Стенания. В центре небытия

2.6. Мытарства в Небытие

Крах. Первобытный грех. Карающий меч правосудия.

- Чего Вы хотите? Что Вам от меня нужно? – чуть не плача заскулил Позадовский.

- Я всего на всего хочу, чтобы ты признал свои ошибки и встал на путь истинный. – по-доброму сказал Бог, оставаясь в облике Иисуса Христа.

- Какие ошибки? Какой путь истины? Я повторюсь, ведь я ни в чём не виноват! – встревожено продолжал гнуть свою линию защиты парень. – Я читал библию и прилежно соблюдал все Ваши законы!

- Так прям и все? А как на счёт девятой заповеди?

- Так я и не обманываю.

- А шестая заповедь?

- Я никого не убивал!

- Ты абсолютно в этом уверен? А как же твой товарищ, которого ты давеча от злости и предубеждения, ко мне на суд праведный отправил?!

Константин замялся и стыдливо опустил голову, притупив свой напыщенный гонор. Он понимал, что здесь не получится ничего скрыть, и абсолютно все факты из его биографии тут известны. Но сдаваться просто так он не собирался и потому стал оправдываться, как только мог:

- Да после того, что он сделал – он мне вообще не товарищ! Я особо и не общался с этим ушлёпком и не трогал бы его, если бы он мне дорогу не перешёл гад. Зачем спрашивается, он мою девушку увёл?! Какое он имел право на это? Не по-пацански так-то! Потому он получил сполна! К тому же, я вот ещё что, роман Достоевского читал «Преступление и наказание» вот. Так там Раскольников про свою статью в газете «Периодическая речь» рассказывал. И идея у него такая интересная была, что существует, мол, два типа людей: обыкновенные и необыкновенные. Обыкновенные люди, то есть, низшие, первого разряда – есть материал быть послушными. Второй разряд (необыкновенные) – имеют дар или новое слово сказать. Им негласно разрешено преступить закон, делать преступления во благо. Первый разряд потом казнит второй, но через поколение ставит их на пьедестал и им поклоняется. Первый разряд всегда господин настоящего, а второй разряд – господин будущего. Первые сохраняют мир и приумножают его численно; вторые же двигают мир и ведут его к цели. – Костя на секунду отвлёкся от своих пылких изъяснений, и снова уловил себя на странной мысли, что ему так легко удалось вербально процитировать великое произведение великого писателя почти слово в слово, хотя до этого он такой феноменальной памятью никогда не отличался. Позадовский снова свалил всё это на происки неких учёных, которые почему-то решили именно на нём провести свои замысловатые опыты, и теперь ему легкодоступны такие уникальные ментальные возможности. После чего Костя опять начал бесцеремонно доказывать Богу свою невиновность – Так вот и я причисляю себя ко вторым! А значит, право имею! Да, к тому же, я и не знал, что всё так выйдет. Хотел просто его проучить немного, но, видимо, силы не подрассчитал, уж больно я зол был тогда на этого подонка…

- Однако, мания величия – это тоже грех, Константин! – пожурил молодого человека Бог, помахав выставленным к верху указательным пальцем правой руки. – И как славно, что ты вспомнил этот замечательный роман – тогда ты должен помнить, что случилось с его главным героем в конце произведения?

- Я, признаться честно, не дочитал книгу до конца, как впрочем, и библию тоже. Уж простите! Слишком много букв. Я просто пролистывал страницы и вычитывал некоторые абзацы, за которые глаза цеплялись. Ну, чтобы было потом, чем перед пацанами хвастаться и перед девчонками выпендриваться, что я, мол, такой умный и начитанный. Правильную литературу читаю, классику там и т.д.

- Сознаёшься! Это правильно, но не достаточно для исправления. Родион Романович Раскольников сознался в своём преступлении и получил семь лет каторги, но больше всего он сам себя наказал и винил всю жизнь «Я себя убил, а не старушонку…» Впрочем, это всего лишь вымышленный персонаж. Но есть много реальных подобных историй, когда люди каются в своих прегрешениях. Они достойны моего прощения. Тем самым они освобождают свои души от вечных мытарств. В покаянии ты тоже обретёшь свободу и получишь возможность вернуться в свой мир или уйти на вечный покой. Тебе выбирать.

- Вечный покой? – с подозрением спросил Позадовский.

- Рай, небеса, святилище душ. Называй, как тебе больше нравится, но суть одна. Это один из немногих параллельных миров, где путь души заканчивается навсегда. Уставшие от постоянных блужданий по мирам души, очищенные от мирской суеты и заблуждений – обретают здесь абсолютную свободу, пребывая в бесконечном блаженстве и покое.

- Но я не хочу на покой! Я ещё жить хочу! – запротестовал Костя упрямо и стал жалобно и совсем неловко оправдываться. – Я хочу домой. У меня ещё куча дел дома: кран там на кухне течёт – надо починить, обои хотел в прихожей поклеить, одежда не стирана валяется, пропылесосить в своей комнате ещё забыл… А, самое главное вспомнил вот, мы же с пацанами договорились сегодня вечером пиво попить и на дискотеку сходить, а в понедельник на работу ведь надо идти. Начальник однозначно меня убьёт, если я не выйду. Он и так постоянно ругает меня за опоздания, а так точно меня премии лишит. А оно мне надо?!

- Всё в твоих руках, Костя! – совершенно спокойно ответил Всевышний, словно не принимая во внимание «веские» аргументы своего собеседника. – Если ты хочешь выбраться отсюда и попасть домой – тебе просто надо очистить свою душу и дойти до края небытия, там будет выход. А дальше ты сам знаешь, что надо делать. Удачи тебе! Помни: я всегда буду рядом.

Константин хотел было ещё что-то возразить в ответ, но застыл с раскрытым ртом, так как Бог вдруг стал медленно растворяться в пространстве, словно исчезающее на глазах привидение, а затем и вовсе исчез из виду.

- Подумаешь! Тоже мне фокусы. – с лёгкой обидой процедил Позадовский, негодуя, что его оставили одного в четырёх стенах и толком не объяснили, как отсюда выбираться и где искать выход. – Я выкарабкаюсь! Сам справлюсь! И без Вашей помощи обойдусь. Не велика честь! А то, что я убил Неверина, так я нисколько не сожалею! Попадись он мне ещё раз на глаза, то…