Срочно! Требуется муж для Тёмного Властелина

Глава 5

Мне понадобилось ровно три глотка ледяного вина, крепостью способного свалить с ног матерого огра, чтобы собрать мысли в кулак. Вернее, в острый, сверкающий кастет. Первая шестёрка претендентов была представлена. Зал гудел, как растревоженный улей. Кто-то обсуждал нелепость Малкона, кто-то – ледяную невозмутимость Хельгарда, кто-то с опаской поглядывал на светящиеся руны на мантии Золтана. А я чувствовала на себе десятки взглядов – оценивающих, пожирающих, полных надежды. Они смотрели на трон. На власть. На женщину в платье-ночи, которая сидела на этом троне, неподвижная, как изваяние.

Пора было напомнить им, кто здесь режиссёр.

Я поднялась. Мгновенная тишина упала на зал тяжелее свинцового покрывала. Даже скелеты-музыканты замерли, костяные пальцы застыли над струнами.

Я прошла к краю возвышения. Моё отражение в полированном чёрном ониксе пола было размытым, зыбким призраком, увенчанным кровавым рубином.

— Прекрасно, — начала я, и моё слово, тихое вначале, будто бы само натягивало на себя тишину, становясь громче. — Вы все явились. Одни – с надеждой. Другие – с расчётом. Третьи… — мой взгляд скользнул по Люциану, стоявшему чуть в стороне, — из любопытства. Вы увидели меня. Услышали. Позволили себя оценить. Теперь пришло время понять, зачем вы здесь на самом деле.

Я обвела их взглядом, цепким и холодным.

— Это не бал. Не светский раут. И уж точно не аукцион, где можно купить расположение монетой или пустой лестью. То, что начинается завтра – это Великий Отбор. И отбор будет суров. Я не нуждаюсь в украшении для трона или в тихом, послушном супруге, которого можно будет спрятать в дальних покоях. Мне нужен правитель. Союзник. Человек… или не-человек, — я кивнула в сторону Золтана и Громобоя, — который не согнётся под тяжестью моей короны, а сможет нести её рядом со мной. Который не испугается моей тени, но и не попытается её затмить.

Я сделала паузу, давая словам просочиться в самые закоулки их амбиций.

— Испытания будут разделены на три этапа. Первый – Разум и Хитрость. Второй – Сила и Отвага. Третий… третий будет сюрпризом. Испытание того, что нельзя измерить ни логикой, ни мускулами. После каждого этапа число претендентов будет сокращено. Жестоко. Беспощадно. Только сильнейшие дойдут до конца. А в конце… — я позволила губам растянуться в улыбке, лишённой всякого тепла, — в конце останется один. Тот, кто окажется достоин. Или тот, кого сочту достойным я.

В зале пронёсся вздох – смесь страха и азарта.

— Правила просты. Запрещено убивать других претендентов напрямую. Остальное – на ваше усмотрение. Предательство, подкуп, магия, хитрость – всё входит в игру. Потому что трон – не для наивных. Начало завтра на рассвете в Ледяном Колизее. Первое испытание ждёт вас там. А теперь… — я широко раскинула руки, и звёзды на моей юбке вспыхнули ослепительно, — наслаждайтесь остатком вечера. Пусть ваши последние спокойные часы будут сладки.

Я повернулась, давая понять, что аудиенция окончена. И в этот момент из толпы, как выстрел, вырвался лорд Малкон.

— Ваше Величество! Позвольте! Всего один танец!

Он уже тянул ко мне свои пухлые, влажные руки, от которых, я поклялась, запахло сыростью даже на расстоянии. Он был пьян – от вина или от собственной дерзости. Я замерла, глядя на него, как на внезапно заползшую в бальный зал слизняку.

— Лорд Малкон, — произнесла я ледяным тоном. — Вы нарушаете дистанцию.

— Но мы же будущие супруги! — буркнул он, пытаясь ухватить мою руку.

Я не стала использовать магию. Не стала звать стражу. Я просто посмотрела ему прямо в глаза. Взглядом, в котором не было ничего, кроме абсолютной, бездонной пустоты и обещания боли такой изощрённой, что её будут вспоминать даже его далёкие потомки. Малкон застыл. Потом побледнел. Потом резко отдёрнул руку, будто обжёгшись, и, спотыкаясь, отступил в толпу, бормоча что-то невразумительное.

Следующим подошёл барон фон Штарк. Он не пытался прикоснуться. Он поклонился с математической точностью.

— Ваше Величество, — заскрипел его тонкий голосок. — Осмелюсь заметить, ваша речь была образцом политической риторики. Чётко, ясно, мотивирующе. Позвольте предложить вам деловое партнёрство уже сейчас – мои финансисты могут просчитать вероятные исходы каждого испытания, что сэкономит ваше драгоценное время.

Я смотрела на него, едва сдерживая вздох.

— Барон, если я захочу знать вероятности, я спрошу у своих придворных некромантов. Они, по крайней мере, делают это с большим стилем. Ваше рвение похвально, но неуместно. Отойдите.

Он склонился ещё раз, нисколько не смутившись, и отбыл, уже что-то подсчитывая на своих тонких пальцах.

Потом был граф Хельгард. Он приблизился бесшумно, оставляя за собой лёгкий иней на полу. Он не просил танца. Не предлагал услуг.

— Вы говорили о силе, что не ломает, а дополняет, — произнёс он своим хрустальным голосом. — Моя философия – та же. Завтра вы увидите не просто воина. Вы увидите стратега. Холод – это не отсутствие мысли, Ваше Величество. Это её концентрация. Я сохраню для вас лучшее место на трибуне, чтобы вы могли наблюдать.

И, кивнув, он растворился в толпе, оставив после себя лишь прохладу и ощущение… предвкушения. Чёрт его побери, он умел заинтриговать.

От тёмных эльфов отделился один – высокий, с лицом, высеченным из тёмного аметиста. Он подошёл, и его движения были столь же гладки и опасны, как течение подземной реки.