Стать невестой Дракона. Инструкция по выживанию

Глава 37.

Мы стояли на пороге огромной пещеры, освещенной не факелами, а мягким голубоватым светом, который исходил от фосфоресцирующих мхов и кристаллов, вросших в стены. Воздух был прохладным и чистым, пах озоном и влажной землей. Но расслабиться нам не дали.

Из теней выступили люди. Их было не меньше дюжины. Мужчины и женщины, одетые в практичную одежду из кожи и грубой ткани, с длинными, заплетенными в косы волосами. В их руках было оружие - не парадные дворцовые мечи, а короткие, изогнутые клинки и туго натянутые луки. Десяток стрел смотрели точно в наши сердца.

Я инстинктивно выставила руку вперед, заслоняя собой Габриелу. Лица незнакомцев были суровыми и непроницаемыми. В их глазах не было ни любопытства, ни жалости. Они не собирались задавать вопросы.

- Мы не враги, - сказала я, и мой голос эхом отразился от сводов пещеры.

Один из них, высокий мужчина со шрамом через всю щеку, сделал шаг вперед.

- Враги короны - наши друзья. Но откуда нам знать, что вы не шпионы королевы?

Его слова были как удар. Для них мы были чужаками, потенциальной угрозой. Все наши недели в лесу, весь наш страх и боль могли закончиться здесь, в шаге от спасения, от стрелы безымянного стража.

И тогда я вспомнила. Моя рука разжалась, и я протянула ладонь вперед. Кристалл Элеаноры вспыхнул теплым, приветливым светом, разгоняя тени. Пульсация стала сильнее, и по пещере пронесся тихий, мелодичный звон, словно кто-то коснулся невидимых струн.

Воины замерли. Их оружие дрогнуло. Выражение отстраненности на их лицах сменилось потрясением. Они смотрели не на меня, а на кристалл в моей руке, словно видели призрака.

Из глубины пещеры, из прохода, который я раньше не замечала, вышел старик. Он был высок и худ, но держался прямо, опираясь на резной посох из белого дерева. Его длинные седые волосы были убраны кожаным ремешком.

Он подошел ближе, не обращая внимания на меня или Габриелу. Его взгляд был прикован к кристаллу.

- Ключ Имирры, - прошептал он, и его голос был похож на шелест сухого листа. - Она так и не вернулась.

Это было утверждение, а не вопрос. Он уже все знал.

- Ее звали Элеанора, - тихо поправила я. - Она отдала свою жизнь, чтобы спасти мою. И просила передать это… вам.

Старик медленно поднял на меня свои ясные глаза. Он смотрел долго, изучающе, словно читал мою душу, видел все мои страхи, мою боль, мою ярость и мою крошечную, отчаянную надежду. Я выдержала его взгляд, чувствуя, как по щекам снова текут слезы. Теперь уже не от страха, а от облегчения.

- Имирра всегда умела видеть суть вещей, - наконец произнес он и обернулся к воинам. - Опустите оружие. Это гости.

Стрелы бесшумно вернулись в колчаны, клинки - в ножны. Напряжение спало так резко, что у меня подогнулись колени. Габриела тихо всхлипнула за моей спиной.

- Меня зовут Кай, - представился старик. - Я старейшина этого поселения. Добро пожаловать в последнее убежище Свободных Детей Ветра.

***

Нас провели вглубь горы. То, что сначала казалось просторной пещерой, оказалось лишь преддверием целого подземного города. Здесь были многоуровневые жилища, вырезанные прямо в скальной породе, соединенные веревочными мостами и винтовыми лестницами. Светящиеся кристаллы под потолком имитировали звездное небо. Журчали ручьи, пробившие себе дорогу сквозь камень и впадавшие в небольшие озерца с кристально чистой водой. Здесь кипела жизнь: женщины дубили шкуры, мужчины точили оружие, дети с криками носились по мостикам, не боясь высоты.

Нас с Габриелой отвели в небольшую, но уютную комнату, дали чистую одежду и горячую еду - похлебку из горных трав и кореньев, которая показалась мне вкуснее всех королевских яств. Габриела почти сразу уснула, впервые за долгое время - спокойным, глубоким сном.

***

Я идела с Каем в его жилище, устроенном на самом верхнем ярусе, откуда открывался вид на все поселение. Мы пили терпкий травяной чай, и я рассказывала. Рассказывала все: о своем появлении в этом мире, о жестоком отборе, о двух принцах, о ледяной королеве, о смерти Люциферы и о последнем желании Элеаноры-Имирры.

Кай слушал молча, не перебивая, лишь изредка кивая. Его лицо было непроницаемо, но когда я дошла до гибели Имирры, я увидел, как дрогнул мускул на его щеке.

- Она была одной из лучших, - тихо сказал он, когда я закончила. - Самой сильной из тех, кого у нас отняли. Мы до последнего надеялись, что она сможет вырваться, вернуться домой. Она должна была победить в отборе и использовать свое положение, чтобы найти и освободить других, таких же, как она.

- Других? - не поняла я.

«Детей, - в голосе Кая прозвучала сталь. - Одаренных детей. Ты думаешь, королевство Дракония всегда было таким могущественным? Его величие построено на костях. Арбольд Жестокий, развязал войну на истребление. Он уничтожал целые народы, которые не хотели склонить перед ним колени. Наш народ, маги воздуха, был почти полностью стерт с лица земли. Мы ценили свободу превыше всего, и за это нас приговорили к смерти.

Он отпил чай, и его взгляд устремился куда-то вдаль, в прошлое.

- Но хуже всего было не это. Они поняли, что нашу магию можно использовать. Они перестали убивать наших детей. Они начали их забирать. Самых сильных, самых одаренных. Их увозили в специальные закрытые школы, где ломали их волю, стирали память о доме и превращали… в оружие. В верных псов империи. Безвольных убийц, шпионов, слуг. Элеанора… Имирра… была одной из них. Она прошла через этот ад. Но в ней, в отличие от многих, искра не погасла. Она помнила. И хотела отомстить.

Меня прошиб холодный пот. Теперь все встало на свои места. Невозмутимость Элеаноры, ее отстраненность, ее невероятная сила. Она не была холодной - она была сломленной, но не сдавшейся. А отбор…

- Отбор - это не просто варварская забава, да? - прошептала я.

- Это механизм контроля, - кивнул Кай. - Способ продемонстрировать абсолютную власть короны. Способ найти и устранить потенциально сильных магов из других родов, которые могут представлять угрозу. Или, наоборот, найти особенно сильную особь, чтобы влить свежую кровь в королевскую династию. Это рынок невест, ярмарка тщеславия и бойня в одном лице. И всем этим заправляет она. Джаконда.