Сталкер с трассы

Глава 22

В конце концов, родители чуть ли не силой затащили нас на кухню. Пахло свежеиспеченным пирогом с яблоками — маминым фирменным, тем самым, что она всегда ставила, когда ждала гостей. Стол был застелен нарядной скатертью, уже стоял сервиз, который доставали только по особым случаям. Я чувствовала себя одновременно тепло и неловко. Эта домашняя идиллия так контрастировала со строгой официальностью офиса Артёменко, где мы были час назад.

— Владок, рассказывай, как у тебя дела? Как там Лера? Что за друг? Я раньше не видела тебя с ним, — мама кивнула в сторону Влада, сидящего возле меня, и налила ему чаю в мамину любимую фарфоровую чашку с незабудками.

Я судорожно сделала глоток своего чая, обжигая язык.

— У меня все хорошо, Лера болеет немного, простудилась. А Влад к нам не так давно в университет перевелся, и мы... — тут я запнулась и посмотрела на Влада. А что «мы»? Одногруппники? Коллеги по проекту? Люди, которых странным образом связала цепь событий, начавшаяся с разбитой машины?

Он поймал мой взгляд и едва заметно пожал плечом, мол, говори, как считаешь нужным. Его собственное лицо было вежливой маской, но в глазах я прочитала легкую растерянность, словно он и сам не знал, как себя вести в этой камерной, семейной обстановке.

— …Подружились, — наконец выдохнула я.

— Владок, мы все понимаем, — тепло улыбнулась мама и перевела тему, явно пытаясь спасти меня от дальнейших расспросов. — Влад, а ты чем занимаешься? Работаешь, учишься?

— Учусь, как и сказала Влада, вместе с ней. Еще работаю в компании отца, — ответил он ровным, деловым тоном, каким, вероятно, говорил с партнерами. — Управленчески стажируюсь, можно сказать.

— О, серьезно! — папа, до этого молча поглощающий пирог, оживился. — А в какой сфере? У нас ведь тоже свое дело, небольшая строительная фирма. Может, знакомые есть общие?

Начался классический родительский допрос, который я знала наизусть. Только на этот раз все вопросы адресовались не мне, а Владу. Его расспрашивали о работе, об учебе, о планах на будущее. Он отвечал четко, вежливо, но без лишних деталей. Я сидела, отламывала крошки от своего куска пирога, и досада наполняла мои чувства. Меня словно отодвинули на второй план. Моя собственная мама, которая обычно засыпала меня вопросами, сейчас смотрела на Влада с неподдельным интересом.

Это длилось до одного момента. Папа, разгоряченный обсуждением тенденций на строительном рынке, вдруг встал.

— Влад, а пойдем-ка на минутку? Хочу показать тебе новый перфоратор в прихожей, что я на днях купил. Хочу свежее мнение услышать.

— Пап, он же не специалист… — попыталась я возразить, но Влад уже поднимался.

— Конечно, Вадим Иванович.

Они вышли, оставив меня наедине с мамой. Та моментально переключилась.

— Влада... — мама медлила, перебирая бахрому на диванной подушке. — Давай начистоту. Между вами с этим парнем же есть что-то?

— Мам!!! Нет, конечно! — ответила я слишком быстро и опустила глаза, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. Отчего-то я смутилась, будто меня поймали на чем-то.

— Дочь... Я же вижу. Между вами искрит. Если этого не замечает папа, не значит, что не замечу и я, — она положила свою руку мне на плечо. — Он на тебя смотрит… Особенно. Не так, как смотрят просто друзья.

— Мам, я не знаю… Странно с тобой о таком разговаривать, — призналась я, глядя в окно.

Действительно. Почему все пытаются нас свести? Лера, близнецы, теперь вот родители. Все сговорились что ли? Словно весь мир толкает нас друг к другу, а мы все еще пытаемся понять, стоим ли мы на месте или медленно движемся друг к другу.

— Мне нравится проводить с ним время, — наконец, сдавшись, выдохнула я. — Он… не такой, как все. Добрый. И заботливый, а еще…

А еще внимательный. Сильный. Сложный. Безумно красивый. Но вслух я говорить об этом не стала. Слова застревали в горле, казались слишком личными, слишком хрупкими, чтобы произносить их вслух.

— В общем… Я не знаю, мам. Мы просто… нам хорошо вместе. Пока что.

— Не волнуйся, дочка, я понимаю, — она слабо улыбнулась, и в ее глазах отразились сочувствие и поддержка. — Дай себе время. Сердце само подскажет. Он, кстати, очень симпатичный. И глаза честные.

Я хмыкнула. «Честные». Если бы она знала, сколько всего скрывается за этими «честными» глазами.

* * *

Тем временем в прихожей разворачивалась своя драма. Отец Влады действительно показал Владу свой новенький, блестящий перфоратор, покрутил его в руках, похвалил мощность. А потом, поставив инструмент на тумбочку, облокотился о стену и спросил спокойно, но с той самой каплей отцовской угрозы, что заставляет трепетать любого молодого человека:

— Что у вас с Владой?

— У нас ничего нет. Мы друзья, — с легкостью произнес Влад, встречая его взгляд. Он не врал. Технически.

— Врешь, — отрезал Вадим Иванович, и его голубые, как у Влады, глаза сузились. Он не злился. Он констатировал факт. Он видел то же, что и ее мама.

Влад молчал, оценивая ситуацию. Он не боялся этого мужчины — Влада вообще сложно было чем-то напугать. Но он уважал его. Уважал его прямолинейность и ту незамысловатую, но железную отцовскую любовь, что сквозила в каждом слове.

— Что между вами? — повторил свой вопрос отец, не отводя пронзительного взгляда.

— А если что-то и есть? — спросил парень скорее с вызовом, чем со страхом. Ему было интересно, что последует за этим.

— Ты же взрослый парень, Владислав, — вновь спокойным, почти обманчиво мягким тоном заговорил Вадим Иванович, — должен понимать, что Влада у меня единственная дочь. Принцесса. Свет в окошке. И если ты сделаешь ей что-то плохое, — тут он сделал паузу, доставая из кармана пачку сигарет, и провел большим пальцем свободной руки по горлу в недвусмысленном жесте, мол: «Обидишь ее — закопаю в лесу без лишних разговоров».

Влад смотрел на него, и его лицо стало серьезным, почти суровым. Он видел, что это не шутка. Это было обещание.