Стеклянная тюрьма

Глава 51

Грей шагнул в лес. Воздух, пахнувший хвоей и влагой, ударил в лицо. Он глубоко вдохнул и чуть не чихнул от обилия запахов: сырая земля, смолистые иголки, едва уловимый след недавнего дождя… А ещё — грибы, мох, мышиная норка слева… «Ого, я даже слышу, как она грызёт орех! Это круче любого супергеройского фильма!» — усмехнулся он. Напряжение отпустило. Здесь было его место.

Пробираясь сквозь заросли, Грей невольно прислушивался. Шелест листьев, скрип старых ветвей, далёкий клёкот птицы… Каждый звук он узнавал, как старую песню. Уши сами улавливали шорох, а нос — новые запахи.

Обогнув могучий дуб, Грей замер. Впереди вилась узкая тропа. Она уводила вниз, в гущу леса, где тени превращались в чернильную темноту. Он ступил на неё, ускоряя шаг. Этот лес он знал до последнего корня.

Вокруг кипела жизнь. Где‑то вверху хрустнула ветка — белка устроилась на суку. Вдалеке журчал ручей, из него пил молодой олень. Птицы перекликались, их песни сливались в привычный гул. Даже цветы, рассыпанные по траве, теперь пахли по‑особенному.

Грей зашёл глубже. Солнечные лучи всё реже пробивались сквозь полог листвы. Впереди послышались чужие голоса, а в нос ударил резкий запах волков. Кто это? Знакомые? Или…?

Ветер доносил обрывки слов, смешивая их с шёпотом листьев. Грей присел, чуть пригнув колени, и медленно двинулся вперёд, стараясь ступать бесшумно.

— Да послушайте вы! Шустрый пропал. Его должен кто‑то заменить. Нашей стае нужен вожак. Что, если его убили?

— Перестань! — оборвал резкий, возмущённый голос.

Другие согласно загудели.

— Я понимаю ваши чувства. Но мы не можем ждать Шустрого вечно. Нужно продолжать охотиться. Иначе мы умрём, как умерли другие оборотни.

— Мы не умрём! — прогремел низкий бас. — Мы не стая зайцев! Мы волки!

— Давайте перестанем тратить время. Первая кандидатура — Коготь.

— Я пас, — отозвался тот. — Если тебе так неймётся, сам и управляй нашей стаей.

Возникла пауза, но лишь на миг. Она тут же сменилась насмешливым голосом:

— Взять на себя такую ответственность? Ну что ж… Раз никто не хочет, то я…

— Шустрый! — восторженный крик разорвал напряжённый разговор.

Все разом обернулись. У ствола древнего дуба, небрежно прислонившись плечом, стоял Грей.

Радостные крики заполнили поляну. Один оборотень бросился к нему, хлопнул по плечу: «Жив, брат!», другой облегчённо выдохнул. Лишь тот, кто ещё мгновение назад рвался занять место вожака, не шелохнулся.

«Чёрный», — всплыла его кличка в памяти Грея. — «И кажется, он уже считал себя главным...»

Он отвернулся, пытаясь вспомнить остальных, но пока неудачно.

— Где ты был? — вырвалось у кого‑то из стаи.

— Да так… В плену, — бросил Грей, на ходу придумывая ответ.

Стая насчитывала семь оборотней, включая его самого. Все — молодые, но потрепанные: на коже алели шрамы, кое‑где виднелись свежие порезы. А у того, кто явно невзлюбил «куклу» Грея, не хватало пальца на левой руке. Он выглядел старше остальных: грубые черты лица, неряшливые волосы, заляпанные грязью, — всё выдавало в нём того, кто привык добиваться своего силой.

— Ты что, сбежал? — процедил какой‑то парень.

«Это Коготь, — вспомнил Грей. — Добрый малый. Любит экспериментировать с едой».

— Да, сбежал, — коротко произнёс Грей.

Стая взорвалась гулом восхищения.

— Мы уж думали, ты сгинул, — выдохнул молодой парень с ещё не до конца зажившим шрамом на щеке.

— Кто же тебя поймал? Глатей? — выступил вперёд Чёрный.

Грей вздрогнул. Запах гнили, идущий от Чёрного, ударил в ноздри, выдавая раздражение.

— Не знаю. Мешок на голову — и в темницу, — отмахнулся Грей, стараясь не показать волнения.

Губы Чёрного дрогнули в усмешке, будто он знал, что это ложь.

— Наверное, Глатей, — вставил зеленоглазый парень, нервно теребя край рубахи. — Он ненавидит нас. Я слышал, что он ловит оборотней и проводит на них разные опыты…

— К нам сейчас все плохо относятся, — буркнул Чёрный, скрестив руки на груди. — Мы для них — звери, которых можно истреблять.

— Чёрный, ну хватит тебе, — оборвал его рыжий парень. — Не весь же мир ополчился против нас!

— И кто же за нас? Ты кого‑то видишь здесь, ну? — голос Чёрного стал громче, в нём зазвучало рычание.

Грей бросил взгляд на лагерь. Рваные шкуры валялись у корней деревьев, между камнями виднелись обглоданные кости. «Ну и бардак…» — подумал он. Казалось, они привыкли к постоянным скитаниям. Лишь в центре, сложенные небрежной грудой, лежали брусья и ветки — основа для костра.

— Я страшно хочу есть, — пожаловался Коготь, потирая живот. — Когда мы пойдём на охоту?

— Ты знаешь правила, — властно отрезал Чёрный. — Мы охотимся только по ночам.

Он в упор посмотрел на Грея и скрестил руки, словно ожидал от него возражений.

— Чёрт! Шустрый, а тебя хоть кормили в плену? — обернулся к нему зеленоглазый.

— Нет, — признался Грей. — Но там были крысы.

— А! Воспользовался моим рецептом! — радостно воскликнул Коготь. — А говорил, что не пригодится!

Грей усмехнулся, качая головой. Пока что ложь давалась ему на удивление легко.

— Что, мы даже птицу не можем подстрелить? — не унимался Коготь, бросив взгляд на небо. — До ночи ещё много часов…

Оборотни замерли, выжидающе глядя на вожака. В их глазах читалась надежда. Грей помедлил, поймав на себе пристальный, недоверчивый взгляд Чёрного. Тот чуть качнул головой, словно говоря: «Не смей».

«От голода они станут совсем слабыми...» — подумал Грей.

— Можем, — внезапно выпалил он. — Но… но будьте осторожны, днём нас проще заметить.

Стая зашевелилась, зазвучали возбуждённые голоса. Кто‑то рванул к дуплу, вытаскивая самодельные луки и стрелы, другие захлопали в ладоши, оживленно переговариваясь. Только Чёрный остался на месте. Он наклонился вперёд и тихо бросил: