Станция 57: Изоляция

Глава 9.

Макс и Фил ждали меня у выхода из палаты. По пути они накинулись на меня с расспросами о моей беседе с Алексом. Но я объяснила, что расскажу всё, когда вернёмся в комнату отдыха.

Не успели мы покинуть медицинское отделение, как в тоннеле увидели Соню, бежавшую сломя голову к нам навстречу. Когда свет от фонаря осветил её лицо, мы поняли, что-то случилось.

- Пошли быстрее в нашу комнату! Кристин, ты должна это услышать! - переводя дыхание, сказала Соня.

Так и не разобравшись, что такого я должна услышать, мы все вместе побежали за Соней. Когда мы зашли в комнату, то увидели других ребят, человек тридцать, как мне показалось, может и больше, стоявших вокруг стола, на котором болтало кем-то принесённое радио. Заметив меня, все расступились и пустили меня к ближе к столу.

- Там про тебя говорят, - пояснила Соня, - и про тебя Фил. Опять Директор вашей школы выступает. Ребята из другой комнаты принесли радио, ну всем стало интересно, что скажут.

Я тут же узнала металлический голос Марго, обычно всегда сдержанный, но в этот раз ей, видимо, было сложнее скрывать свою злость из-за всей это ситуации.

Вот уже больше суток я размышляла о словах Директора Лагеря и Сони. Если я всё поняла правильно, то мой отказ от обучения, пускай даже не по своей воли, сильно ударил по статусу Марго, как всевидящего и беспрекословного начальника. Быть Директором школы это не просто контролировать учащихся, а руководить умами, жизнями и судьбами целых семей, а значит и всей станции. От качества профессионалов зависит и её положение как Директора. Раньше я как-то не задумывалась об этом, но, судя по всему, именно количество учащихся с максимальными баллами определяет не только сумму, так сказать, её поощрения, но и роль надёжного «поставщика» совершенной рабочей силы, безукоризненно выполняющего любую работу, причём, как правило, за малую плату. Если она не контролирует обычных учащихся с низкими баллами, которые изолируются и сбегают, это не особо расстраивает администрацию станции и высшее руководство С.О.С., так как таким образом они избавляются от недостойных, по их мнению, иметь право на нормальную жизнь. Учащихся со средними показателями, которые будут работать на заводах, фабриках, других социальных объектах за стандартные продуктовые наборы, довольно много поэтому, если кто-то их них вдруг изолируется, например, из-за прогулов, то руководство ничего не теряет. Но если Директор не контролирует отличников, которые в будущем должны оказывать услуги богатым людям, у её начальства могут возникнуть сомнения: справляется ли она со своими обязанностями. Ведь за её работу щедро платят. Оказывается, эта система проще, чем казалось мне ранее: получив меньше рабочих, богатые соответственно меньше заплатят руководству станции; руководство по понятным причинам не хочет получать меньше денег из-за того, что Директор где-то недоглядела за отличником.

По радио Марго вновь повторяла об опасности, которую мы с Филом можем представлять, и об обязанности любого жителя С.О.С сообщить о нашем местонахождении. И тут Директор объявила:

«Хотели бы представить вашему вниманию обращение родителя беглецов Кристин и Лизабет Аристей. Надеемся, что вы проявите бдительность и сообщите руководству Станции 57 любую имеющуюся информацию о беглецах».

Я руками опёрлась на стол и встала прямо напротив радио, уставившись в него, словно на живого человека. Я знала, кого пригласила Марго. Она это сделала с одной лишь целью, чтобы выманить меня, надеясь что слова родни растрогают меня. В груди всё сжалось от нетерпения, а воздух как будто растворился, его невозможно стало вдыхать. Мне одновременно хотелось услышать родной голос, но и вместе с этим не слышать то, что он будет говорить. Но было уже слишком поздно. 

«Кристин, Лиза, это мама! Девочки, вернитесь на Станцию не валяйте дурака! Кристин, ты у меня такая разумная! Ты должна понимать, что натворила, и понести наказание в соответствии с правилами. Ты же всегда следовала правилам! Лиза пойдёт за тобой, ты же ведь старше. Поэтому покажи пример сестре. Папа бы сказал тебе то же самое. Будь умницей и возвращайся домой!»

После слов мамы я тут же нажала кнопку на приёмнике, и всё замолчало. В голове лишь только крутилась одна мысль: «Что это было? Кто это говорил голосом мамы?» Я ни на секунду не верила, что она могла вообще такое сказать по своей воле. Нет. Несколько дней назад я думала, что меня подставила Лиза, решив сбежать. Но оказалась не права. Уверена, здесь та же ситуация. Маму либо заставили, либо запрограммировали на эти мысли и слова. Такое вполне возможно. На одном из курсов нам рассказывали о программах, которые способны проникать в мозг человека, и заставить его говорить то, что следует говорить, а не то что человек думает на самом деле. Такая программа использовалась во время одной из войн. Противника сажали перед монитором, программа показывала специально подобранные картинки в течение нескольких часов, вперемешку с необходимым текстом послания, а затем его записывали на видео, таким образом заманивая врагов в западню. Хотя такой метод уже не использовался, так как в нём больше не было необходимости, и программы давно не обновлялись, но мне кажется всё это послание было записано именно под этой программой, потому то что говорила мама было полным бредом, несвязным, глупым и бессмысленным. Другого логичного объяснения мне не пришло в голову.

- И чем только думала Марго, когда записывала эту чушь! - возмутилась я уже вслух, - Что я тут же прибегу, услышав это?!

Все смотрели на меня в недоумении. Я уставилась на эту пластиковую коробку с динамиками, которая только что замолчала, будто слушала, что говорю.

- Как твоя мама могла сказать такое вообще? - спросил Фил, уставившись в пол, будто это был и не вопрос вовсе, а утвердительное осуждение услышанного.