статус: занята

Глава 19

Две недели.

Для Алексея они растянулись в мучительную, вечность, каждый день которой был отмечен на календаре нервным отсчётом. Он, привыкший к стремительным темпам и мгновенным результатам, впервые ощутил время как физическую пытку. Его обычно безупречная концентрация давала сбои: на совещаниях он ловил себя на том, что смотрит не на графики, а в окно, представляя, как она в этот момент упаковывает вещи в картонные коробки на другом конце страны.

Его первым делом по возвращении в Москву стала не работа, а звонок в элитную клининговую службу. Он лично приехал на ту самую служебную квартиру, которая оказалась просторной светлой двушкой с панорамными окнами. Она была безликой, как все корпоративное жильё, но в хорошем состоянии. «Сделайте идеально, — сказал он женщине-менеджеру. — Чтобы от всего пахло свежестью и уютом, чтобы можно было заселяться хоть сейчас. Ни пылинки». Он хотел, чтобы первое впечатление Лады от её нового московского крова было безупречным. Чтобы она почувствовала заботу, даже не зная её источника.

Следующим шагом стала беседа с Анастасией, его личной ассистенткой, которая работала на него уже пол года. Девушка была эффективна, но в последнее время её профессиональная забота стала обрастать личными, сладковатыми намёками, прикосновениями к руке, «случайными» встречами у лифта после работы. Раньше он пропускал это мимо ушей. Теперь же любая попытка флирта вызывала у него раздражение. «Анастасия, вы прекрасный специалист, но я перевожу вас в отдел сопровождения проектов. С понедельника вы переходите под руководство к Антону». Девушка пыталась возражать, что-то говорить ему, но он был непреклонен. Его личное пространство было занято призраком кареглазой красотки и должно было оставаться стерильным.

И вот этот день настал. Утро встречи он начал с долгой пробежки, пытаясь усмирить нервное напряжение. Оделся тщательно, но без явного щегольства — тёмные джинсы, пуловер. Не генеральный директор, встречающий ценного кадра, а… мужчина, встречающий женщину. Хотя он всеми силами пытался убедить себя в обратном.

В аэропорту он ждал у выхода, не садясь, чувствуя, как с каждой минутой напряжение нарастает. И вот она. Вышла из зоны прилёта, везя за собой два чемодана. В простых джинсах и объёмном свитере, волосы собраны в небрежный хвост, лицо — немного уставшее от перелёта, но освещённое изнутри тем самым знакомым ему светом целеустремлённости. Увидев его, она широко улыбнулась, и что-то тёплое и тяжёлое перевернулось у него в груди.

Всю дорогу до города он старался быть просто вежливым шофёром. Рассказывал о городе, о районе, где она будет жить и работать. Спрашивал у неё про перелёт. Держал дистанцию. Но его взгляд то и дело обращался к ее красивому лицу. Кажется, что ей пока всё нравится.

Когда он помог занести чемоданы в квартиру и они оказались в центре безупречно чистого, наполненного вечерним светом пространства, его инстинкты взбунтовались. Он смотрел, как она идет на кухню, как подходит к окну, и ему отчаянно хотелось остаться. Выпить с ней кофе. Услышать её голос без деловых интонаций. Узнать, что она чувствует в эту первую минуту в новом мире.

— Спасибо, Алексей Викторович, всё прекрасно, — она обернулась к нему, и в её глазах читалась искренняя благодарность и лёгкая растерянность.

— Рад, что вам нравится, — он кивнул, чувствуя, как ноги словно приросли к паркету. Разум кричал, что нужно уходить. Дать ей освоиться. Не давить.

Он сделал шаг к двери, затем обернулся. Сам не свой.

—Может, чашечку кофе? — почти вырвалось у него.

Она удивлённо подняла бровь, и он тут же поправился, надевая маску деловитости:

—Простите, это непрофессионально с моей стороны. Вы устали с дороги. Завтра в девять утра в офисе. Я лично представлю вас команде и проведу в ваш кабинет.

Он видел, как в её взгляде промелькнуло что-то — разочарование? облегчение? — и сам не знал, чего ему хотелось больше.

—Конечно, — она улыбнулась, уже более сдержанно. — До завтра. И ещё раз спасибо. За встречу. И за квартиру.

Он вышел в коридор, и дверь закрылась за его спиной с тихим щелчком. Алексей прислонился к стене, закрыл глаза и выдохнул. Вместо того чтобы спуститься вниз, он нажал кнопку вызова другого лифта. Через несколько секунд он уже входил в собственную квартиру — безупречный, холодный пентхаус на два этажа выше.

Но сегодня что-то изменилось в самом воздухе.

Он сбросил куртку на диван, подошёл к панорамному окну, выходившему на тот же внутренний двор, что и её окна. Он не видел её, но знал — она здесь, рядом. Распаковывает чемоданы. Прикасается к стенам. Дышит этим воздухом.

И странное дело — его собственная, вечно казавшаяся слишком большой и пустынной квартира, вдруг перестала быть пустой. Она была наполнена её присутствием. Тихим, незримым, но абсолютно реальным. Осязаемым, как тепло от камина, которого в его доме не было, но которое теперь казалось разожжённым где-то в самом фундаменте здания.

Ранее мучительное ожидание сменилось глубоким, спокойным жаром под рёбрами. Она была здесь. В одном с ним доме. Под одной крышей. Всего несколько десятков метров бетона и воздуха разделяли их сейчас — ни тысяч километров, ни чужих обязательств, ни его собственных железных запретов.