«стеклянный мальчик»
Глава 4: Крах иллюзий
Прошло пару месяцев. Вечер был тихим и тёплым, последним подарком уходящего лета. Руслан провожал Катю домой после гулянки с её подругами. Он нёс её сумку, и они смеялись над какой-то глупостью, но в его смехе всё ещё слышалась неуверенность, а в её — лёгкая снисходительность. Воздух пах пылью и спелыми яблоками.
Идиллию разорвали резкие голоса. Из-за угла гаража вывалилась пьяная компания — пятеро парней, на вид не намного старше их. Их громкий, агрессивный смех замолк, когда они увидели Катю.
«Э, смотрите, какая фрау припёрлась!» — крикнул один, и пошло-поехало: свист, похабные шутки, приглашения "пройтись".
Руслан почувствовал, как у него похолодели руки. Инстинктивно он шагнул вперёд, заслонив Катю своей спиной. Месяцы в зале сделали его плечи шире, и в эту секунду он почувствовал прилив странной, почти звериной уверенности.
«Я смогу. Я защищу её», — пронеслось в голове.
«Отстаньте», — сказал он, и голос, к его удивлению, не дрогнул.
Но реальность оказалась грубее и циничнее любых тренировок. Парни не испугались. Они обступили их полукругом. Один, самый крупный, жестом отозвал двоих, и те, как щенки, ринулись выполнять приказ. В следующий миг Руслан почувствовал, как его руки скручивают за спину. Он рванулся, но его держали уже трое — крепко, по-братски жестоко.
«Руслан!» — закричала Катя, но её крик тут же оборвался. Двое других парней схватили и её, зажимая рот ладонью.
И тогда началось. Первый удар кулаком в живот вырвал из него стон и весь воздух. Второй, в лицо, ослепил белой вспышкой боли. Он видел расплывчатые силуэты, слышал хриплый смех и приглушённые, полные ужаса крики Кати. Он пытался вырваться, но его держали, как в тисках. Каждый новый удар — по рёбрам, по спине — был унизительным и беспомощным. Он не мог даже упасть, чтобы защититься.
Они били его методично, без злобы, словно выполняли рутинную работу. А он видел только испуганные, полные слёз глаза Кати, которые смотрели на него — на него, кто должен был быть защитником, рыцарем — и видели лишь избиваемого, беспомощного слабака. Этот взгляд жёг больнее любых кулаков.
В ушах стоял оглушительный звон, смешанный с её приглушёнными рыданиями и тяжёлым дыханием нападавших. Мир сузился до вспышек боли, до запаха чужого пота и алкоголя, до чувства полного, абсолютного поражения. Все его тренировки, вся его новая «сила» оказались жалким фарсом. Он снова был тем самым Русланом, который не может постоять ни за себя, ни за того, кто ему дорог.
Отредактировано: 23.11.2025
Добавить в библиотеку 