Срочно! Требуется няня для дочки короля мафии

Глава 9

Последующие дни текли размеренно, как четко отлаженный механизм.

Выполняю обязанности с автоматической точностью, став частью ритма этого огромного, холодного дома. Александра Кирилловича я стараюсь избегать – да и он, казалось, делает то же самое. Его присутствие ощущается лишь эхом: хлопаньем двери кабинета поздно вечером, тихим голосом за стеной во время ночных звонков, запахом дорогого парфюма и сигарет в холле по утрам. Все его время занимали переговоры, встречи и… странные визиты. Иногда к нему приходили мужчины совсем не делового вида – колоритные, с тяжелыми взглядами и молчаливой уверенностью в каждом движении. Они излучали ту самую, первобытную опасность, от которой по спине бегут мурашки. Я быстро научилась в такие дни не выходить из детской части квартиры и занимать Вику чем-то особенно тихим.

Все налаживалось и это не могло не радовать. Я получила реструктуризацию долга, переоформила его на себя и сделала большой взнос. С этим помогла Лариса Дмитриевна. Удивительно, но эта женщина ко мне оттаяла. Не превратилась в подругу – боже упаси. Но из ледяного надзирателя стала скорее строгим, но справедливым коллегой. Она перестала следить за каждым моим шагом и однажды даже пригласила на кухню на чашку кофе, пока у Вики был урок живописи.

– Викуля с вами слушается лучше, чем с кем-либо, Лидочка, – констатировала она, разливая ароматный эспрессо по крошечным фарфоровым чашкам. В ее голосе не было ни лести, ни особой теплоты – лишь профессиональное признание факта. – Даже французский делает без истерик. Вы нашли к ней подход.

– Она хорошая девочка, – пожала я плечами. – Ей только нужно, чтобы ее слышали.

Лариса Дмитриевна лишь кивнула, и в этом кивке было больше понимания, чем в любых словах.

С Марией Андреевной, мы тоже очень поладили. Эта женщина оказалась простой, душевной, с добрыми глазами и золотыми руками, способными превратить любой набор продуктов в кулинарное волшебство. Мы болтали на кухне, пока она готовила, и однажды вечером она застенчиво пригласила меня разделить с ней бокал вина – у нее был день рождения, и отмечать его было не с кем. Северов в этот вечер отсутствовал вместе с Викой – они поехали в гости к друзьям, с ночевой. Все случилось неожиданно. Вика хотела взять меня, но Александру Кирилловичу идея не понравилась. Ну а я была рада такому спонтанном свободному вечеру.

– Выпьем за здоровье, Лидочка? – предложила Мария, доставая из буфета бутылку белого сухого.

Я не могла отказать. Один бокал плавно перетек во второй, разговор стал тише, доверительнее. Мы говорили о жизни, о детях (у Марии Андреевны их двое, уже взрослых), о том, как странно устроен этот лофт – полный роскоши, но иногда таким пустым кажется.

И тогда, под влиянием теплого вина и тихой, почти домашней атмосферы ночной кухни, Мария Андреевна опустила голос до шепота.

– Только никому ни слова, ради всего святого, – начала она, и ее взгляд стал серьезным. – Про маму Викушки…

– Да, я все голову ломаю.

– История та еще! Для романа! Я же очень давно на Северова работаю. Он тут кстати не часто проживает. Больше предпочитает столицу. Это сейчас они что-то подзадержались… Ой, да я только рада.

Я смотрю на Марию с нетерпением. Да уж, приступать к сути она не торопится. А у меня сердце сжимается, тяжелое предчувствие. Я всегда думала о трагедии – болезнь, авария, смерть при родах. Горькая, но понятная боль, объясняющая и суровость Александра Кирилловича, и эту всепоглощающую опеку над дочерью.

Реальность оказалась иной, и от нее стало муторно и горько.

– Алиана – конечно невероятная красотка. Это мать Вики. Просто ослепительная. Темные волосы до пояса, глаза, как у лани – большие, карие, восточный типаж. Она модель, очень известная в своих кругах. Часто на обложках журналов. Какая же они были красивая пара.

– Она жива? – не выдерживаю накала.

– Ну конечно! Но обо всем по порядку, ладно? Так вот, в Александра Кирилловича она была влюблена, как кошка. Проходу не давала. Бурные отношения. Она то ластилась, то выпускала когти. Он же… Ну по нему никогда ничего не понятно. Всегда как глыба льда. Но ни в чем не отказывал. Подарки, путешествия, весь мир к ее ногам. Потом она забеременела. Все думали – остепенится. Родила Вику. Девочка – вылитый отец, блондиночка, только глазки ее, Алианы, карие. Ох красотка наша Викуля будет.

Мария Андреевна сделала глоток вина, ее лицо исказила гримаса, будто от чего-то кислого.

– А потом… Полгода Викушке было. Приехало приглашение на какую-то супер-тусовку на частном острове одного миллиардера. Светские львицы, гламур, все такое. И она… собрала чемоданы. Сказала, что на неделю, «развеяться». Александр Кириллович был против, скандал был жуткий. Но она уехала. Позвонила раз. Потом другой. Потом ни звонков, ни сообщений. Пропала. Он ее искал, конечно. Оказалось, она не пропала. Она сбежала. С арабским шейхом, в Дубай. Выбрала другую жизнь. Без мужа, без ребенка. Она конечно жива-здорова. Просто очень любит веселиться. Очень востребованная модель. Вику так жалко… Отец поэтому строг с ней. Боится чтобы пустышкой как мать не выросла.

В кухне повисла тяжелая, густая тишина. Я сидела, не в силах вымолвить ни слова. В голове не укладывалось.

Сбежала! Не умерла. Не погибла. Оставила полугодовалую малышку! Просто исчезла, как дым, выбрав блеск папарацци и шум чужих вечеринок.

Мороз по коже!

– Теперь я понимаю почему Северов такой…

– Да нет, он всегда таким был, – грустно улыбается Мария Андреевна. – Я же у него еще до Алианы работала, Лидочка. Он скуп на эмоции, бизнес отнимает у него все время. В делах он безжалостен. А уж связи у него… Ох, много слухов ходит. Что вроде как он связан с криминальным миром. Очень закрытый мужчина.

– Но он должен понимать, что дочь за грехи матери не отвечает…

– Александр Кириллович очень умен и проницателен. Викушку очень любит, просто не умеет быть другим. И любит все контролировать.