Стань моей музой

Пролог

Ты даже не подозреваешь, что я уже знаю тебя.

Видишь ли, пока ты выбирала кофе в том кафе на углу — латте с карамельным сиропом и корицей, как же мило и дотошно банально — я изучал изгиб твоего запястья. Оно идеально повторяет гипсовый слепок, который я сделал вчера вечером.

Ты носишь кольцо на указательном пальце правой руки — золотое, с темными камнями. Оно стучит по клавиатуре, когда ты работаешь на своем дряхлом ноутбуке. Не волнуйся, дорогая, я куплю тебе новый. Я слышал этот звук трижды: в библиотеке, в парке и вчера. Ты даже не заметила меня в том художественном магазине. Сидела в трех шагах, стуча своими маленькими тонкими пальчиками. Я видел, что ты делала ими вчера ночью. Твой парень-мудак насколько жалкий, что не в состоянии тебя удовлетворить? Как это грустно.

Я стоял рядом и вдыхал запах твоих духов — горьковатый ирис, смешанный с акриловыми красками и чем-то приторно-сладким… Мед?

Вернемся к твоим пальцам — не очень длинные, с обкусанными ногтями — привычка с детства — так невинно дрогнули, когда ты взяла свой кофе. Черт, как ты умудрилась стать художником? И уже тогда я представил, как они будут скользить между моими. Не в жизни — нет. Пока нет. В материи. В камне. В чем-то вечном.

Твои губы. Я вижу, как они будут выглядеть в гипсе — чуть приоткрытые, с едва заметной неровностью в уголке, которые так и хочется…

Остановись, Касс. Черт. Сделай паузу. Выдохни.

Ты облизываешь их, когда нервничаешь. Сейчас, снова сидя в своем старом ноутбуке, ты только что провела языком по верхней губе. Видишь? Я знаю тебя лучше, чем ты сама.

Твои волосы — светлые, недавно покрашенные, природные темные, корни выдают тебя. Ты поворачиваешь голову, и свет из окна падает на твою шею. Идеальная линия. Ничего лишнего. Я представляю, как мой стек скользит по мрамору, повторяя этот изгиб, и моё сердце бьется так громко, что, кажется, ты вот-вот услышишь. Но ты не слышишь. Ты уходишь.

Отпечаток от твоей помады на стаканчике так и манит поднести его к губам, ощутить на них твои, их нежность, их сладость… Кстати, этот оттенок совершенно тебе не подходит. Мы найдем тебе другой, лучше.

Неужели ты оставишь пустой стаканчик на столе? Ах, нет. Вспомнив про него на полпути к выходу, ты нагибаешься через стол, и от этого движения твой растянутый свитер задирается, открывая вид на подтянутый живот. Твою ж мать. Одна единственная родинка, расположившаяся ниже пупка, прямо у пуговицы джинс, заставляет хотеть наплевать на приличия. Хотеть прикоснуться к ней, целовать до дрожи в ногах, найти все твои скрытые родинки. Я мог бы пересчитать их губами прямо здесь, на этом самом столе.

Ты станешь моей смертью.

Выкинув стаканчик и вновь направившись к выходу, твой взгляд встречается с моим. Как же ты до боли красива, когда ни о чем не догадываешься. Теперь ты меня видела. Ты меня запомнила.

Я отвожу взгляд первым, но остаюсь с бешеным пульсом, стучащим в висках, и единственной мыслью, что ты, Элиана Морн, стала моей музой.