Срочно! Требуется няня для дочки короля мафии

Глава 19

– Слушай, ты меня прости за эту фразу про ваши отношения, ладно? Иногда я слишком прямолинейна. Это у меня от папули. И бывает совершенно некстати. Ляпаю а потом жалею, – смущенно говорит Анна.

– Все в порядке.

– Ну тогда отлично. Идем. Ты тоже можешь сказать все что угодно о моей мазне, идет?

– Хорошо, – улыбаюсь, про себя точно зная, что ничего плохого говорить точно не буду – да и в искусстве разбираюсь довольно слабо, чтобы иметь право на критику. Куда там!

Аня ведет меня по тихому, слабо освещенному коридору, в сторону от шумного эпицентра вечеринки. Толкает тяжелую дубовую дверь с массивной кованой ручкой, и мы заходим.

Мое воображение рисовало чердак, пахнущий скипидаром и маслом. Но мастерская оказывается просторным помещением с высокими потолками, залитое светом, который вспыхнул, как только мы вошли.

Прохожусь мимо мольбертов с полотнами разной степени готовности: одни с едва намеченными углем контурами, другие – уже сияющие слоями масла. На длинных, заляпанных краской столах в художественном хаосе лежат тюбики, банки, кисти всех размеров, палитры, застывшие с засохшими остатками краски. На стенах, не только на стенах, но и прислоненные к ним, висят и стоят готовые работы.

Это не портреты или пейзажи в классическом смысле, скорее эмоции, застывшие в форме и цвете. Огромное полотно, где вихрь темно-синих и фиолетовых мазков складывался в призрачный, почти невидимый профиль.

Другое – взрыв огненно-рыжих, золотых и багровых пятен – вспышка внутри черного ящика.

Я молча хожу между полотен, завороженная. В них нет пафоса или желания понравиться. Зато очень много живой энергии.

– Это невероятно, – выдыхаю, переполненная эмоциями. – Ты очень талантлива! По-настоящему.

– Спасибо, Лид, – взволнованно отвечает девушка. – Вообще, я не очень люблю приводить сюда кого-то. Даже папу не пускаю. А тебе захотелось открыться. Я сейчас думаю над выставкой.

– Обязательно надо. Нельзя такое прятать.

– Спасибо…

– Я говорю совершенно искренне. Знаешь, не умею лицемерить. И ты была права там, наверху… нас с Алексом не связывает никакая романтика. Это чистая формальность. Просто Кира Анатольевна в последний момент отказалась идти на этот вечер, а ему нужна была пара.

Выпаливаю и застываю в шоке.

Нельзя было.

Вот уж воистину – сила искусства. Меня совершенно неосознанно прорвало на откровенность.

– Кира? Отказалась? – изумленно фыркает Анна. Ее брови удивленно ползут вверх. – Быть такого не может. Эта женщина готова зубами вцепиться в любую возможность быть рядом с Алексом.

Она замолчала, ее взгляд стал задумчивым и острым. Потом она вдруг махнула рукой, словно отгоняя неприятную мысль, и снова засияла своей открытой улыбкой.

– Ань, если он узнает о моих откровениях… Думаю мне придет конец. Я вообще-то всего лишь няня Вики, – говорю торопливо. И будь что будет.

– Что?? Боже, Лидуся, да ты полна сюрпризов! Ну ничего себе! – хохочет. – Это так круто!

– Что именно?

– Ну, не знаю. Вся ситуация в целом. Если бы я была писательницей, а не художницей, я бы точно взяла это как сюжет для романа.

– Скажешь тоже.

– Скажу! Вот именно, дорогая! Скажу! Ой, знаешь, я хочу нарисовать твой портрет. Ты не бойся, я не только по абстракции. Красиво выйдет. Сядь на пару минут, я набросаю? И сфоткаю. Сделаю за пару дней, ок? Будет мой подарок.

– Да ну что ты.

– Я серьезно. Твои волосы – чудо. Они – вдохновение. А еще нам нужно шампанское.

Достает мобильный, фотографирует меня, затем звонит кому-то и тут же в дверях материализуется официант с подносом на котором ведерко с бутылкой дорогого игристого и двумя бокалами.

– И не бойся я – могила. От меня Алекс ничего не узнает. Ты не представляешь, как я счастлива, что у Викуси нормальная наконец воспитательница. Давай за это выпьем! За искусство, за честность, и за то, что ты мне все больше и больше нравишься!

Все еще находясь под впечатлением от картин и наших откровений, я машинально принимаю бокал. В этой мастерской, среди красок и задушевных бесед, все кажется возможным и простым. Даже дружба с дочерью хозяина вечеринки, которая, кажется, видит ситуацию куда яснее, чем я сама.

Аня и я возвращаемся в шумный зал спустя час – уже настоящими подружками, связанные общим секретом и легким, приятным головокружением от шампанского. Напряжение, сковывающее меня с самого утра, почти растворилось в смехе и откровенных разговорах.

– Куда ж вы пропали, девочки? – гремит над нами бас Самойлова. Он стоит с бокалом, окруженный гостями, но его взгляд добродушно-укоризненный. – Алекс даже разнервничался, куда его прелестная спутница так надолго пропала.

Чувствую, как у меня пекут щеки. Разнервничался? Из-за меня? Или из-за того, что его «аксессуар» вышел из-под контроля?

– Где он, кстати? – спрашивает Аня, оглядывая зал.

– Как обычно, важный звонок. Ушел в мой кабинет. Сейчас вернется.

– Черт, – тихо, но отчетливо выдыхает Аня рядом. Ее пальцы внезапно сжимают мою руку с силой.

Прослеживаю за ее взглядом, который уткнулся в точку через зал.

И вижу Киру Анатольевну…

Друзья, не пропустите скидку

Наследник магната. Вернуть любой ценой - 20%

https://litnet.com/shrt/IqdV

– Ты беременна, – Амир Юсупов смотрит на мой живот, который я прикрываю рукой машинально. Мужчина из моего прошлого. Тот, кто вышвырнул меня безжалостно, не дав оправдаться.

– А ты, насколько я понимаю, собираешься жениться? – спрашиваю беззаботно, собрав на эти слова все свои силы.“Невеста”, с которой я имела до этого далеко не приятную встречу в туалете, как раз идет в нашу сторону, прожигая меня недовольным взглядом.

Меня всю трясет, я держусь из последних сил. Произношу как можно более сладким голосом:

– В общем, я тебя поздравляю!Разворачиваюсь, иду к своему столику, чувствуя как сердце выпрыгивает из груди. Мужская рука ложится мне на плечо, Юсупов разворачивает меня к себе.

– Мы не договорили. Какой срок? Это может быть мой ребенок?Несколько месяцев назад Амир Юсупов сказал мне, что если хоть раз еще попадусь на его пути – уничтожит.

А я ношу под сердцем его сына. Я не искала этой встречи.Я лишь пытаюсь возродить свою жизнь из пепла…