Срок действия волшебства

Глава 4. Зелье для петуха

Новый день наступил так же неумолимо, как и все предыдущие. Не успела я открыть ставни, как лавка наполнилась светом и... запахом чужих проблем. Посетители, словно по сигналу, стали стекаться к двери, а я уже чувствовала, как наваливается усталость.

Бисквит, видимо, предчувствуя надвигающийся хаос, сидел на подоконнике, выпрямив спину и напряжённо дёргая кончиком хвоста. Его золотистые глаза не отрываясь смотрели на дверь. Шепот же, затаившись где-то за стеллажами, изредка доносил свой приглушённый, ехидный карр, словно ожидая подходящего момента для очередной пакости.

Первой в лавку ворвалась Марта, маленькая, суетливая старушка с острым, как укол иглы, взглядом. Её платье, сшитое из старых мешков, было затёрто до дыр, а на голове сидел колпак, украшенный сухими травинками. Она держала в руках маленькую бутылочку с водой, а её голос дрожал от праведного негодования.

— Мисс Блэквуд, спасите! — заголосила она. — Моя соседка, миссис Дорис, опять украла у меня зелёный горошек! И теперь собирается варить из него суп! Я хочу, чтобы вы... чтобы вы навели на её суп порчу! Пусть он станет горьким, как полынь, и кислым, как уксус!

Я устало вздохнула. Мне приходилось объяснить, что я не навожу порчу. Совет Ведьм строго-настрого запретил заниматься тёмной магией, и я была вынуждена следовать этому правилу.

— Марта, я не могу этого сделать, — начала я, но она меня не слушала.

— Мисс Блэквуд, но ведь вы волшебница! Вы должны помочь! Я уже потеряла весь урожай, а миссис Дорис снова смеётся над моим горем!

Я была на грани, а тут ещё и Шепот, который всё это время спокойно сидел, начал громко каркать, будто подбадривая старушку. Её требование навести порчу было настолько абсурдным и... опасным, что в моей памяти тут же всплыло холодное, презрительное лицо Оливера. Я вспомнила его слова о «деревенской чепухе» и насмешливое замечание о том, что каждый промах будет доказательством моей некомпетентности.

От этой мысли стало ещё хуже. Я не могу навести порчу, но и объяснить это Марте, которая уже сверлит меня взглядом, у меня нет сил. Зажатая между принципами и усталостью, я приняла единственное возможное решение.

— Марта, у меня есть кое-что получше, — сказала я, стараясь говорить уверенно. — Порча — это тёмная магия, а я предпочитаю работать со светом. У меня есть зелье, которое сделает любой суп таким вкусным, что миссис Дорис не захочет его прятать и будет делиться с вами.

Глаза старушки, полные подозрения, сузились.

— Но я не хочу, чтобы она делилась, я хочу, чтобы она страдала!

— Страдать она будет от своей щедрости, — солгала я, уже не особо заботясь о правдоподобности.

Я потянулась за склянкой с зельем «щедрости», приготовленным на основе мятного корня, который, как известно, делает еду невероятно вкусной. Но в этот момент Марта нетерпеливо дёрнулась вперёд, и её движение отвлекло меня. Краем глаза я успела заметить, как Шепот, словно ожидавший этого момента, проворно спрыгнул с ветки. Я увидела, как он подбросил в склянку маленькую, ярко-красную ягоду, похожую на каплю крови, но прежде чем я успела что-либо сделать, Марта выхватила пузырек из моих рук.

В ту же секунду дверь скрипнула, и на пороге появился Оливер. Он остановился, окинув быстрым взглядом Марту с пузырьком, потом перевёл его на меня. Увидев мою растрёпанную причёску и отчаяние в глазах, инспектор нахмурился.

— Вы же не... — начал он, но его прервала Марта, которая, не обращая внимания на его присутствие, побежала прочь, прижимая склянку к груди, словно это было величайшее сокровище.

— Это что, ягода дуги? — резко спросил Оливер, сделав шаг ко мне. Его тон не был насмешливым, в нём звучала тревога.

Я похолодела. Ягода дуги? Я даже не знала о существовании такой ягоды.

— Это... это мятный корень, — неуверенно ответила я, пытаясь скрыть панику.

— Мятный корень? — он усмехнулся. — Я не о нём говорю. Я говорю о той маленькой красной ягоде, которую ваш птах только что подбросил в склянку. Ягода дуги.

Я замерла, не зная, что ответить. Оливер знал. Он знал, что Шепот сделал что-то не то. Он знал, что я влипла.

Оливер подошёл ближе, его взгляд стал серьёзным.

— Ягода дуги не делает суп вкусным, мисс Блэквуд. Она вызывает эмоции. Сильные, неконтролируемые. Она не создаёт доброту, она её усиливает. Или... злобу. Она действует как усилитель, без разбора. И если вы дадите это зелье старушке, она не будет делиться супом, она будет… делиться своими самыми сокровенными мыслями.

В следующее мгновение его слова словно ледяной душ вылили на меня, заставляя панику отступить, а на её место пришла трезвая мысль. Я не могла допустить, чтобы это произошло. С её обидой на соседку Марта была способна наговорить лишнего, а миссис Дорис, в свою очередь, ответить ей тем же. Вся деревня рисковала узнать самые неприглядные секреты друг друга. Это была бы катастрофа.

Я резко повернулась и бросилась к двери. Просить Оливера о помощи было бы равносильно признанию собственной некомпетентности. И мне нужно было самой справиться с этим. Я выскочила из лавки, крича вслед старушке, которая уже скрылась за поворотом.

— Марта! Марта! Постойте!

Но она, видимо, не слышала меня и продолжала идти, прижимая к себе драгоценный пузырёк, с удивительной для её возраста проворностью. Я осталась стоять посреди улицы, размышляя о том, как мне теперь быть. Догонять её было бессмысленно, ведь с такой скоростью она быстро дойдёт до дома. Я почувствовала, как мое сердце сжимается от страха.