Стажерка для будущего босса

Глава 39. Пустота

Я приехал к ней через два дня.

Два дня я не спал. Сидел в своей квартире, смотрел в потолок, перебирал в голове всё, что случилось. Её слова, её глаза, её голос, когда она писала: «Я ждала тебя». Я не пришёл. Я взял паузу. Мне нужно было время, чтобы разобраться в себе, в доказательствах, в том, чему верить. Я думал, она подождёт. Я ошибался.

Я припарковался у её дома. Подъезд был серым, обшарпанным, пахло кошками и сыростью. Я поднялся на третий этаж, постучал. Никто не ответил. Постучал ещё раз. Тишина. Я прижался ухом к двери — за ней было пусто. Ни звука, ни движения, ни дыхания.

Из соседней квартиры выглянула женщина лет пятидесяти, в халате, с любопытными глазами. Она оглядела меня с ног до головы — дорогой костюм, часы, машина внизу — и, видимо, решила, что я не вор.

— Вы к Алисе?

— Да, — я повернулся к ней. — Она дома?

— Вчера уехала, — женщина покачала головой. — Собрала вещи и уехала.

— Куда?

— Не сказала. Я спросила, а она только рукой махнула. Сказала: «В другой город». Я говорю: «Надолго?» А она: «Насовсем». И всё.

Я замер. Внутри что-то оборвалось.

— Она ничего не оставила? Ни адреса, ни записки?

— Нет. Пришла вечером, где-то в десять. Я слышала, как дверь хлопнула. Потом часа через полтора — шаги по лестнице, чемодан тащила. Я вышла посмотреть, спрашиваю: «Ты куда, Алиса?» А она бледная, глаза красные, но держится. Сказала: «Всё кончено, тётя Нина. Мне нужно уехать». И всё.

Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

— А вещи? — спросил я. — Мебель?

— Так они ж снимали квартиру, — соседка пожала плечами. — Своих вещей у неё было немного. Один чемодан, сумка, рюкзак. Всё. Она как приехала с одним чемоданом, так и уехала.

Я кивнул, поблагодарил. Женщина закрыла дверь. Я остался один в пустом коридоре.

---

Я стоял перед её дверью и чувствовал, как внутри поднимается что-то тёмное, тяжёлое. Сначала это была боль — острая, режущая, как нож. Она вонзилась под рёбра, выворачивала наизнанку. Я вспомнил её лицо, когда она смотрела на меня в парке. Она ждала. Она верила. А я не пришёл.

Но потом боль начала меняться. Она сворачивалась во что-то другое. Что-то горячее, злое, беспощадное.

Я вспомнил контракт. Её подпись. Её лицо на фотографии из ломбарда. Часы, которые она продала, даже не думая. Её сообщения, такие короткие, сухие: «Я ждала тебя». Не «я люблю тебя». Не «мне нужна твоя помощь». Не «я не виновата». Просто — «я ждала».

Она ждала. Чего? Ещё одной возможности меня обмануть? Ещё одной ночи, чтобы получить от меня то, что ей нужно?

Я ударил кулаком в стену. Боль обожгла костяшки, но я даже не почувствовал. В груди клокотала ярость — такая сильная, что у меня тряслись руки.

Она получила своё. Деньги. Она получила всё, что хотела. А когда правда выплыла наружу, когда я начал сомневаться, когда понял, что меня использовали — она просто исчезла. Без объяснений. Не попыталась вернуть моё доверие. Не сказала, что я ошибаюсь.

Она уехала. Собрала чемодан, плюнула на всё и уехала. Потому что я стал ей не нужен.

Я вспомнил её слова в ту ночь, когда мы лежали в темноте. «Ты — моя самая большая ошибка». Она говорила правду. Я был для неё ошибкой. Ступенькой. Кошельком.

А я… я поверил. Я поверил, что она другая. Что она не такая, как все. Что ей нужен не мой счёт в банке и не моя фамилия. Я поверил, что она любит меня.

Дурак. Наивный, слепой дурак.

Я достал телефон. Нашёл её номер. Нажал вызов.

— Абонент временно недоступен.

Я набрал снова.

— Абонент временно недоступен.

Ещё раз.

— Абонент временно недоступен.

Я сжал телефон в руке так, что хрустнул корпус. Внутри всё кипело. Я хотел кричать. Хотел разбить что-нибудь. Хотел найти её и спросить в глаза: как ты могла? Как ты могла смотреть мне в глаза, говорить о честности, о равных условиях — и продавать меня?

Но её не было. Она исчезла. Как будто её никогда и не существовало.

Я спустился во двор, сел в машину. Долго сидел, сжимая руль, глядя в одну точку. В голове крутились её образы — улыбающаяся, злая, растерянная, счастливая. Всё это было ложью.

Она играла со мной. С самого начала. С первой встречи, с первого спора, с первого поцелуя. Я был для неё проектом. Способом получить деньги. А я… я поверил.

Я завёл двигатель. Руль дрожал в руках. Я выехал со двора и вдавил педаль газа в пол. Город мелькал за окном, огни размазывались в цветные полосы. Мне было плевать. Мне было плевать на всё.

Она ушла. И я не знал, что хуже — то, что она меня обманула, или то, что я до сих пор, несмотря на всю ярость, хочу, чтобы она вернулась.