Сталь и шелк. Акт третий

Глава 35. Яна

Остаток ночи и утро я провалялась в постели в обнимку с Фраем, захлебываясь в жгучей смеси горя, вины и тревоги. Мне нужно было с кем-то поговорить – о смерти Брусники, о предложении Хоука, о том, что будет с Академией... Я так хотела выговориться Эби – но новость о Бруснике раздавит её, и мы просто будем вместе страдать.

Пойти что ли к Кеше? Вчера на вечеринке они с Фрейей выглядели вполне довольными жизнью, и портить другу хорошее настроение, вываливая на голову все беды, не хотелось. Хотя я ведь этим всю жизнь занималась – жаловалась и жаловалась, искала утешения и редко о Кеше вспоминала, когда все было хорошо. Хреновая я была подруга. Если бы не чувства рыжего ко мне – давно бы бросил такую эгоистку. А сейчас Кеша в кои-то веки личную жизнь завел, влюбленный до одури – и не похоже, чтобы его сильно взволновало даже свержение ректорши. Зачем мне это портить?

И все же Кеша не выходил из головы.

Не выходил из головы с каким-то неприятным предчувствием. Мне вдруг стало страшно, меня замутило, захотелось спрятаться в темный угол, закутаться с головой в одеяло, и сделать вид, что страшного внешнего мира не существует.

Так, спокойствие. Ничего не случилось. Вернее просто уже случилось слишком многое, вот я себе накручиваю. Но что произошло, то произошло – и все, дальше все будет хорошо. Хо-ро-шо.

Убедить себя в этом никак не удавалось. В голове словно звенело от дурного предчувствия, и я натянув первую попавшуюся растянутую футболку и вчерашнюю юбку телепортировалась к алхимической лаборатории Кеши. По логике его следовало искать в личных комнатах – или личных комнатах Чертовки — но меня притянуло именно сюда.

Кеши там не было. Там был десяток Хранителей, обыскивающих разгромленную. лабораторию.

– Что вы здесь делаете? – заметила меня высокая красноволосая женщина, как и все Хранители закутанная в белоснежный плащ. – Кажется, на сегодня занятия отменили.

– Я... – я из-за всех сил пыталась держать себя в руках. – Я просто хотела попросить у Иннокентия Петровича помочь мне разобраться с темой доклада...

– Увы, девочка, – вмешался другой Хранитель – немолодой мужчина с густыми рыжими бровями и вполне добродушной улыбкой, – не везет вам с алхимиками. Один помер, а второй вон преступником оказался.

Нет-нет-нет...

– Не может быть! – я сдавленно ахнула. Я играла невинную студентку, и больше всего хотела в этот момент на броситься на этих ублюдков с кулаками и магией. – Иннокентий казался таким хорошим... Может тут что-то напуталось?

– Напуталось? – женщина с отвращением скривилась. – Он играл с запретной магией. За хранение тех зелий, что нашлись в его сейфе вашего хорошего Иннокентия ждет смертная казнь.

Мне казалось, что я очутилась в какой-то кошмаре. Этого просто не могло быть... Брусника, потом Кеша. Я не могла его потерять!

– Ты ведь Абигейл Руоль, – прищурившись спросил мужчина. – Ты подруга Яны Романовой, с которой Флягин вместе рос.

Я похолодела. Не похоже, чтобы Хранители знали, что среди запретных экспериментов Кеши были и зелья для обмена душами, но, возможно, это дело времени. И если они начнут допрашивать нас с Эби...

Я от стресса и недосыпа никак не могла сообразить, как выкрутиться и сбежать без подозрений, но тут раздался спасительный голос:

– Господа, занимайтесь своим делом, а не приставайте к студенткам, – нас прервал Вальдор. Я никогда не слышала от него такого холодного тона. Отступив подальше от окружившей меня парочки Хранителей, я напряженно посмотрела на нашего нового ректора. Новый ректор меня старательно игнорировал, а Дженни, за его спиной одними губами мне прошептала “брысь”.

– Бросьте, ле Морта, – женщина смотрела на эльфа с презрением – Допрос подозреваемых наша работа.

– А вы уже придумали, в чем эта первокурсница подозреваемая? Если начнете арестовывать всех, кто когда-либо общался с так называемыми отступниками, боюсь наш магический альянс вымрет через год.

– Не успел стать ректором, парень, и уже чинишь препятствие правосудию? – насмешливо вскинул бровь Хранитель. – Айвену ты может и симпатичен, но будешь строить из себя Раду Тарвиус долго не протянешь.

Из сжатых кулаков Дженни посыпались огненные искры, и я ее прекрасно понимала. Гнев на этих уродов перебивал страх и здравомыслие.

– Разве я чинил вам препятствия при аресте Иннокентия, – мертвым голосом спросил Вальдор. – Я принял законность ваших обвинений, пусть этот мальчик никому не причинил вреда. Но большего я вам не позволю – забирайте доказательства и убирайтесь из академии.

Хранители разозлились, и явно собирались поставить Вальдора на место, но тут к ним присоединился еще один. Он был одет точно также и выглядел моложе, но что-то в нем говорило – в этой компании он главный.

– Мы уже заканчиваем, господин ректор, – мягко произнес мужчина. – Прошу прощения за дерзость моих коллег.

Вальдор отрывисто кивнул. Раздувать конфликт он не собирался, и я не могла не восхищаться его терпению.

И не могла не возмущаться тем, что он так просто пожертвовал Кешей! Не то чтобы я знала, как нужно было ректору защитить своего самого молодого преподавателя, но Вальдор ведь всегда был за справедливость и умел выкручиваться из сложных ситуаций. Неужели нельзя было хоть что-то придумать?