Стану той, кем ты захочешь

Пролог

«Стерва, каких поискать... Стерва номер один во всем государстве просто!!!»

«Была замешана в нескольких публичных ссорах с Высшими родами, приближенным к Императорскому. Причем в не совсем оправданных и мной самой начатых ссорах(!!!)»

«Очень любвеобильна. Мегалюбвеобильна просто(!!!)»

«Последний любовник, с которым я была замечена на публике, скончался месяц назад. Судя по слухам, я же его и отравила, ибо наскучил, но доказать мою причастность к этому так никто и не смог(!!!)»

«Ужасно отношусь к прислуге. Катастрофически ужасно просто!!! Очень часто наказываю. Очень часто - без причин и незаслуженно»

«Ненавижу людей и детей!!! Последних - особенно!!!»

«Редко, очень(!!!) редко появляюсь на публике. Но если появлюсь, то все, "тушите свет"(!!!)»

«Проявляю жестокость крайней степени ко всему окружению»

«Я самое настоящее ничтожество! Чудовище!!!»

..и многое-многое другое гласили строки, ровным почерком стелющиеся по слегка пожелтевшей бумаге.

Я судорожно, тяжело вздохнула.

Ничего хорошего из мной записанного в маленьком пухлом блокнотике не вырисовывалось.

Стерва. Вздорная и надменная. Холодная и необратимая. Скандальная и провокационная. Неуемная, агрессивная, ожесточенная и непредсказуемая.

Мстительная и непреклонная мразь...

Неуправляемая и независимая сука...

Я схватилась за голову. С силой потянула в стороны свои ярко-рыжие вьющиеся волосы, сжав их крепко пальцами и пытаясь сделать хоть что-то с той пустотой, что образовывалась внутри меня каждый раз, когда я понимала, в тело какой самой настоящей твари я попала... Боже, как же я попала...

Я била людей... Унижала матерей, детей. Убивала семейных мужчин, которые не пожелали когда-то согреть мне постель своим присутствием...

И я оставалась безнаказанной. После всего этого ужаса. После всего этого ледяного, нереального ужаса...

Почему я еще не мертва? Почему?

Верно. Смерть для меня - облегчение. Смерть для меня - спасение. А спасения я не заслуживала.

Страдать. Я обязана страдать. Жестоко, долго и неумолимо. Часами, сутками, месяцами.. годами и веками. Я обязана страдать. Страдать за все то, что сотворила та я. Я не могла больше жить.

Такие твари, как я, вообще НЕ ИМЕЛИ ПРАВА ЖИТЬ!!!

Но я не могу ничего с собой сделать... Ничего.

Там. Где-то там, в моей прошлой и светлой жизни. Остался мой мальчик. Мой милый, безумно любимый, маленький, чистый и светлый мальчик. Мой малыш. Мой Андрюша... Я не могу с ним так поступить. Не могу убить себя. Иначе они убьют и его тоже... Я сама его убью. Нет.

Я должна. Я обязана во что бы то ни стало сделать все, что от меня потребуют. Все, что мне прикажут мерзкие твари, разлучившие меня с моим сыночком.. с моим родным сынулей. Мой Андрюша...

Только сейчас я почувствовала, как мое тело уже во всю трясло крупной дрожью...

Мой маленький мальчик. Я никогда больше не смогу с ним увидеться. Никогда не смогу прижать его детское, теплое тельце к себе, обнять, поцеловать, сказать, как сильно я его люблю...

Я закрыла глаза и опустила голову вниз, чувствуя, как, скатываясь по щекам, на колени падают крупные капли слез. В горле стоял тяжелый ком размером с целую Вселенную. Я сидела одна практически голая в такой до жути ненавистной мне темной и мрачной комнате - в своей спальне. Сцепив зубы и с трудом поднявшись с пола, я медленно и тихо прошла от угла, в котором сидела уже несколько часов, к большому старинному и массивному зеркалу. Сфокусировала взгляд на своем отражении и долго-долго рассматривала его...

Все такая же прекрасная. Черт бы побрал эту совершенную внешность. Все такая же холодная и неприступная, несмотря на жуткий озноб и сильно заметные неровные дорожки слез на щеках. Очень бледная. С ярко выраженными четкими скулами, большими изумрудными глазами и насыщенно-красными губами... Одетая в одну лишь тонкую, почти прозрачную белую свободную сорочку, добавляющую моему образу некоей хрупкости, легкости... невинности и невиновности.

- Обма-а-ан...

Самый настоящий, жуткий и страшный обман. Виновата. Я виновата.

Поднесла руку к зеркалу и положила небольшую ладонь прямо на свое отражение в районе все такой же тонкой, обманчиво хрупкой и беззащитной белой шеи. Глядя на свою кисть, замерла всем телом, задержала дыхание и.. тонкими и длинными аккуратными пальцами сильно сжала.. к сожалению, лишь воздух в своей ладони.

Вновь подняла взгляд. Посмотрела себе в глаза, ставшие уже как прежде холодными и ничего не выражающими. Неживыми.

Холодная красота. Совершенная. Мертвая.

Я сделаю все, что они мне прикажут. Прошлая я должна умереть сегодня же.

Я стану той, кем обязана стать по их приказу. Стану стервой. Стану сукой. Стану мразью, ранее убивающей и калечащей невинных людей, детей...

Я стану той, в чье тело по какой-то дикой, сумасшедшей чужой ошибке попала.