Ставка на Новый Год

Глава 1

Майкл

Черт возьми, она такая... скучная. Нет, не скучная. Я сам не могу это объяснить. Слишком правильная, что ли? Ты смотришь на нее, и это как удар током, но каким-то странным образом. Не так, как должно быть, понимаешь? Не как по ногам, по телу, по коже. Нет. Это глубже, долбанный удар прямо в голову. В самое нутро. Ненавижу.

Я видел ее мельком — в коридоре, на лекциях, в кафе. Вечно с каким-то увесистым рюкзаком, с этими огромными книгами, с которыми она таскается повсюду, будто без них она не сможет жить. Лия будто пришла из какого-то другого времени. Из мира, где девчонки не выкладывают свои губы в соцсети или не заглядывают в каждую витрину, чтобы потратить чужие деньги. Она... тихая. Убивающе тихая. Но в этой тишине есть что-то, что сводит с ума.

Она сидела на лекции, чуть склонив голову, карандаш в руках — чертила что-то в тетради. Я точно знал, что это не по теме, потому что преподаватель распинался про что-то скучное — не помню, что. Какое-то длинное, мутное дерьмо. А Лия, эта чертова Лия, будто вообще находилась в другом мире. Ни единого движения, ни одного взгляда в сторону. Полностью в себе.

И меня это вывело.

Почему я ее заметил? Черт его знает. Я был уверен, что такие, как она, для меня не существуют. Она не на моем радаре. Не должна быть. Она — это какой-то другой уровень. Как муха, пролетающая мимо твоего лица. Ты не замечаешь ее, пока она не садится тебе прямо на нос. И эта Лия, со своими карими глазами, с этим вечно спокойным лицом и губами, которые она кусала, когда сосредотачивалась... она была та еще долбаная муха.

И вот я сидел сзади, у окна, облокотившись на стул, и наблюдал за ней. Ее волосы светились в свете зимнего солнца, пробивающегося через окна аудитории. Юбка в клеточку, теплый свитер. Черт, это выглядело так... целомудренно. Такой образ, будто она даже не знает, что значит "слово на три буквы". Слово, которое, клянусь, вертится в моей голове каждый раз, когда я смотрю на нее.

Почему я, черт возьми, не могу ее игнорировать?

Тихая, замкнутая, держится на расстоянии. Ее голос — это почти шепот. А если и скажет что-то, то ты слышишь только мягкость. Не с вызовом, не со злостью. Лия — это полная противоположность всему, что я когда-либо хотел видеть в девушке. В ней нет этого... огня. И я ненавижу это.

Лия будто смотрит на мир через стеклянную стену. Все видит, но не позволяет себе трогать. Ее лицо всегда закрыто этим щитом — будто она хочет стать невидимой. Я таких не понимаю. Если ты живая, так живи! Черт, да кричи, смейся, иди на вечеринки, падай лицом в грязь, как все мы!

Но она держится на расстоянии. У нее даже подруга есть — Роуз. Та вообще противоположность. Роуз громкая, наглая, любит кидаться шутками и привлекать внимание. Лия с ней смотрится, будто старшая сестра, которой приходится все время тащить ее из бед.

И я бы забил на все это. Клянусь. Если бы не эти чертовы глаза.

Я не могу с этим справиться. Они не дерзкие. Не провокационные. Но каждый раз, когда она поднимает взгляд, я чувствую, как будто меня кто-то ударил под дых. Потому что в этих глазах нет ни грамма высокомерия, презрения или игры. Они... честные. Искренние. Чистые до тошноты.

И что-то внутри меня бесится от этого.

Впервые я обратил на нее внимание, когда она случайно столкнулась со мной в коридоре. Она шла, как всегда, уткнувшись в книгу. Я чертовски не люблю, когда люди врезаются в меня. Но с ней... это было по-другому. Легкий запах корицы от ее волос, тихое: "Простите..." — и она исчезла в толпе. И я остался стоять там, как дурак.

Почему я не сказал ей что-то? Почему не дернул за локоть, чтобы она остановилась? Может, потому что мне нечего ей сказать. У нее, черт возьми, такие ясные глаза, будто она читает тебя как книгу.

Смешно, но мне даже стало любопытно. Может, она думает, что я — это "все, что не нужно"? Да плевать. Может, я просто хочу увидеть, как долго она сможет оставаться такой правильной, такой идеальной. Потому что ни один человек не может быть идеальным. Ни один.

И я докажу это.

Лия

Майкл.
Это имя гремело в стенах университета, как крик по стадиону. Его знали все. Даже я — человек, который предпочитает держаться в тени. Хотела ли я знать его? Нет. Но как ты можешь не знать того, кто словно магнит, кого хотят все, кто умеет делать так, что о нем говорят, даже если ты этого не хочешь?

Он был везде. На всех вечеринках. В каждой сплетне. В каждом углу этого чертова здания.

И везде, где он появлялся, воздух становился другим. Тяжелым, напряженным, слишком плотным, чтобы дышать. Ты либо хотела быть ближе к нему, либо убежать подальше. Но не замечать его? Это было невозможно.

Я видела его впервые еще на первой неделе. Черт, наверное, каждая девчонка замечает его сразу. В этом и был его фокус. Высокий, с резкими чертами лица, будто резцом вырубленными из камня. У него была эта самоуверенная походка, как у хищника, который знает, что все взгляды на нем. Майкл никогда не смотрел по сторонам. Он знал, что все уже смотрят на него.

Помню, как он стоял у окна после лекции, в окружении своих дружков. Кожаная куртка, джинсы. Сигарета в руке — конечно же, он знал, что это запрещено в здании, но ему было плевать. Этот взгляд из-под полуопущенных ресниц… Господи, как будто он смеется над всеми нами. Над каждым.

Я проходила мимо, и наши взгляды встретились. Секунда. Полторы. Может, чуть больше. Я думала, он отвернется, но нет. Он смотрел прямо на меня. Точно так, как смотришь на очередную цель.

Быстро отвела взгляд и ушла, чувствуя, как по спине пробежал холод. Вот и все. Я сделала это. Сбежала.

И что? Он такой же, как все они. Парень, который привык брать все, что хочет. Парень, который считает, что весь мир — это его чертов аттракцион. Какой смысл в этих взглядах? Какой смысл вообще тратить время, даже думая о нем?

Но черт возьми. В нем что-то… бесило. Глубоко. До дрожи. В нем не было страха. Никакого. Как будто жизнь никогда не могла его задеть.