(старенькая) Удаленькая жена дракона

Глава 8

— Ступай, Тишнушка, — чуть не плача взмолилась Марфа.

Всунула мне в руки поднос, на котором пузатой горкой высились пироги, а рядом стоял графинчик со сливовой наливочкой и стопочка.

— Подашь, так не забудь поклониться гостю, — напутствовала мачеха. — Да улыбайся, улыбайся. Никифору Ильичу нравятся хорошенькие дурочки.

Ну-с, в таком случае он точно обратился не по адресу.

Никифор Ильич превзошел самые страшные мои ожидания. Грузный, толстощекий, с красным от излишних возлияний носом и тяжелой одышкой, он никак не тянул на молодого жениха. Пуговицы жилета едва сходились на необъятном пузе, а маленькие тусклые глазки почти полностью скрылись под нависающими веками.

Пренеприятнейшее зрелище, скажу я вам.

Ко всему прочему, разило от Никифора Ильича так, что глаза резало. Не думаю, что он всю ночь набирался храбрости. Скорее, это его естественное состояние.

— А вот и моя красавица-доченька, — похвалился Петр Фомич, глядя на меня не без гордости. — Стройна, нежна, покладиста. Совсем как ее мать.

Стоящая сзади меня Ведара скрипнула зубами. Уверена, после такого представления батюшку ждет полоскание мозгов. Но это не моя беда. Мне бы выдержать и не высказать все, что вертится на языке. Тогда Никифор Ильич сразу поймет, насколько я покладистая. И это даже неплохо. Вот только в этом случае Ведра, чего доброго, выполнит обещание. А батюшка вряд ли заступится, даже если дочь будут пороть до смерти.

— Вот, Никифор Ильич, угощайтесь, — пролепетала Ведара, толкнув меня в спину и вынуждая поклониться.

Женишок сцапал пирожок, а вот рюмочку нашарил не с первой попытки. Дважды промахнулся, прежде чем поймать да пригубить.

— Что ж это, Ведара Петровна, у вас посуда такая мелкая, — расстроился он неимоверно. Потом откусил пирожок и, задумчиво прожевав, признался: — А выпечка хороша. Угодили.

— Это Тиночка сама готовила, — тут же похвасталась Ведра. — Возьмете ее в жены, так каждый день будет стряпать.

Никифор Ильич нахмурил покатый лоб, раздумывая над предложением.

— Разве жена для стряпни нужна? — не выдержала я. — С таким требованиями лучше завести опытную кухарку.

Ведра громко шикнула на меня, а Никифор Ильич самодовольно хмыкнул. Покачал головой и попытался вразумить непокорную меня:

— Жена нужна, чтобы во всем слушаться хозяина, быть ему покорной рабой, угождать во всем. А за это я ее стану кормить, ласкать и гулять выводить.

Нет, это уже ни в какие ворота…

— Вам, уважаемый, в таком случае собачку бы завести, — предложила я на полном серьезе. — С ней и проблем меньше. Сами посудите: собака не обидится, если ее чужой кличкой назвать, любит охоту и рыбалку. Всегда тебе рада, в любом состоянии. Опять же, родители в гости к ней не приедут. Одни сплошные плюсы и никаких минусов.

Напрасно я пыталась отговорить Никифора Ильича от женитьбы. Только хуже сделала.

— Дело говоришь, Тиночка, — согласился женишок, поглаживая пузо. — Надо с женой как с собакой. Дрессировать да на поводке водить, тогда из нее толк и выйдет. А ежели что не так, то и хворостиной отстегать можно. Чтоб знала, кто в доме хозяин.

Ну, все, достал!

— От собачьей жизни не только собаки бывают кусачими, — предупредила я. — Жена тоже может отрастить острые клыки и даже загрызть. Вам такое в голову не приходило?

Невольно вспомнилось предложение Марфы подсыпать жениху яду. Я, конечно, против убийств. Но и стегать себя хворостиной не позволю.

— Не сметь перечить старшим! — взвизгнул Никифор Ильич.

— Пошла прочь! — добавила Ведара. — На чердак! Под замок! И чтоб носу не высовывала, пока не позволю.

Я уже привычно направилась к месту заточения, предполагая, что у Тины и комнаты-то своей нет в отчем доме. И нет никого, кто мог бы заступиться. Разве что Марфа. Да ее саму не помилуют, ежели что не так сделает.

Нет, определенно нужно что-то решать.

Одно ясно: оставаться в родительском доме нельзя. Раз Ведара решила выдать падчерицу за богатого престарелого соседа, то так и сделает. Бежать в неизвестность тоже не вариант. Разве что…

Не успела я додумать эту мысль, как на чердак ворвалась разозленная донельзя Ведара. Она не ругалась, а прямо-таки шипела. Исходила ядом.

— Значит так, малахольная! Завтра же выходишь за Никифора Ильича, мы с твоим батюшкой обо всем договорились. И чтоб рта не раскрывала лишний раз. Дело решенное.

— А если откажусь? — возразила я. — Снова поркой запугаешь? Или что поинтереснее придумаешь?

— Не хочешь замуж, не надо, — язвительно прошипела Ведара. — Я тебя тогда сначала в лечебницу для умалишенных помещу. А оттуда в городской бордель продам. Думай сама, что для тебя лучше. Учти, надумаешь сбежать, из-под земли достану. У меня и сил и знакомств предостаточно. Никто не согласится тебя прятать, зная меня. Времени на раздумье у тебя до утра.

Сказав это, она вышла, громко хлопнув дверью.

Следом с обратной стороны щелкнул замок.

А что тут думать, я уже все решила. Магическая книга подсказала единственный возможный выход из ситуации. Сомневаюсь, что у Ведары Петровны есть блат в Кундане. При другой ситуации я бы ни за что не понадеялась на помощь чудовища. Но сейчас…