Стенания. В центре небытия

Часть 3. Семь смертных грехов. 3.1 Лень

Апатия. Безысходное уныние. Праздность опостылевшей жизни.

- Я Пётр. - настороженно сказал Неверин в темноту.

- Ещё скажи, что ты апостол?! – произнёс с недоверием и лёгким сарказмом некто во мраке.

- Я не апостол. Я Пётр Сергеевич Неверин. Я всего лишь - каменщик.

- Ну, хорошо хоть не плотник, - продолжал язвить незнакомец. – Ну, и чего же тебе тут надо, каменщик Пётр?

- Я ищу выход отсюда.

- Отсюда нет выхода! – грубо изрёк голос с раздражительной интонацией. – Здесь вообще ничего нет, кроме меня. Вот только иногда шляются тут всякие вроде тебя и несут полный бред. Убирайся отсюда, подобру-поздорову!

- Простите, а как Вас зовут?

- А на кой ляд тебе это надо знать?

- Да так, из праздного любопытства.

- Игорь.

- Очень приятно!

- А мне нет!

- Вы здесь один? А как долго? А почему Вы здесь? – неожиданно пропёрло любопытство у Петра, от встречи в Стенании с незнакомой человеческой душой. – Игорь, неужели, Вам тут не скучно одному и Вы не хотите ни с кем поговорить?

- О чём с вами проходимцами разговаривать-то? Что вам вообще тут надо? Чего вы постоянно снуёте туда-сюда? Оставьте меня уже все в покое, наконец! Задрали меня уже все!

- Может, Вы высказаться хотите? Поговорить по душам? Вот увидите, Вам сразу станет легче. Правда!

- Правда? Ну, конечно. Щаз! Ага… Что вы все от меня покаяния то добиваетесь? Расскажи, тебе легче станет. Заходил тут ко мне как-то недавно один товарищ, вроде тебя, и говорил почти тоже самое. Мол, если я ему откроюсь и всю душу вылью – то я спасусь и отправлюсь на вечный покой. Ха! Деловой! Не ну, ты представляешь?! А ещё мне намекал на то, что он якобы, и есть Бог. А главное так уверенно втирал мне, что я ему почти даже поверил. Хорошо, что я не лыком шит и сумел откреститься от этого святоши липового. Прикинь: народ нынче пошёл какой…

- А как он выглядел этот Бог?

- Ты чё, угораешь сейчас на до мной что ли? Как же я его разглядеть мог, если тут тьма непроглядная.

- Так Вы силой мысли можете осветить своё пространство и всё увидите.

- Ну, ты даёшь! – усмехнулся Игорь и припомнил крылатое выражение из известного фильма. – «Кто ж его посадит? Он же памятник». Ты чего мне тут ботву на уши вешаешь? Я что, по-твоему, волшебник что ли? Я даже не учусь. Если бы я мог управлять всем силой мысли, – то я бы уже давно выбрался из этой клоаки. Хоть здесь мне и нравится, надо сказать.

- Но это правда! Мне Бог открыл эту тайну, и я могу теперь этим управлять.

- Как мне уже всё это осточертело! – устало и со злостью произнёс измотанный бездельем человек. - Все эти пустые разговоры о Боге, о религии, вере… Сколько можно?! Одно и то же. Бог спасёт, Бог милосерден, Бог милостив. Да нет никакого Бога и быть не может и точка на этом. А если ты ещё раз заикнёшься про это – то я за себя не ручаюсь тогда.

- Но я тоже так думал раньше, как и Вы, но сейчас… - Пётр вдруг поймал себя на мысле, что прежде имел ложное представление о Боге точно так же, как и этот безнадёжно заблудший человек, а теперь осознал, что был таким же твердолобым невеждой. Только он всё равно пока не хотел признаваться самому себе, что начал верить во Всевышнего, даже, несмотря на то, что буквально недавно общался с ним лично. Пока это всё шло в разрез с его идейными и жизненными убеждениями, которые он никак не хотел переосмысливать и изменять.

- Ты что не слышал, что я сказал? Я сейчас тебе наваляю, если ты сию минуту не угомонишься уже!

- Ладно, ладно. Успокойтесь, – сказал Неверин, дав своему собеседнику немного остыть, и через короткую паузу спросил у него. – Что Вы теперь планируете делать? Вы же не собираетесь сидеть так целую вечность?!

- Собираюсь! – твёрдо и уверенно процедил оппонент Петра. - Меня уже все достали. Я ничего не хочу и мне ничего больше не надо. Я хочу сидеть здесь, в полной темноте и никого не видеть и не слышать больше. Но нет, и здесь мне не дают покоя. Шляются тут всякие. Я в миру ничем толком не занимался, потому что ненавидел всех и вся. Однажды, соседка сказала мне, чтобы я пошёл и на работу устроился, а не сидел, протирая штаны целыми днями. Какая к чёрту работа?! Меня и так уже всё задолбало и без того, а она говорит «работа». Нет, порой среди людей попадаются нормальные экземпляры, но в целом среди них одни только идиоты и дебилы. Абсолютно никчёмные, тупые и аморальные личности. Понастроят каменных коробок и живут там как в гетто. Радуются копейкам и прочим житейским мелочам и не догадываются, что попусту прозябают свои никчёмные жизни. Каждый день одно и то же, одно и то же. Днище! Никакого разнообразия. Крысиные бега и день сурка. Делают вид, что любят друг друга, вступают в брак (брррр… слово то какое), а потом всю жизнь друг друга ненавидят, ругаются, дерутся, изменяют. При этом плодят себе подобных мелких отпрысков и учат их также бездарно прожигать эту жизнь. Круговерть мяса в природе. Нафига это всё? Ради какой, мать его, спрашивается великой цели? Если уж Бог и существует – то он просто забавляется, и играет нами как фишками.

- Я понял Вашу позицию, – сказал Неверин, но всё же предпринял попытку помочь этому человеку спастись из Небытия. - Но почему Вы сидите, сложа руки, и не пытаетесь отсюда выбраться? Я никак понять не могу. Почему не хотите вернуться домой?

- Домой!?! – с неподдельным возмущением воскликнул Игорь. – Теперь здесь мой дом. Здесь тихо и спокойно. Никто не мешает мне и не трогает меня. Если бы вы тут ещё не пробегали – то вообще не жизнь была бы, а просто песня. Сам себе хозяин и сам себе господин. Никто меня ни к чему не обязывает и не принуждает. Благо тут особо и нечем заняться. А что самое интересное ничего и не хочется. Все житейские потребности куда-то улетучились. Не хочется: ни есть, ни спать, даже в развлечениях нет смысла. Тут есть только я и мои стены, и мне больше ничего и не надо. Усёк?!

- Но как же так? – всё ещё недоумевал Пётр. – Это же до безумия скучно и глупо так сидеть и чего-то ждать.