(старенькая) Удаленькая жена дракона

Глава 2

Очищенная картофелина плюхнулась в ведро с водой, шумно булькнув. Тут же на автомате я взяла следующий корнеплод из мешка и принялась срезать ножом тонкую стружку шкурки.

Подождите…

Какое ведро?

Какая картошка?!

Я неверяще посмотрела на руки, которые продолжали совершать отточенные до автоматизма движения. Это было так красиво и изящно, что я слегка залипла, наблюдая. И лишь несколько секунд спустя поняла, что действую обеими руками. Ловко и непринужденно.

От неожиданности я резво вскочила, уронив неочищенную картофелину в ведро. Удивительно, но спину при этом не защемило, да и на ногах я стояла твердо и уверенно. Опять же, на обеих!

Неужели история с бандитами только приснилась?

Да нет, вряд ли. Слишком реалистичными были переживания. Скорее всего, меня успели довезти до больницы и откачать. Сейчас я наверняка нахожусь под действием каких-то сильных препаратов. Иначе происходящее не объяснить.

Место, в котором я очутилась, было слишком странным.

Вроде бы, кухня, но только кухня из прошлого. Века эдак из девятнадцатого. Просторная, светлая, с высокими потолками и большими окнами, дававшими много света для работы. В центре располагалась настоящая печь, главная достопримечательность кухни. Не абы какая, а с изразцами, выполненными в растительном стиле. Вокруг печи - столы и скамейки для приготовления пищи. Деревянные шкафы и полки были забиты разнообразными продуктами. В огромных корзинах на полу лежали свежие овощи, фрукты и зелень. Стены украшали расписные тарелки в том же растительном стиле. На полу — домотканые яркие ковры, добавлявшие уюта и колорита.

Кроме меня, в помещении было еще два поваренка в белых льняных одеждах и с колпаками на головах. Мальчишки усердно ощипывали курицу, не обращая на меня никакого внимания.

А вот повариха, крупная, грузная женщина с полнощеким грубоватым лицом, поглядывала на меня неодобрительно. Вытерев рукава о фартук и уперев их в крутые бока, она покачала головой:

— Осторожнее, Тиночка. Ладно, если нечищеная картофелина попадется батюшке, он и внимания не обратит. А вот матушка зело недовольна будет.

Повариха махнула рукой, а после опасливо покосилась на дверь. Как будто боялась кого-то.

Так, стоп!

Пес с ней, с картошкой. Родители как тут очутились? Скончались они, почитай, пятнадцать лет назад, царствие им небесное.

Или я тоже? Того?..

— Матушка и батюшка? — переспросила я. — Мои?..

— Ваши, Тинушка, — немного печально подтвердила повариха. — Ведара Петровна расстроится и накажет. Как за любую вашу провинность, барышня. А Петр Фомич ее сторону примет. Возвращались бы вы к работе. Не ровен час, проверят, греха не оберетесь.

С именем отца повариха угадала. А вот насчет матери ошиблась. Не знала я никакой Ведры… Тьфу, Ведары Петровны.

Работать, говорите?

Вообще я не против. Легкость движения, возникшая во всем теле, благодарно сказывалась на настроении. Кровь так и бурлила в жилах. Хотелось смеяться и кружиться на месте.

Ой, а это еще что?

Ненароком поймав отражение в начищенной до зеркального блеска сковороде, я застыла с приоткрытым ртом. От удивления забыла о необходимости дышать. Дело в том, что отражение было чужим. Девушке, взиравшей на меня, лет восемнадцать. Широко распахнутые голубые глаза, обрамленные пушистыми ресницами, казались бездонными озерами. Стан тонкий и стройный, точно у березки. Простой сарафан смотрелся на ней лучше, чем модные платья на многих.

Это что, я теперь?

Интересно, надолго?..

Боюсь представить, что за лекарство вкололи мне медики. Наверняка что-то экспериментальное.

Стянув с головы косынку, под ней я обнаружила огненно-рыжие пряди. Густые и по-настоящему роскошные.

Я пощипала щеки, и девушка в отражении сделала то же самое. Интересненько. Оставалось надеяться, что это ненадолго. К хорошему привыкаешь слишком быстро. Возвращаться обратно не захочется.

Впрочем, насчет хорошего, это я погорячилась.

Не успела рассмотреть себя как следует, как дверь с шумом растворилась, и в кухню в прямом смысле слова влетела чернявая девица с горящими глазами. В элегантном платье с турнюром, худая и высокая, но при этом обладающая бюстом не меньше пятого размера, который едва не вываливался из декольте. Наверное, потому, что дышала девица глубоко после забега. Увидев меня, она в буквальном смысле пришла в ярость.

— Чего это ты не работаешь?! — гаркнула грубым голосом, совершенно не сочетавшимся с образом элегантной юной дамы. — Совсем страх потеряла?

Лет ей на вид было вряд ли больше, чем мне в новом теле. Но взгляд такой, что мурашки по коже.

— Да вот, ноги встала размять, — призналась я, не желая вступать в перепалку. Тем более что не представляла, кто эта фурия. — Отдохну немного и снова за дело возьмусь.

Судя по наряду, барышня знатная.

Сестра, что ли?

Может быть, сводная?