполняя все поручения артефактора за себя и за Рия. Вернулась в обеденное время в закуток, где спал пылающий от температуры Рий. Мне даже не потребовалось наклоняться и трогать лоб, чтобы ощутить исходящий от мужчины жар.

За обедом на кухню пришлось идти самой. И почему служанки не могут приносить подносы с тарелками под лабораторные двери? Ах, да – так распорядился артефактор.

Выходить за пределы относительно безопасного для меня блока артефактора не хотелось. Я даже была согласна немного посидеть на диете, лишь бы оставаться на месте. Но больной организм Рия определённо нуждался в жизненных силах и энергии, получаемой из продуктов питания. А потому я собралась с духом, перепачкала сажей лицо на всякий случай, надела потрёпанное мешковатое платье, которое нашлось в закутке, и на трясущихся ногах отправилась в сторону кухни. Я вздрагивала от каждого шороха, пониже опускала голову, чтобы скрыть лицо, и передвигалась чуть ли не на носках. Потом поняла, что такое поведение может вызвать массу подозрений и зашагала спокойно, но торопливо и уверенно, как и подобает шагать вышколенной прислуге. На кухне смотрели на меня странно, поскольку до поварих сразу дошло, что Рий брал двойные порции не просто так. Однако поварихи без возмущений выдали мне положенное. Вернулась я тоже относительно спокойно.

С трудом разбудила Рия, помогла ему приподняться и вручила тарелку с горячим супом. Быстро отнесла порцию артефактору и пообедала сама.

Нет, так продолжаться не может. Если мне придётся часто бегать на кухню, появится возможность попасться страже или Повелителю.

На мою удачу, после сытного обеда артефактор слегка расслабился. Нужно пользоваться моментом, пока никого рядом нет. С чего бы только начать? Спросить о других мирах? Или нужно сразу сказать, что хочу домой вернуться? Может, есть для этого какие-то специальные артефакты.