Степь - дело тонкое

Глава 3

К краю Степи, от которой до города оставалось двигаться лишь несколько часов мы пришли позже на два дня, чем планировали. Это значило, что закупка продуктов предстояла такая, чтобы не приходилось останавливаться на обеды, иначе не успеем до начала пекла добраться до озера.

К счастью, задержка произошла не из-за нас и обедов, которые мы неизменно готовили каждый день, причем с запасом, которыми многие ужинали. Меня умилило то, как настойчиво Мираса доказывала, что воины племен только обедают, никогда не ужинают – лишь пьют вино после захода солнца. Когда после первого обеда оказалось, что остался втрое меньший от приготовленного запас густой вкуснейшей похлебки, ее не стало еще до заката, хотя во время обеда большинство серьезно объелись своими пол-литровыми пиалами. На следующий день ситуация повторилась. И на следующий. В общем, Мира смирилась с тем, что воины хотят есть всегда, а не воины просто рады трехразовому питанию, а лучше – чаще.

Задержка произошла из-за лопнувшей оси в повозке под холодным шатром. Пока нашли подходящее дерево, пока восстановили ось и заодно укрепили несколько других, прошли почти сутки, нагнать которые так и не удалось. А к концу первой недели одна из трех глубоко беременных женщин решила разродиться. Традиции не допускали родов на ходу, так что еще двадцать семь часов мы ждали появления на свет румяного малыша-богатыря.

Убедить мужа позволить нам отправиться за покупками стоило Мире больших трудов, но он в итоге сдался под ее напором и заверениями о том, что грамотная закупка – залог вкуснейшего питания всего племени, которое она готова обеспечить.

Женщины быстро уловили разницу между тем, как получалось без кого-то, кто командует и с нами, так что всю дорогу до границы Степи я командовала приготовлением ежедневных обедов.

К концу первой недели запасы окончательно истощились. Не осталось овощей, мясо осталось только вяленное. Прилично оставалось муки и вина, чем я и воспользовалась.

Сделали лаваш из пресного теста, которое замешивали таким же мягким, как на лепешки. Тесто долго и со спорами раскатывали до толщины в пару миллиметров, потом запекали на прогретом сухом казане как на сухой сковороде; внутрь густой винный соус на бульоне из чудом уцелевшей кости и вяленное мясо с большим количеством зелени. Получалось довольно вкусно, хотя и своеобразно, не особенно сытно, так что приходилось готовить по четыре штуки на каждого мужчину и по две на женщину, независимо от возраста. Потом закончилось и мясо, а мы с Мирой откопали где-то в самом темном и дальнем углу последний мешок риса и небольшой мешок фасоли.

Охотникам не везло и Мира убедила троих отправиться на рыбалку. И вот рыбалка плоды принесла: два небольших садка всякой речной рыбы, на которую все смотрели с отвращением. Мира объяснила, что есть ее совсем не вкусно. Наводящими вопросами я добилась информации о том, что шкура с нее не чистится, а есть со шкурой отвратительно.

Оказалось, что рыбу чистили так же, как наземную дичь: вспарывали пузо вынимали те внутренности, до которых добрались, а потом уже варили.

Та стоянка осталась после нас жемчужной. Мы учились зачищать рыбу от чешуи, вынуждая меня вспомнить детство Алины, когда мы часто жили именно рыбалкой, и приходилось обратной стороной ножа чистить карпов прямо на берегу. Потом мы вспарывали брюшки полностью и вытаскивали все внутренности. Самым сложным стала зачистка небольших карасиков и щучек от жабр, но и это мы пережили. И вот, наконец, получив головы с плавниками отдельно, тушки отдельно, я поставила бульон. Пахло странно, народ решил, что полноправная жена вождя сошла с ума. Я тоже так думала, но бульон упорно варила.

Никакой зажарки у меня не было, конечно, да и наполнить бульон получилось только накопанными на грядке кореньями, но в конце концов я посчитала бульон готовым к дальнейшему и засыпала пол мешка промытого риса. Подготовила зелень чеснока для придания пряности будущему супу и поместила рыбьи тушки в бульон.

Скоро я вынула ткань, в которую завернула тушки и мы принялись снимать с них мясо. Поначалу выходило довольно грязно, но все приловчились, особенно, когда рыбки поостыли и стало получаться снимать мясо голыми руками. Наконец, мясо вернулось в суп, рис был готов и даже чуть-чуть переварен. Добавила, порвав руками, листья чеснока и остатки молотого кориандра. Пять минут и вот Мира уже подает пиалу Нираму, который пробует и даже не комментируя начинает наворачивать получившуюся уху.

Сейчас мы вставали лагерем на целых пять дней. Нам с Мирасой и еще пятью соплеменниками предстояло закупить продукты и «Все чего захочет полноценная жена», - как перевела Мира. Вождь отрядил мужчин для закупки нескольких лошадей и повозок, были еще какие-то покупки, но о них нам не рассказали.

Пока лагерь ставился, Мира на своей лошадке в парадной одежде и в окружении соплеменников выдвинулась в столицу королевства людей. Ехали неспешно пять часов и оказались у городских ворот, где нас пропустили без вопросов, даже с рекомендацией о хорошем постоялом дворе.

Я удивилась близости границы Степи с таким важным городом, но Мира не знала ничего о причинах.

Там были сняты комнаты: для Миры с Вигой, для женщин и одного воина в охрану и места в общем зале для остальных мужчин.

Степняки отличались от местного общества, насколько мы успели увидеть. В Степи носили шаровары и широкие туники сверху, головы в степи покрывали длинными отрезами полотна для защиты от солнца и песка.

Мы не планировали делать в первый же день ключевых закупок, только узнать, что к чему, прикинуть цены и посмотреть ассортимент. А предлагалось довольно много всего. У Миры, которая никогда до этого в город не выезжала, разбежались глаза, но она стойко держалась и ничего не покупала, помня наши договоренности. Я же облетела весь внушительных размеров рынок, осмотрела массу всего. Много где на столбах прилавков висел один и тот же отпечатанный листок, с которого Мира прочитала, что на следующий день начинается ярмарка.