Стажерка главы королевского сыска

Глава 18

Макияж я намеревалась сделать здесь же. Решение было пусть спонтанным, но весьма разумным: мастера в «Эдеме» были самыми лучшими в столице, а то и во всем королевстве. Да и глупо было искать кого-то, если я и так в нужном месте.

Пока услужливая девушка размахивала по моему лицу мягкой кисточкой, я размышляла. К счастью, у Латриссы возникли неотложные дела, и она поспешила меня покинуть. Мне оставалось только надеяться, что женщина так торопилась не для того, чтобы как можно скорее распустить ворох сплетен обо мне и Монтегью.

В исполнении графини Амаре это могло выглядеть действительно ужасно: что-то вроде душещипательной истории об отчаявшейся леди Гринвуд, которая вынуждена искать себе женихов самостоятельно. На самом деле, от истины это было примерно так же далеко, как я сейчас от должности главного королевского сыщика.

Папенька позаботился о том, чтобы молодых людей, жаждущих связать себя брачными узами с леди Гринвуд было предостаточно, и нехватки в поклонниках я не испытывала. Но стоило только послушать, что они обо мне говорят, когда случайно сталкивалась с ними в коридорах нашего особняка: умна, напориста, слишком самостоятельна и безрассудна, как всякое желание иметь с ними дело пропадало. И вот это неизменное: «Я бы укротил эту пантеру», в общем-то, и определяло их дальнейшую холостяцкую судьбу. Я решительно не хотела видеть рядом с собой укротителя.

Не то чтобы я не мечтала о свадьбе, нет. Как и любая девушка я втайне разглядывала каталоги модисток с новыми фасонами удивительных кружевных платьев, к которым непременно полагалась нежная, будто облачко, фата. Конечно, мне хотелось, чтобы какой-нибудь невероятный мужчина закружил меня в первом свадебном танце. Проблема была только в том, что выбрать того, кто при этом не мечтал бы посадить меня в золотую клетку, было, кажется, невозможно.

Даже Ротшильд нет-нет, да намекал, что место женщины за роялем или в кресле с вышивкой в руках.

Ничего, я еще покажу ему, чего стою! Но для этого нужно немного подготовиться.

Мой макияж был выше всяких похвал: яркий, но не вульгарный, выгодно подчеркивающий и мои длинные пушистые ресницы, и пухлые губы, и легкий румянец на щеках. А уж в сочетании с прической я и вовсе была обворожительна.

Оставалось только подобрать подходящее платье. Традиционно на светских мероприятиях дамы, которые не являлись виновницами торжества, старались одеться так, чтобы с одной стороны не затмить хозяйку мероприятия, а с другой – не выглядеть серой мышью. Задача, прямо скажем, ничуть не легче, чем доказать, что Монтегью – тот самый преступник. Однако, у меня была возможность справиться с платьем прямо сейчас, чего не скажешь о меценате.

В уютном магазинчике для дам из высшего света я выбрала удивительное фиалковое платье в пол. С прозрачными шифоновыми рукавами, деликатно открывающими плечи, кокетливым вырезом, слишком большим, чтобы считаться целомудренным, но слишком маленьким, чтобы хоть кто-то мог упрекнуть меня в распущенности. Нежная юбка из двенадцати слоев полупрозрачного фатина удивительным образом лишь подчеркивала изящность моей фигуры. К платью нашлись туфли на аккуратном каблуке и крохотная, но симпатичная сумочка для дамских мелочей.

Не прошло и получаса, когда я осторожно, стараясь не повредить прическу и не испачкать платье, вылезала из экипажа, остановившегося у ворот королевского сыскного бюро. Извозчика я отпустила, рассудив, что мне потребуется некоторое время, чтобы уговорить несносного Ротшильда стать моей компанией на этот вечер. Прийти одной было бы непозволительно, а других кандидатов в спутники у меня не было.

Удивительно, но по пути мне никто не встретился: коридоры были пусты, сыщики словно разбежались куда-то. Хотя, может, так оно и было, ведь в нашем городе вечно что-то случалось, а следователей было модно вызывать по любому, даже незначительному поводу. Так что я беспрепятственно и без лишних любопытных взглядов добралась до кабинета Джеймса. И только на пороге подумала о том, что он тоже может быть в отъезде.

Затаив дыхание, я постучала в дверь. Только бы Ротшильд был на месте!

Через мгновение я с облегчением услышала сначала удар, потом тихую площадную брань: видимо, великий сыщик так спешил мне открыть, что приложился чем-то о мебель.

Дверь распахнулась резко, так что я едва успела отскочить, чтобы мне не попало по лбу. Хороша бы я была с ровным синяком прямо посередине лба! В таком виде не то что на открытие выставки, даже из дома выйти стыдно! А сейчас у меня было слишком много дел, чтобы я могла себе позволить такую роскошь, как пребывание дома.

А вот чего я не учла, так это того, что слишком высокий каблук зацепится за самую нижнюю юбку платья, напрочь лишая меня равновесия. Неловко всплеснув руками, я качнулась вперед, прямо в заботливо подставленные объятия Ротшильда. Лицо у него при этом было такое, будто это не я вовсе, а какая-нибудь совершенно неуместная в стенах сыскного бюро персона.

- Дженнифер? - удивленно спросил он, не выпуская меня из рук.

- Так точно, сэр Ротшильд, - выдохнула я, чувствуя себя ужасно неловко в объятиях Джеймса. - Если у вас плохо со зрением, лучше отпустите, я на пару шагов отойду, и вы сможете убедиться в том, что я вас не обманываю.

- Боги, леди Гринвуд, такую чушь можете нести только вы, - закатил глаза мужчина, осторожно возвращая меня в вертикальное положение. - Чем обязан вашему визиту, да еще и в таком виде? Дело застопорилось, и вы решили меня соблазнить?

- Вы слишком хорошего о себе мнения, сэ-эр, - протянула я.

Соблазнить, значит? Если я хоть что-то понимаю в мужчинах, выгляжу я потрясающе. Потому что даже этот суровый и холодный человек не сводит с меня сейчас восхищенного взгляда.

- Тогда что произошло, леди Гринвуд? - ехидно поинтересовался он, поспешно отводя взгляд, будто прочел мои мысли. - Помнится, вы ехали в салон? Забыли, зачем, и решили забежать сюда за уточнениями?

- Заехала за вами, - невозмутимо ответила я. - Сегодня вы - мой кавалер на одном светском приеме.