Стажёрка для принца-дракона. Корона из пепла

Глава 3 Командор

Томиц вел лошадь по лесной тропе, которая местами казалась широкой и натоптанной, а местами – почти совсем пропадала среди камней. Он молчал, просто шел чуть впереди, даже не оглядывался, за что я была ему благодарна: как ни старалась, а прикрыть подолом голые коленки мне не удалось.

Тропа в какой-то момент нырнула под темные ели и начала сильно забирать вверх, к перевалу. События утра потихоньку уступали место любопытству: лошадь подо мной шевелилась, копыта мягко постукивали. У нее были забавные уши, которые иногда смешно подергивались – прядали. Раньше никогда не обращала на такое внимания. А еще мне сверху была видна макушка Томица и его плечи под черной кожей куртки. Волосы забраны в хвост простой веревочкой. Интересно, если распустить, что будет?

Особенно странно было понимать, что хвост этот – на расстоянии вытянутой руки. И дотянуться до него реально. Дотянуться, дернуть за веревочку, встрепать его голову ладонью: это могла бы быть неплохая месть за утренние подначки!

Поймав себя на этом странном желании, я потянулась к кольцу. Да, Винледа давно нет в живых, но этот жест меня все равно успокаивает. Особенно если помнить, что магические драконьи кольца, если кто-то из двоих, или жених, или невеста, умирает, начинают тускнеть и терять тепло живой магии. Это происходит довольно быстро, и вскоре от артефакта не остается следа. А мое кольцо как будто в какой-то момент передумало умирать.

И сейчас оно… просто не отзывается.

Но я-то знаю, что раньше Вин мог к нему не притрагиваться месяцами, а то и годами. Но я все равно знала, что с ним все хорошо.

Сейчас было не то, чтобы хорошо. Просто как-то «никак».

Что однозначно лучше, чем «плохо».

И намного, намного лучше, чем должно быть.

Деревья вдруг расступились, как будто в театре занавес, и я увидела мир с перевала – залитую солнцем красивую долину, лесистую, в окружении гор, местами покрытых снегами, а кое-где густыми белыми облаками. Но самым главным и самым красивым в этой долине была крепость на высоком холме. Крепость была окружена двойной стеной, за которой целились в небо остриями прекрасные башни. Это был целый небольшой каменный город, в котором нашлось место и зеленым садам, и лужайкам. Но ощущение устремленности в небо от этого не становилось меньше.

Но и город тоже был – лепился к крепостным стенам ниже по склону, с северной и восточной стороны. Город тоже прикрывала невысокая стена. Я увидела, как оттуда, из городка, взлетает дракон. Несколько тяжелых взмахов, а потом – резко вверх, по ветру. Чудесно!

От открывшегося вида уже захватывало дух! Но драконы! Драконы, которые совершенно спокойно оборачиваются, и летают прямо над городом!

Ожившая мечта Вина, вот что это за место… впрочем, о чем я. Где-то в этих горах… или немного южнее, он и погиб.

К крепости вели две дороги. И в одну из них чуть ниже вливалась наша тропа.

Томиц остановился, Белка послушно остановилась тоже.

– Альта, – сказал он негромко. – Одна из главных крепостей Ительвы, самая неприступная из наших сторожевых крепостей.

– Как здорово! – вырвалось у меня невольно. – Красиво!

Сказать просто «Красиво», ничего не сказать! Будь я здесь одна, я бы раскинула руки в стороны, как крылья птицы и представила себя летящим драконом…

Но здесь был Томиц. Я, конечно, не стала.

– Да. С этого перевала лучший вид. Надо будет проверить маго-щиты Закатной башни, не нравится мне их состояние. Что же, идем дальше!

Вот приземленный товарищ! Правильно над ним приятель посмеивается. Какой-то он… непрошибаемый.

Но почему-то дернуть за веревочку, которая держит его волосы, мне захотелось только сильнее.

– А над Трицем запрещены полеты, – сказала я, с завистью провожая взглядом тройку драконов, стремящихся куда-то к облакам.

– Драконы в звериной ипостаси не всегда умеют соблюдать правила… во всех смыслах. Это сделано для защиты жителей.

– Да, знаю, – вздохнула я. – но все равно немного жалко. Мне нравится когда… так.

– Крылья, это такие же части тела, как руки или ноги. С их помощью летают, это все. Они могут болеть, уставать. Можно получить вывих или даже перелом… это неприятно, уверяю.

– Я же не спорю! – вздохнула я. – У меня в детстве был друг. Дракон тоже, он очень мечтал о крыльях.

– Все мечтают, – равнодушно согласился мой спутник. – Но мечты – это для детей и для девушек вроде тебя.

Я хотела снова возразить, но поняла, что он не поймет: слишком целесообразен.

Внизу, у дороги, он вдруг вынул из своей сумки сверток.

– Держи, Хромоножка. Будет нехорошо, если нас станут разглядывать.

– Что это?

– Плащ, длинный. Тебе хватит завернуться… – он окинул меня оценивающим взглядом и определил: – С головой. Примерно полтора раза.

Я развернула плащ. На ощупь он был мягким, но довольно плотным. Из особым образом обработанной шерсти. И его действительно хватило замотаться так, что не видно ни коленок, ни даже стоп. Даже для рук обнаружились прорези, хоть и слишком длинные и не в самых удобных местах. Вот так я и въехала в крепость – на чужой лошади и в чужом плаще. И зря Томиц надеялся – на нас оглядывались. Нами очень даже интересовались.