Стекло и порох

Часть 2. Зеркала и кровь

Башня возвышалась над пустыней, как заноза в глазу мироздания. Её грани, отражая звёзды, переписывали небо: созвездия складывались в символ «G3N-X», а Млечный Путь изгибался спиралью ДНК. Люси стояла у подножия, её тень дробилась на тысячи отражений. Каждое из них шептало: «Ты наша. Ты вечна».

— Вакцина готова, — Ева протянула Алексею ампулу с мутной жидкостью. — Но для активации нужен её чип. — Она кивнула на Люси. — Он… перезапустит систему.

— То есть убьёт её? — Алексей сжал ампулу так, что стекло впилось в ладонь.

— Или освободит, — Вероника прицелилась в ближайшее зеркало. В нём мелькнула тень — человек в плаще, слишком знакомый походкой. — Лика?

Но когда зеркало треснуло от выстрела, из осколков возникла фигура в золотой маске. Не Лика. Она сама. Вероника из отражения улыбалась, держа в руках окровавленный нож.

— Добро пожаловать домой, — сказало отражение.

Внутри башни время текло боком.

Стены были устланы экранами, показывающими альтернативные реальности: Катя, живущая в тихом городке; Алексей, стреляющий себе в висок; Люси, правящая миром из трона из костей. Ева шла первой, её ДНК-сканер пищал, находя точки входа.

— Здесь, — она остановилась у портала, похожего на гигантское зеркало. — Сердце башни. Но…

Зеркало ожило, и из него вышла Ева. Точная копия, но с чипом на виске и глазами цвета ртути.

— Привет, сестра, — клон улыбнулась. — Ты опоздала. Мы уже начали.

На экранах замелькали кадры: по всей Земле люди падали на колени, их кожа покрывалась чешуёй, а из спины прорывались крылья.

— Это эволюция, — клон-Ева подошла ближе. — Мы становимся теми, кем должны были быть.

— Нет! — оригинальная Ева выстрелила из пистолета, но пуля прошла навылет.

— Здесь я — бог, — клон махнула рукой, и стены сомкнулись, отделяя Еву от остальных.

Алексей и Вероника бежали за Люси.

Девочка, ведомая голосами, шла к центру башни. Её чип снова светился, но теперь свет был ядовито-зелёным.

— Она ведёт нас в ловушку, — Вероника схватила Алексея за рукав. — Мы должны остановить её!

— Нет, — Люси обернулась. Её глаза были как у Хранителя — без зрачков, без души. — Вы должны увидеть.

Они вышли в зал, где вместо пола зияла бездна, заполненная зеркалами. Над ней парил кристалл, но не чёрный, а прозрачный, как слеза. Внутри него — силуэт Кати.

— Она жива? — Алексей шагнул к краю.

— Нет, — Люси коснулась кристалла. — Это её память. И моя. И ваша.

Зеркала ожили, показывая моменты их жизней: смерть Кати, взрыв лаборатории, Лику, умирающую в огне. В каждом отражении Люси стояла на заднем плане, наблюдая.

— Я везде, — сказала Люси. — Я — результат всех ваших выборов.

Вероника подняла ампулу:

— Тогда сделаем последний.

Ева в ловушке.

Клон-Ева сидела за терминалом, вводя код за кодом.

— Ты думаешь, ты особенная? — она усмехнулась. — Ты всего лишь резервная копия. Катю создали первой. Ты — её тень.

— Врёшь, — Ева ударила кулаком по стеклянной стене, за которой клонировали мутантов.

— Проверь, — клон кинула ей нож. — Твоя ДНК… Разрежь кожу.

Ева провела лезвием по ладони. Кровь была не красной. Фиолетовой.

— Вирус… — прошептала она.

— Нет, — клон засмеялась. — Ты — вирус.

Алексей бросил ампулу в бездну.

Кристалл взорвался светом, и зеркала начали трескаться. Люси кричала, её тело рассыпалось на частицы, смешиваясь с энергией.

— Я… не могу… — она тянулась к Алексею. — Прости…

Он схватил её за руку, но она стала прозрачной.

— Нет! — Вероника ввела вирус в терминал у края бездны. — Мы теряем её!

Башня дрогнула. Зеркала падали, и в их осколках мелькали лица погибших: Лика, Саша, Игорь. Люси рассмеялась, и это смех эхом отразился в тысячах реальностей.

— Спасибо, — её голос стал эхом. — Теперь я свободна.

Её тело исчезло, а кристалл рухнул в бездну, увлекая за собой башню.

Они очнулись в пустыне.

Рассвет окрашивал песок в кровавые тона. Башни не было. Не было и Люси. Лишь фиолетовая лужа на месте, где лежала Ева.

— Что мы сделали? — Вероника упала на колени.

— Закончили войну, — Ева подняла дрожащие руки. Её кожа светилась фиолетовым под солнцем. — Но теперь я… не знаю, кто я.

Алексей посмотрел на горизонт. Там, где была башня, теперь стоял одинокий кактус. И под ним — детский ботинок. Катин.

— Мы идём, — он поднял ботинок. — Пока не закончились звёзды.