Сталь vs Нежность

Глава 21

— Что я… — я осторожно, боясь сглазить, согнула пальцы. Они послушно сжались в кулак. — Я же только… Я успокоилась.

И в этот момент до меня дошло. Заклинание «для детёнышей». Оно не для плена. Оно — для безопасности. Пока детёныш в панике — он обездвижен. Когда успокаивается — контроль снимается.

«Этот генерал…Этот неандерталец!», — начинала я закипать.

Но испугавшись, что мои эмоции, возможно, смогут снова вернуть заклятие, я себя одернула и медленно, будто в воде, села на кровати.

Гнев ушёл, оставив после себя один-единственный вопрос: «Мне сейчас за ним как успеть?»

Да, я, была с ним не согласна, что место женщины только в палатках, а переговорами занимаются мужчины!

И снова вспомнив его в тот момент, когда он это говорил, мои тараканы стали агрессивными. Отчего я стала проговаривать себе под нос словно мантру:

— Все хорошо, я спокойна.

После чего встав, я медленно пошла в…противоположную сторону от выхода из палатки.

«Ну, Мира, смотри, — мысленно убеждала я себя и своих тараканов. — Он кто? Верно — генерал. И сейчас в его палатке находится…правильно! Его невеста, пусть и обездвижена. Но! Как любой здравомыслящий генерал войска, он явно поставил к входу охрану. Так сказать, для пущей безопасности своей нареченной. И пусть я и не слышу эту охрану. А значит, мне следует двигаться в противоположную сторону».

И я двигалась, медленно. Прислушиваясь к шуму за стенками палатки.

«А, лагерь-то снова ожил, — хмыкнула я. Мне было отсюда слышно, как мужчины, тихо переговариваясь, чем-то стучали, навроде топоров. — Странно, вроде не лагерь лесорубов, а лагерь драконов-воинов, так замечем им могут понадобиться топоры? Хотя…»

Проходя возле небольшого, круглого…зеркала? стоящего на тумбочке, я бросила взгляд на свое отражение. И сморщила нос, увидев, какая я сейчас «красотка», поспешив дальше.

Добравшись наконец до стенки палатки, я, присев на корточки, попыталась приподнять полог. Да, мне это удалось, но лишь на какие-то жалкие пару сантиметров.

— Будь ты неладен, генерал, — проворчала я в сердцах. — Нужно же было так ткань палатки натянуть. И как я сейчас из нее выйду? Хотя… если сейчас я только слегка подправлю ее конструкцию, тогда…

Задумчиво оглядев расставленные в сумраке палатки вещи, мой взгляд снова зацепился за тумбочку с зеркалом.

— Не факт, что там что-то будет для меня полезное, но все же, — говорила я себе, приблизившись снова к тумбочке.

Я очень старалась не смотреть на свое взъерошенное отражение, приступив к поиску чего-нибудь острого.

Но стоило мне выдвинуть ящичек у этой тумбочки, как я удивленно хлопнула ресницами.

Забыв на время про побег, я стала вынимать и рассматривать личные предметы генерала. Вот небольшой флакон с густой жидкостью. Его поверхность была гладкой, чуть маслянистой на ощупь. К которому я, помня уроки химии, принюхалась, чуть отдалив от себя. А пахло оттуда… парфюмированным маслом?! Причем этот аромат напоминал собой сладкие восточные ноты с примесью древесного запаха.

— Я сейчас сладкие мужские духи нюхаю? — обескуражено произнесла я вслух, недоверчиво поглядывая на флакон. — Этот генерал, что и парфюмированными маслами умеет пользоваться? Так, а что еще есть? Надеюсь, я здесь пудреницу не найду.

Нет, я ее, конечно, не нашла, и слава небесам.

Дальше моему взору предстало кольцо немного странно-продолговатой формы. Которое я, как и масло, отложила в сторону. В ящике также были щетка для волос, несколько непонятных для меня предметов, чем-то напоминавших шкатулки. Несколько баночек с мазями, которые пахли очень знакомо — мятой. Но самое главное было немного дальше. В небольшом, овальной форме футляре я, наконец, нашла острый предмет — небольшие ножницы. Их лезвия были гладкими, а ручки — чуть шершавыми от едва заметной насечки. Там еще, конечно, лежала продолговатой формы палочка, очень похожая на современные пилки для ногтей. Но она для меня не была столь интересна, как ножницы. Уже нисколько не удивляясь увиденному.

Быстро вернув все обратно в ящик, я, потерев от радости руки, с этими ножницами снова прокралась к стенке палатки, при этом на лице у меня играла улыбка победителя.

Аккуратно, почти филигранно я прорезала себе путь на свободу. Ткань поддавалась с лёгким сопротивлением, а остриё ножниц оставляло за собой ровный, чуть шероховатый край. Наконец-то я выберусь наружу!

И стоило мне выползти словно змейке на свободу, как волна разочарования просто накрыла меня.

С противоположной стороны от входа в палатку сидели на корточках в кружочке мужики и что-то разглядывали!

Быстро, аки змейка, я шмыгнула обратно в палатку и в досаде, сев по-турецки, стала грызть ноготь.

Все мои тараканы в голове притихли. Точь-в-точь как солдаты снаружи, собравшись в кружок и глубоко призадумавшись над сложившейся ситуацией.

— Как принцесса? — услышала я от входа в палатку голос Дарона.

— Притихла, — прозвучал ответ стражи, и я поняла, что была права насчет стражи.