Станция "Аркадия"

9. Станционный хранитель

Марк с удивлением смотрел на человека в очках. 

- Давайте, присаживайтесь, - подбодрил его тот, указав на кресло. - И начинайте рассказывать. Возможно, я единственный, кто сможет помочь вам в этой щекотливой ситуации. Если вы, конечно, не мазохист и не самоубийца.

Марк опустился в кресло, чувствуя, как на лбу выступает пот. 

- Так вы... - тут он наконец-то вспомнил слово, которое всплывало в разговорах с обитателями Сферы, но смысл его от него ускользал. - Вы - хранитель? Из тех, кто здесь заправляет?

Герасим Константинович слабо улыбнулся. 

- Заправляет? Ну... в некотором смысле. Я действительно принадлежу к тем, кто несет ответственность за то, что происходит на станции. Однако речь сейчас не обо мне, а о вас.

У Марка страшно зачесались руки. Но не для того, чтобы набить морду своему собеседнику, а просто ему вдруг захотелось иметь в руках обыкновенную шариковую ручку и бланк допроса свидетеля. Однако на этот раз допрашивали как раз его самого, и это было неприятно.

- А если я откажусь говорить? - спросил он.

Тот пожал плечами. 

- Не хочу показаться негостеприимным, но если мы с вами не решим этот вопрос здесь и сейчас, то мне придется вызвать стражников и... добром это не кончится. Поверьте, это не в ваших интересах.

Марк почесал нос.

- А что вы, собственно, хотите знать?

- Все, - пояснил хранитель. - Каким образом вы попали в Сферу. Кто передал вам допуск. Явки, адреса, - в его тоне проскочила шутливость, хотя веселым он не выглядел. Наоборот, похоже было, что он слегка напряжен. - Что вам здесь нужно, в общих чертах. И кстати, откуда у вас урим? 

- Что? - при упоминании камня Марк едва не подпрыгнул от неожиданности. Он что, всевидящий? 

- Откуда вы знаете?

Он хотел сказать - откуда вам известно про камень, который лежит у меня в жилетном кармане? Тот самый камень, что передала мне Глинда - великая мать, черт их возьми, синхов?

В ответ его собеседник протянул руку ладонью вверх. Только теперь Марк заметил, что он носит перчатки. Изящные, из тонкой благородной ткани, они напоминали дамский аксессуар и смотрелись на этом человеке по меньшей мере странновато. 

Медленным движением Герасим Константинович стянул перчатку с правой руки.  

Марк вздрогнул и отпрянул.

Кисть хранителя выглядела чудовищно. Казалось, что некая болезнь сожрала кожный покров, превратив ткани в полупрозрачный студень, сквозь который виднелись суставы, опутанные сеткой кровеносных сосудов.

- Что... что у вас с рукой? 

- Ничего страшного, - сказал хранитель. - Мы называем это печатью Незримых. Особая обработка кожного покрова, которая обостряет чувствительность к некоторым предметам. Сейчас мои кожные рецепторы сигнализируют, что вблизи находится один из артефактов Незримых. Я даже могу сказать, где именно. 

Изуродованным пальцем Герасим Константинович ткнул прямо в жилетный карман, где Марк хранил урим.

- Я знаю, что он там. 

Поколебавшись, Марк выложил камень на стол.

Человек снял очки, вставил в глаз черную лупу и взял камень тремя пальцами. Направив лупу на площадку камня, он молча изучал его, затем отложил в сторону лупу и рассеянно протер глаза.

- Говорите, вам дала его Глинда?

- Я этого не говорил, - сердито сказал он.

Скрывать что-либо от этого типа казалось все более бессмысленным. Откуда он все знает?  

- Она сказала, что... ковчег должен отправиться в путь. 

Человек быстро наклонился к нему. 

- Вы уверены? Это ее слова? Ковчег отправится в путь?

- Э-э-э... типа того, - озадаченно ответил он. - Что это значит? 

- Все происходит слишком быстро, - пробормотал он, и в ответ на вопрошающий взгляд Марка добавил:

- Не беспокойтесь, вас это не касается и думаю, что не коснется. Если вы расскажете подробно вашу историю, я позабочусь о том, чтобы обеспечить вам максимум комфорта на нашей премилой станции, а может быть, кое-что еще, что вам и вашей спутнице безусловно понравится. Итак? 

Он приподнял бровь и посмотрел на Марка. 

Тот колебался. С одной стороны, ему хотелось бы поделиться с кем-нибудь обо всем происходящем, чтобы сверить и сопоставить собственные догадки и предположения. С другой стороны, сидящий перед ним человек, похоже, обладал некими таинственными полномочиями, и откровенничать с таким типом может быть опасно. Да и вообще, вот так даром выдавать информацию за здорово живешь Марк не был приучен. Молчать, как партизан, тоже не казалось удачной тактикой... 

- Ну в общем, дело было так... 

Помявшись, он принялся выкладывать то, что с ними произошло, не слишком вдаваясь в детали и избегая личных оценок. Герасим Константинович слушал внимательно, опустив локти на стол и сжимая ладонями виски, словно у него болела голова. Никаких заметок он не делал, лишь изредка вставлял вопрос или уточнение. 

Когда Марк добрался до стычки синхов с берглами, он выказал удивление. 

- Невероятно, - пробормотал он. - Я не знал, что они до сих пор практикуют этот варварский обычай. 

Марк неопределенно пожал плечами, будто говоря - может, оно и так, но это ваши дела, которые меня не касаются. Он сомневался, стоит ли докладывать об операции, которую провели над ним синхи, но Герасим Константинович спросил об этом, как само собой разумеющемся: 

- Ваша рука... подарок от Глинды, не так ли? - В его голосе было естественное любопытство. 

- Вы и об этом знаете? - тупо спросил он.

- Разумеется, - он пошевелил кистью правой руки. - Печать Незримых представляет собой детектор, реагирующий на все, имеющее отношение к Сфере. Синхи, как изначальная раса, порождены Сферой и являются ее имманентной составляющей... Так что внутри вас, как и у меня, частичка Незримых. В этом мы с вами похожи. Хотя до сих пор я не встречался с таким случаем. Такой род имплантации - весьма сложная операция. Очевидно, вы заслужили особое расположение Глинды. Она невероятно умна и могущественна, и влияние ее в своем секторе огромно. Колония синхов насчитывает более десяти тысяч особей и даже соседство такой агрессивной расы, как берглы, не мешает им развиваться.