Статус. Любовь есть.

Глава 1. Утро не задалось.

За несколько дней до…

Очередное осеннее утро, которое началось с беготни по дому в поисках вещей, которые как будто бы казалось, лежали на месте. В это время у меня кипит каша на плите, кофе варится сам, и стиральная машина хочет устроить взрыв, потому что колошматит внутри себя вещи так, словно они не только отстираются, но и примут новый облик. В голове хаос из мыслей, которые гудят и твердят: «Не опоздай на постановку». К слову, я работаю в театре художником-постановщиком и сегодня мы репетируем финал. Если я опоздаю – меня порвут на клочки.

Мне кажется, что моя квартира по утрам самая громкая. Точнее, я устраиваю разгром. Все время мне мама твердила: «Беспорядок в комнате – значит беспорядок в голове. Приведи свою головушку в порядок». Когда же я уже возьмусь за свою жизнь? Я не успеваю жить. Готовка, уборка, дом, работа и еще у меня маленькая дочь Вася, то есть, Василиса. Она мне тоже по утрам устраивает погром – совсем не хочет собираться в садик. Что я за мать такая, а?

У меня пропал вкус к жизни. Желание что-либо делать. Я уже не смотрю на мир такими горящими глазами, как раньше. Не замечаю ничего. Не подмечаю детали, когда гуляю, не смеюсь заливистым смехом, как раньше. Только благодаря работе и Ваське хочется что-то делать.

Услышав, как звенит будильник, то моментально вырвалась из своих грез и продолжила маяться по дому. Где мой телефон? Где-то валяется.

В моменте я понимаю, что мне плохо. Море звуков, которые заполонили мою квартиру – меня одолели. Я села на край кровати, понимая, что это полный расколбас: из-за собственной несобранности я не могу привести порядок нигде. Положив свое лицо на ладони, мне хочется расплакаться. Та самая секунда, когда задыхаешься от внутренней боли. От безысходности. Даже поговорить не с кем. Чувствуя вибрацию под своей пятой точкой, понимаю, что вот он потерянный телефон. Выключаю ненавистный будильник и понимаю… О, елочки-иголочки! Выходить через 40 минут!

Я хочу тишины, и взять себя в руки. И спокойствия на часик другой.

Собственно, как и всегда я собираю себя в кучу и, чувствуя «тяжесть» в теле иду будить малышку.

- Вася, просыпайся. Нам в садик скоро выходить!

- Мам… Еще немного, - задела она меня маленькой ручкой, чтобы я перестала ее раскрывать.

- Просыпайся, карапуз.

Она начала мычать, не соглашаясь с моей идеей идти в садик, отворачиваясь к стенке. Ты думаешь, я хочу что ли? Придется использовать тяжелую артиллерию. Я раскрываю эту маленькую львицу, беру на руки, и она начинает дрыгать ногами, издавая неизвестные человечеству звуки.

- Будешь сопротивляться, я сварю тебе кашу из тыквы и накормлю.

- Ты этого не сделяешь! – вопит она, и я ее ставлю на стул перед раковиной в ванной.

- Еще как сделаю, - я начинаю расчесывать ее запутанные белые волосы.

Она переняла цвет волос от ее биологического отца. Хотя, у меня язык не поворачивается так его назвать. Бросил нас, когда я была беременной! Но я нисколько не жалею, что она родилась, ведь Вася мое продолжение - моя кровинушка! Плевать, что я ращу ее одна – главное, что мы вместе. Мы стоим напротив зеркала, и я наблюдаю, как она растет. Мое сердце тает при виде ее маленьких ручонок, которые учатся чистить свои зубки. Ее пухленькие щечки, которые так хочется расцеловать… В отражение я вижу заспанную себя и Ваську, которая так похожа на нас с ним (пошел он нафиг!) Глаза, волосы, повадки. Все это заставляет жить дальше.

На выходе я думаю о выключенных электроприборах. И смотрю на Ваську, которая уже места себе не находит:

- Ну, сколько ты будешь думять? – возмущенно она складывает руки крест-накрест, а я думаю, как эта розовая вязаная шапочка ей к лицу.

К счастью, я не настолько беспомощна и у нас есть машина. Старенькая «Хонда» спасает как никогда. Сажаю дочку на заднее сиденье в «детское кресло», а она в это время играется с куклой «Валей», которую она по ее словам победила в честном бою в садике. Или же простыми словами поменяла на что-то. Даже не знаю, в кого она. Наверно, сама по себе такая, но я ее люблю любой. Ее боевой дух вызывает у меня улыбку.

- Мам? – спрашивает она меня, пока мы выезжали с района.

- Да?

- Дай мне пядесят рублей. Я их поменяю на сто рублей у Никиты.

- Малышка, тебе не кажется, что это не честно? – и чем занимается моя дочь в садике?

Я посмотрела на нее через зеркало заднего вида и совсем не понимаю, как эта девчонка так ловко обводит ребят вокруг пальца?

- Не честно, это когда он отнимает у меня игрушки и отдает другим девочкам. Моим злейшим врагам, междю прочим! – пригрозила Васька пальцем мне в зеркало.

- Я и решила его плоучить. Вчера сказала ему, что пядесят лублей больше, чем сто. А он, и поверил, дур-р-рак! – она задумалась над тем, что произошло и смело выдает, - мама, ты слышала? Я почти сказала букву «л-р-л».

Почти.

Мне не нравится, что она временами то выговаривает букву «р», то нет. Логопед совсем плохо работает у них в саду! Или же Васька сопротивляется науке. Уж, не знаю, что и думать, но девочка она смышлёная!

- А почему он так себя ведет?

- Не знаю, но сегодня сто лублей у меня в кармане! Да! - сидела она и улыбалась, а я включила песню «September – Earth. Wind & Fire». Мы поехали, рассекая лужи в такой пасмурный, но новый день.