Шло время, а ничего не менялось. Он был заперт в самом себе, в аду, который никто не видел.
Пока не появилась Таня.
С ней было тихо. Не молчаливо, а именно тихо внутри. Она не лезла с советами, не пыталась его «починить». Она просто была рядом. И все замечала. Как он вздрагивает от резкого звука, как сжимает челюсть, слыша чей-то смех, как замирает и уходит в себя после невинной, казалось бы, фразы.
Он и на неё поднял руку однажды, ослепленный приступом ярости. Она не расплакалась и не убежала. Она посмотрела на него с такой бездонной печалью, что ему стало стыдно до тошноты. И сказала тихо: «Кирилл, я же не враг».
Она терпела. И разговаривала. Постепенно его буря начала стихать, уступая место хрупкому спокойствию.
Отредактировано: 15.11.2025