Срок действия волшебства

Глава 3. Новый гость

Утро в Вересковой Пади началось с привычного шепота вереска за окном и посвистывания чайника, который, казалось, напевал мелодию старого леса. Я встала пораньше и уже сидела за прилавком в ожидании посетителей.

Бисквит сильно помог мне прошлой ночью, и теперь я чувствовала себя просто прекрасно. Он, как ни в чем не бывало, дремал возле свитков и даже ухом не вел, когда я наводила шум, переставляя баночки с ингредиентами для зелий.

Шепот все так же играл с вчерашней бусиной. Его колокольчик звенел, оповещая меня, что ворон опять творит что-то запрещенное, но я уже так к этому привыкла, что не обращала внимания.

Первым посетителем стал фермер Фергус. Он, восторженно размахивая руками рассказывал, сколько денег успел заработать на ярмарке, продавая яйца, и даже расщедрился на десяток кубиков в подарок для меня.

Второй гость, нарисовавшийся стразу после ухода фермера, поразил меня до глубины души. Дверь лавки скрипнула, и я подняла взгляд, ожидая очередного деревенского мужика с жалобой на хромую козу или проклятый пирог. Но вместо этого в проеме возник молодой человек, чья надменная улыбка резала глаз, как луч солнца на полированном стекле.

Оливер Рейн, как я позже узнала, был высок, с темными волосами, зачесанными назад, словно он готовился к балу, а не к визиту в глушь. Его плащ, зеленый, как весенняя трава, был безупречно чист, несмотря на пыльные тропы Вересковой Пади, а в руках он держал кожаный чемодан, от которого исходил резкий аромат мяты, шалфея и едкой полыни. Его серые глаза оглядели лавку с таким видом, будто оценивали старый сарай перед сносом.

— Элинор Блэквуд, полагаю? — сказал он, и его голос, гладкий, как шелк, сочился самодовольством. — Оливер Рейн, инспектор Совета Ведьм. Я здесь, чтобы расследовать пропажу магических трав, в короткий перечень которых входит: лунный клевер, звездная мята и огненная полынь. Их выращивают на полях, близ Вересковой Пади. А еще, кажется, вчера погода внезапно изменилась.

Я моргнула, чувствуя, как раздражение закипает, словно молоко, забытое на плите. Инспектор Совета? Пропажа трав? Еще и мою маленькую шалость с погодой сюда приплели?

Я знала, что эти травы, не просто сорняки. Лунный клевер, светящийся в полнолуние, нужен для защитных чар, звездная мята предназначена для зелий ясновидения, а огненная полынь хороша в мощных исцеляющих смесях. Без них зелья Совета слабеют, а их казна пустеет, ведь эти травы ценятся в городах дороже золота.

Если они пропадают, это не просто деревенская беда, а удар по Совету, и, похоже, что кто-то пытается свалить вину на меня. Я поправила рыжую прядь, выбившуюся из-под зеленой ленты, и дотронулась до браслета, пытаясь не сорваться.

— Пропажа трав? Погода? — переспросила, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Впервые слышу. У нас тут больше волнуют квадратные яйца.

Оливер вскинул бровь, будто я сказала что-то нелепое, и поставил чемодан на прилавок, чуть не задев Бисквита, который фыркнул и перевернулся на другой бок.

— Квадратные яйца? — хмыкнул он, и его улыбка стала шире, как у торговца, почуявшего легкую сделку. — Очаровательная деревенская чушь. Но я здесь не за этим. Травы принадлежат Совету, и их пропажа угрожает магическому порядку. Я подозреваю, что кто-то в этой деревне, возможно, даже из этой лавки, причастен к краже.

Я стиснула зубы, чувствуя, как щеки вспыхнули. Яичные кубики так и лежали на прилавке в лукошке. Хотелось схватить одно из них и кинуть в самодовольное лицо инспектора.

Он обвиняет меня? Меня, чья магия едва держит три дня? Да я только прибыла сюда и не успела изучить ни то что поля, даже в лес Туманных Троп еще не заглянула за травами, список которых каждодневно рос и мисс Роуз уже начала активно намекать на то, чтобы я сходила туда и пополнила запасы.

— Если думаете, что я самовольно таскаю травы Совета Ведьм, то вы ошиблись, — буркнула, скрестив руки. — Если понадобится что-то, то лес под боком. Ищите своих воров где-нибудь еще.

— Карр! Городской выскочка! — каркнул Шепот, перелетев на полку поближе и уронив бусину, которая звякнула о банку с ромашкой. — Проверь свой чемодан, там небось полполя спрятано!

Оливер бросил на ворона взгляд, холодный, как зимний ручей, и поправил манжету плаща.

— Забавный питомец, — сказал он, и его тон был таким снисходительным, что я захотела швырнуть в него банкой. — Но я серьезно, мисс Блэквуд. Совет ждет моего отчета, и я выясню, кто крадет травы. Сотрудничайте, и это облегчит нам обоим жизнь.

Я посмотрела на него, чувствуя, как раздражение перерастает в злость, как ветер, набирающий силу перед бурей.

— Хорошо, мистер Рейн, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Расследуйте. Но не ждите, что я буду вам кланяться.

Оливер улыбнулся, и эта улыбка была острой, как шип терновника.

— Не беспокойтесь, мисс Блэквуд. Я привык работать один. — Он развернулся, его плащ взметнулся, как тень ворона, и вышел, оставив за собой едкий шлейф полыни.

Я вздохнула, чувствуя, как сердце колотится.

Шепот каркнул:

— Карр! Принесла нелегкая!

И я, несмотря на злость, не могла не согласиться. Вересковая Падь и без того была испытанием, а теперь еще этот Оливер Рейн. Но я не собиралась складывать лапки и танцевать под их дудку.