Срок Годности

Глава первая

3768 год Вселенная 17, 18965 градусов по Млечному пути.

Лира Холт возвращалась домой.

Дело закрыто. Квантовый реактор на станции «Глубина» должен был схлопнуться в микросингулярность. При негативном раскладе, станцию могло разорвать изнутри, а вместе с ней — три сектора пояса астероидов, где добывали редкие элементы для вселенной 17, 26 и 52. Люди, которые должны были погибнуть — живы. Она всё починила. Собрала по кускам ошибки других. Пересобрала и настроила механизмы по новым циклам. Теперь можно позволить себе расслабиться.

Специальные очки с многослойными стёклами полетели на панель. Стоили как маленький корабль, но без них невозможно работать с высокоэнергетическими процессами. Мир за стёклами был ярким, как навязчивая игровая реальность. Такие штуки разработчики специально делают красочными и броскими для привлечения пользователей. Очки же делали картинку тусклее, словно резкий чертёж с высокой детализацией. Следом полетела куртка из кожи глубинного ящера, купленная на Торговой станции-7 после того, как её старая сгорела вместе с редкими реагентами на Альтаире. Эту кожу трудно было повредить даже кислотой, только огнём на высоких градусах. Куртка шлёпнулась на соседнее кресло, как старый, верный зверь, уставший от долгой дороги. Лира открыла холодильник, достала бутылку «Соляриса». Прозрачная жидкость с едва заметным голубым свечением. Любимый напиток она позволяла себе только после самых сложных дел. Восстанавливал нервную систему, говорили производители. По факту же просто хорошо охлаждал. Сделала большой глоток. Ледяная прохлада растеклась по горлу, вызвав на коже череду приятных мурашек. Эксперт с удовольствием откинулась на спинку кресла.

Кубышка гудела ровно. Её механизмы собственноручно были отлично отлажены инженером - экспертом этого корабля. Джан пока терпеливо молчал. В этом было его понимание напарницы. Первый раз, с пяток лет назад, после шестнадцати часов непрерывной диагностики Холт просто сказала: «Помолчи. Я устала». С тех пор с каждым «замолчи» он до идеала выработал чутьё, когда можно говорить, а когда лучше взять паузу.

Лира откинулась на спинку потёртого кресла, позволив себе впервые за долгое время просто… лететь. Никуда не торопиться, чтобы в спешке починить очередную неисправность.

— Кубышка, запускай мониторинг заказов, — она закрыла глаза и глотнула из бутылки ещё раз. Жидкость возвращала к жизни уставшее тело. — Категории: «Рутина», «Рабочая лошадка», «Пламя».

— Принято, — корабль щелкнул внутренними процессорами. В отличии от модуля у этой большой «игрушки» голос установлен в женском варианте. Только сама владелица могла распознать какие-то нотки настроения в машине, но для остальных это было не очевидным. Она не развилась вне заданных параметров. И если хозяйка настаивала, корабль не посмел бы действовать вне распоряжений.

— Рутину в архив. Рабочих лошадок в лист ожидания, распредели по срочности. Если что-то попадёт в Пламя…

— Немедленно сообщить, — закончил вместо корабля умничка АН-МКР-08 - Аналитический Нейромодуль Когнитивной Разведки сферического образца. Он был самым успешным ее изобретением. Хотя даже не так. Он был её незаменимым напарником. По виду, небольшая сфера, парящая в воздухе, из спектральной стали. Металл с изменяемым коэффициентом отражения, матово-серый в обычном состоянии. С извечным зелёным глазом в середине, в который вмонтирован многоспектральный оптический сенсор. Чего там только не было внутри. Например, лазерный сканер для построения трёхмерной карты пространства, измерения расстояний, чтобы определять формы и плотность объектов. Датчик электромагнитного поля для обнаружения скрытой электроники или слежки невидимой человеческому глазу. Или инфракрасный датчик для фиксации тепловых полей. Помимо этого, ещё столько всего, что даже эксперт – инженер немного путалась в его способностях.

Лира усмехнулась своим мыслям, не открывая глаз.

— Ты меня слишком хорошо знаешь.

— Естественно, — согласился Джан, или более развёрнуто Друг Жизни и Активный Напарник. — Поэтому уже подготовил список. Рутина: три заказа. Рабочие лошадки: один. Пламя… — последовала микропауза. — Ничего.

— Хорошо, — напарница довольно кивнула. — Значит, можно отдохнуть.

Холт позволила себе слушать. Гул Кубышки звучал ровно, без сбоев. Правда система охлаждения вибрировала чуть громче обычного. «Фильтры», — одновременно подумали Лира и Джан. Она услышала, как он собирается что-то сказать, и опередила:

— Знаю и помню. Они остались в Улье.

— Ты помнишь уже полгода, — заметил нейромодуль. — Может, в этот раз?

— Может, — Лира усмехнулась. — Ставки?

— Если поменяешь, я месяц не буду напоминать о калибровке сенсоров.

— А если нет?

— Тогда ты будешь менять фильтры под моим подробным инструктажем. С визуализацией и в замедленном режиме.

— Ты же не можешь меня заставить.

— Могу, — голос Джана был невозмутим. — Я управляю системой климат-контроля. Без фильтров в отсеке будет пахнуть пылью с Цербера-9.

— Ты не посмеешь!

— Попробуй забыть и узнаешь. — он умел был настойчивым.

Слуха коснулся «пульс» модуля. Это был не звук в привычном смысле. В стандартном понимании техника вибрирует или издаёт шумы, по типу писков датчика. Здесь же было… ощущение. Как если бы кто-то тихонько стучал по рёбрам изнутри. Со своим ритмом, наделенным уверенностью, по при этом выверено и спокойно. Когда он работал в штатном режиме — пульс был ровным, чуть быстрее человеческого. Когда волновался (она научилась различать это через год от даты его изобретения) — пульс учащался. А если думал о чём-то сверхсложном — замедлялся, становясь протяжнее и соблюдая определённые перерывы.

— Ты опять меня слушаешь, — заметил Джан.

— А ты опять делаешь вид, что тебе это не нравится.

— Мои протоколы не предусматривают категорию «нравится».

— Твои протоколы, — гений-инженер-эксперт-конструктор улыбнулась, — Давно стали тем, чем им быть не положено.