Стеклянная тюрьма

Глава 16

Стоило Колину переступить порог звёздного класса, как сердце сжалось от разочарования. В воображении он рисовал волшебное пространство: мерцающие планеты под потолком, стены, усыпанные звёздами…

Но реальность оказалась прозаичной: обычные парты в ровные ряды, серые стены с портретами астрологов в тёмных рамках. Лишь светло‑голубой ковёр на полу дарил слабое ощущение уюта.

«И это — звёздный класс? — мысленно усмехнулся Колин. — Просто кабинет географии без глобуса».

Преподаватель вышагивал между рядов, погружённый в карту. Его облик притягивал взгляд. Спутанные чёрные волосы и ярко‑зелёные глаза, будто видящие сквозь реальность.

— Это наш самый странный преподаватель, — прошептал Робер. — Его зовут Матар.

— Почему «странный»? — приподнял бровь Колин.

Он скользнул взглядом по фиолетовому бархатному костюму учителя и бабочке в горошек, небрежно сдвинутой набок.

— Спросишь, умеют ли звёзды разговаривать, и он весь урок будет рассуждать об этом всерьёз, будто они живые! — проговорил Робер.

Колин кивнул:

— Матар нашёл бы общий язык с мадам Хомам из «Талисея». Она тоже считала, что звёзды живые.

— Вот они оба чудики! — рассмеялся Робер и направился к своему месту.

Постепенно класс наполнялся учениками. Учитель продолжал ходить между партами: то резко вскидывая палец, то медленно опуская его, словно рассуждал о чём-то сам с собой.

В какой-то момент Матар резко сложил карту, будто пробуждаясь, и обвёл аудиторию взглядом.

— Здравствуйте, ребята, — улыбнулся он. — Сегодня мы поговорим о волшебных звёздах.

Его голос зазвучал проникновенно, заставляя всех притихнуть.

— Они живут на небе и излучают необыкновенно прекрасный свет. Поднимитесь высоко, и вы услышите, как звёзды читают стихи на небесном языке, а то и поют колыбельные…

Матар сделал паузу, и в этой тишине словно зазвучали невидимые ноты.

— Но, как и существа Магического мира, эти прекрасные сияющие шары не вечны. Они стареют и умирают. Когда это происходит, звезда срывается с места, падает, рассыпается на маленькие кусочки и, достигнув земли, превращается в камень. Говорят, если сжать звёздный камень в руках и загадать желание, то оно исполнится.

Он тяжело вздохнул, затем аккуратно убрал в карман карту.

— Я нашёл больше десяти таких камней, но ни один не исполнил моего желания, — вновь заговорил учитель, и в его голосе прозвучала затаённая горечь. — А это значит, что не все легенды Магического мира правдивы. Некоторые — просто красивая сказка…

Он замолчал. В классе повисла тягучая тишина. Каждый ученик словно мысленно перебирал знакомые с детства предания, проверяя их на прочность.

Матар медленно отошёл от парт и направился к узкой металлической лестнице, приютившейся у двери. Её тонкие перекладины мерцали в полумраке, будто звенья призрачной цепи, ведущей за грань обыденного.

Дотронувшись ладонью до ступени, учитель обернулся. Но теперь говорил тише, словно делился сокровенным:

— Падая, звезда оставляет осколки: маленькие, почти невесомые кусочки. Они зависают в небе, тускло сияя. До них можно дотронуться и собрать в склянку. Тогда они будут светиться ещё очень долго, наполняя всё бледно‑голубым светом. Это очень красиво…

Он поднял взгляд к потолку, будто пытаясь разглядеть там что-то невидимое, а затем с едва уловимой грустью добавил:

— Но, к сожалению, осколки не обладают никакими волшебными свойствами.

Матар встряхнул головой, и в его глазах вспыхнул новый огонёк.

— Сегодня особенный вечер. Ожидается, что с неба упадут десятки звёзд. И мы с вами должны это увидеть. Помните: загадывать желания под падающие звёзды бесполезно. Но если вам очень хочется… то делайте это!

С этими словами он легко запрыгнул на лестницу. Фиолетовый костюм мелькал между перекладинами, а бабочка в горошек покачивалась. Он поднимался всё выше, пока не достиг люка в потолке. Тот беззвучно распахнулся, и Матар скользнул внутрь.

Ученики переглянулись. В их взглядах смешались любопытство, лёгкая растерянность и предвкушение. Один за другим они поднялись со своих мест и, не сговариваясь, направились к лестнице.

Колин улыбнулся себе под нос и уже хотел пойти за учителем, но взгляд зацепился за что-то впереди.

Майк. Тот едва успел сделать пару шагов, когда перед ним, словно из ниоткуда, выросла нога Билла. Тот небрежно вытянул её из‑за парты, будто случайно.

Колин стиснул зубы. «Начал мстить», — мелькнуло у него в голове. Он шагнул вперёд, но Майк уже справился сам — ловко перепрыгнул через препятствие и резко обернулся.

— Ты специально подставил мне подножку? — спросил он, нахмурившись.

В его глазах вспыхнул ледяной огонь, но лицо осталось невозмутимым.

— Конечно! — Билл расплылся в самодовольной ухмылке, явно наслаждаясь моментом. — Думал, ты крутое сальто сделаешь. А ты просто... ну, ты видел.

Он разразился громким смехом. Несколько учеников замедлили шаг, с любопытством поглядывая в их сторону.

Колин замер. Он хотел вмешаться, но никак не мог найти нужные слова.

— Что тебе от меня нужно? — спросил Майк, не отводя взгляд от Билла.

— А ты не догадываешься? — Билл шагнул ближе, его глаза вспыхнули алчным блеском. — Ты должен уступить мне свою кровать. У окна.

— Ты привык получать то, что хочешь, да? — спросил Майк.

— О, ты всё верно понял, — Билл провёл рукой по своим идеально уложенным волосам, словно подчёркивая своё превосходство. — И знаешь что? Так будет всегда.

— Нет, Билл. Таким способом ты ничего не добьёшься. Ни сегодня, ни когда‑либо ещё, — холодно ответил Майк.

С этими словами он решительно развернулся. Колин молча последовал за другом, не оглядываясь. Он понимал, что это не конец, но сейчас нужно было двигаться дальше.

Металлические перекладины холодили пальцы. Лестница уходила вверх, растворяясь в сиянии, а затем внезапно оборвалась у порога прозрачного зала.