Срок годности

Эпилог 6

— Ты ещё долго будешь копаться? Мы уже опаздываем! — Дейв стоял на пороге квартиры уже обутый и нетерпеливо переминался с ноги на ногу. — Я плачу за этого врача слишком большие деньги, поэтому нам надо поторопиться. Слышишь ты меня хоть там?

— Да слышу, конечно, ты же орёшь как оглашенный!

Из глубины квартиры показалась его жена с недовольным выражением лица, которое теперь, когда формы ее заметно округлились и вся беременность приносила ей только дискомфорт, особенно сейчас, когда до родов оставалось всё меньше времени, не сходило с её лица, как и ставший постоянным тон голоса, пропитавшийся раздражением. Дейв вообще не представлял, как в одном человеке могло сосуществовать столько отрицательных эмоций вместе с желанием подарить этому миру новую жизнь. Хотя насчет этого уже давно появились большие сомнения, словно изначально разыгрывался какой-то спектакль, рассчитанный на одного зрителя, на него, Дейва. Но эти мысли он старался от себя отгонять, просто его жене было сложно, кто угодно уже бы осатанел в таком постоянном дискомфорте. По крайней мере именно так его уверяла жена, сам-то он представить себе всё до конца не мог. А вороватые взгляды на улице на других беременных, выглядевших так, словно они были одарены чудом, он никогда не обсуждал с женой, хотя надеялся, что со временем всё наладится и он снова увидит ласковый и любящий взгляд…

Перед глазами у Дейва появился болезненный образ недосягаемых глаз, лучившихся счастьем и любовью, и улыбка, чуть печальная, но вызывавшая в воспоминаниях лишь душевную боль. Этот образ был из прошлой жизни, а может быть даже не существовал на самом деле вовсе. Хотелось, чтобы это было так. Потому что при воспоминании о ней… о ней… помимо сердечной дрожи и тоски Дейва сковывал самый настоящий животный страх, а тело охватывал озноб. Он мог начать забывать черты лица, но голос, звучавший в ушах, казалось, он никогда не сможет забыть. Она не позволяла его забыть! Наваждение!

Дейв вот уже почти шесть месяцев с той злополучной ночи, похоронившей его спокойный сон, с ужасом вздрагивал от каждого телефонного звонка. И дело было совсем не в том, что он боялся, что кто-то их наконец-то найдёт, появятся какие-то свидетели, какие-то улики, указывающие на него, нет, это не было самым страшным. Весь кошмар был в том, что Дейв сходил с ума, по-настоящему, с галлюцинациями, заставлявшими поверить в собственное безумие. Ему было страшно признаваться самому себе в этом, словно стоило поверить в реальность происходящего, то обратной дороги к нормальной жизни уже не будет.

Но факт оставался фактом, ему вот уже несколько месяцев постоянно звонила Изабел. Хотелось рассмеяться от такого безумного заявления, но Дейв не мог, потому что не было никаких сомнений кому принадлежал этот голос, ошибки быть просто не могло. Она могла звонить с незнакомых номеров, а после того, как ошарашенный Дейв не мог справиться со сбившимся дыханием из-за тихих, но таких уверенных слов в телефонной трубке, эти номера могли просто исчезнуть, будто и не было никаких звонков. Приходилось даже заказывать полную распечатку, но и там на месте надорванных звонками нервов зияла пустота — никто не звонил Дейву, чтобы его помучить, никто не пытался его запугать, это не было чьей-то дурацкой и очень злой шуткой. Но звонки были, и это была Изабел.

И всё было бы ещё решаемо, взять да и не поднимать эти сомнительные номера, но в какой-то момент, когда уже даже стали сниться настойчивые звонки с того света, оказалось, что даже умиротворяющая фотография родной матери на экране телефона не гарантировала того, что Дейв услышит родной голос. Хрип, скрежет и тихое, словно действительно из-под земли, «Я знаю», «Знаю», «Всё знаю, Дейв».

Словно подкарауливая мысли молодого человека, телефон разразился мелодией, заставив своего владельца подскочить на месте, покрывшись испариной. Так эти месяцы Дейв реагировал абсолютно на все звонки.

— Ты чего скачешь? — В коридор, держась рукой за поясницу, вышла жена и, скептически оглядев взъерошенный вид своего благоверного, чуть заметно поджала губы. — Отвечать не собираешься?

— Что? — Дейв будто и не слышал её вовсе, продолжая в упор смотреть на телефон. Звонил тесть. Скорее всего узнать были ли они с его драгоценной дочерью у врача. Пока молодой человек думал поднимать ли трубку, его жена, увидев имя звонящего, выхватила трубку и, прежде чем Дейв в ужасе успел вскрикнуть что-то против, ответила на звонок, защебетав на ухо своему отцу какую-то милую чепуху.

Невозможно было даже описать как сильно было его сердцебиение. А что если бы на этот раз это была опять Изабел? Что было бы тогда? Эта мысль пугала, но ещё страшнее было думать, что Изабел звонит только ему, только его сводит с ума, только ему мстит за то, что они натворили вдвоём! В этом не был виноват только он один! Да если так подумать, он ведь вообще не было ни в чем виноват. Да и в том, что случилось с Изабел была только лишь её вина, но никак не его, Дейва! Он лишь хотел жить нормальной жизнью, он ожидал появления своего первого ребёнка на свет, он был хорошим мужем, он не изменял своей жене. Единственный раз стоило попасть в чудовищную ситуацию, так вся жизнь дребезжала в его руках до сих пор. Это было невыносимо тяжело, просто невыносимо.

Вскрик из соседней комнаты, куда ушла жена, разговаривая по телефону так, словно они никуда не торопились, заставил Дейва встрепенуться и броситься внутрь квартиры, не разуваясь. Его супруга сидела на полу, держась за живот одной рукой, а второй перехватив телефон, вокруг всё было мокрым. Я похолодел от ужаса, не до конца понимая, что произошло.

-  Чего застыл? - Она даже в такой ситуации источала яд каждым словом. - Хотел к врачу? Так вот мы срочно к нему едем. Звони и говори, чтобы готовили мою палату, папаша. Время пришло.