Стать невестой Дракона. Инструкция по выживанию

Глава 9.

Секунда до того, как топор начнет рассекать воздух.

- ОСТАНОВИТЕСЬ!

Я не помню, как перемахнула через бархатное ограждение балкона. Не знаю, откуда взялись силы. Адреналиновый коктейль из ярости и отчаяния ударил в голову, заставляя тело двигаться быстрее мысли.

- ЭТО НЕ ПРАВОСУДИЕ! ЭТО УБИЙСТВО! ОНА НЕ ВИНОВАТА!

Я срываюсь с места, пытаясь прорваться к лестнице, ведущей вниз, на площадь. Ветер треплет волосы. Толпа на балконе ахает. Лица придворных вытягиваются от изумления. Этого не было в сценарии.

- Схватить ее! - раздается ледяной, яростный приказ королевы Джаконды.

Два стражника из королевской гвардии бросаются ко мне. Я уворачиваюсь от первого, инстинктивно пригибаясь. Второй хватает меня за руку. Я вырываюсь, оставляя в его пальцах клочок ткани от плаща. Я не боец, но отчаяние делает меня быстрой и скользкой, как уж.

- ЕЕ ПОДСТАВИЛИ! - кричу я, уже не обращаясь ни к кому конкретно. Просто выбрасываю в мир правду, которая душила меня все это время. -ДРАНИКА! Я ВИДЕЛА!

На площади поднимается ропот.

Стражники нагоняют меня у самой лестницы. Один хватает меня за плечи и грубо разворачивает. Я вижу, как на площади палач, проигнорировав суматоху на балконе, снова заносит топор. Он - механизм, который выполняет приказ.

- НЕТ! - кричу я, но мой голос тонет в шуме.

Кажется, все кончено. Мой бессмысленный порыв ничего не изменил. Сейчас прольется кровь, а потом меня утащат в темницу и сгноят там за неповиновение.

Но в тот самый момент, когда топор находится уже в сантиметрах от шеи Люциферы, над площадью раздается оглушительный, властный голос.

- СТОП!

Это крикнул король Гарольд.

Он вскочил со своего трона, его лицо, обычно апатичное, исказилось от какого-то сильного чувства. Палач замер, его мускулы окаменели. Топор застыл в воздухе, словно наткнувшись на невидимую стену. Тишина, на этот раз наполненная не предвкушением, а абсолютным шоком, рухнула на площадь. Тысячи глаз устремились на королевский балкон.

Король Гарольд, не глядя ни на жену, ни на сыновей, тяжелой поступью прошел к краю балкона. Его взгляд был устремлен на эшафот.

- Я сказал, стоп, - повторил он уже тише, но его слова разнеслись по каждому уголку площади. - Казнь отменяется.

Королева Джаконда медленно повернула к нему голову. Если бы взглядом можно было убивать, от короля осталась бы лишь горстка пепла.

- Что ты творишь, Гарольд? - прошипела она так тихо, что услышала, наверное, только я и принцы. - Закон…

- К дьяволу закон! - рявкнул король, и в его голосе впервые прорезался настоящий металл. - Есть то, что стоит выше законов людей! Только что мне было видение! Знамение от Древних Драконов, наших прародителей!

Он снова повернулся к толпе, и его голос загремел.

- Древние запрещают проливать кровь в этот день! Они избрали его для милости! Любая казнь, совершенная сегодня, навлечет на наше королевство столетнее проклятие - засуху, мор и голод!

На площади пронесся вздох облегчения и суеверного ужаса. Против воли богов, против знамения от самих Драконов не пойдет никто. Это было нечто большее, чем королевский указ. Это была священная воля.

- Уведите осужденную! - приказал король страже на площади. - Воля Древних исполнена!

Стражники, опомнившись, помогли Люцифере подняться. Она смотрела на короля, на меня, на небо, ничего не понимая. Ее лицо было мокрым от слез - на этот раз слез шока и нежданного спасения. Толпа начала обсуждать неслыханное событие. Представление закончилось самым неожиданным образом.

Я стояла, все еще в руках стражника, тяжело дыша.

Я не знаю как, но мой безумный крик, мой бунт, заставил короля вмешаться. Может, он испугался народного волнения?

Может, в нем и правда проснулась совесть?

Или это видение… Что бы это ни было, Люцифера была жива.

Мой взгляд метнулся к Фредерику. Он вышел на свет и смотрел прямо на меня. Расстояние между нами было огромным, но мне показалось, что я вижу его глаза так же ясно, как свои руки.

- Отпустите ее, - бросил он стражнику, державшему меня, и тот немедленно разжал пальцы.

Я осталась стоять посреди балкона, как на острове, вокруг которого бушевал ураган чужих эмоций. Придворные спешили ретироваться, не зная, как реагировать на раскол в королевской семье.

Джаконда двигалась бесшумно, как кобра перед броском. Вокруг нее образовалась пустота - все инстинктивно отступали на шаг. Она остановилась прямо передо мной, так близко, что я могла видеть свое искаженное отражение в ее холодных, змеиных глазах. Толпа на площади все еще шумела, но здесь, рядом с ней, воцарилась мертвая тишина.

Она не кричала. Она не угрожала. Она лишь слегка улыбнулась уголками своих тонких, идеальных губ и наклонилась к моему уху. Ее шепот прозвучал громче любого крика. Он был наполнен концентрированным ядом, от которого кровь стыла в жилах.

- Ты совершила большую ошибку, девочка.

Я чувствовала ее ледяное дыхание на своей коже.

- Ты думаешь, ты победила? Ты спасла одну никчемную жизнь, но подписала смертный приговор себе. Я не успокоюсь, пока не увижу, как ты корчишься в агонии. Я заставлю тебя молить о смерти, как о величайшем благе.

Она отстранилась и окинула меня долгим, изучающим взглядом, словно решая, с какой части тела начать пытку.

- Ты пожалеешь, что родилась на свет.