Степь - дело тонкое

Глава 26

Он заявился в Калису спустя полгода в сопровождении шайтанов. Хинн сообщил об абдикации через месяц, после завершения совета королей – я не знала что думать. Новый владыка Нордура загадочно улыбался и предлагал дать его отцу шанс на все мои нервные вопросы.

Херес безапелляционно заявил, что собирается погрузить отца в новую жизнь – я только беспомощно наблюдала, занятая недовольными обязательным для получения работы на городские службы. Люди, естественно, пришли ко мне с претензиями именно тогда, когда у меня настойчиво наметилась личная жизнь. Суть притязаний заключалась в следующем: обязательное для работы на Степь образование было введено шесть лет назад. Мы требовали от людей многого: уверенно говорить на всеобщем языке, уметь на нем писать и уверенно считать. Больше того, я сама же и оплачивала им время, которое они затрачивали на обучение в наших же школах. Практически все работники служб всех городов без проблем, которые бы дошли до меня выучились и вернулись к работе, но нашлись те, кто посчитал, что я знаю хуже.

После некоторых споров, была внедрена ежегодная проверка, которая выявляла таких людей и им предлагался выбор: или иди доучивайся, или ищи работу. Но всегда находились те, кто выбрал третий вариант: дойти до меня лично и поговорить со мной о том, что я требую от них знать больше одного языка для работы на городские аппараты Степи. Неделю спешно организованных слушаний я пыталась вспомнить, для чего я оставила людям возможность задавать мне такие вопросы и наблюдала за тем, как Аствинтур знакомится со степной столицей глазами нашего сына.

Он держался на расстоянии и не подходил ко мне ближе, чем заволновался бы от его присутствия Крер. Купил себе дом и занимался его обустройством, при живейшем участии Кагиры. Меня начало раздражать затянувшееся молчание.

Новостные листки всех городов пестрели несуществующими подробностями наших отношений, Бенира с неизменной улыбочкой приносила мне экземпляры и стойко выдерживала мой недовольный вид, когда я всё это читала.

К моменту, когда приблизился очередной совет вождей, я дошла до точки кипения. Вечером, вместо того, чтобы насладиться одиночеством в собственном доме, я отправилась по известному мне адресу дома отца моего сына. Пока шла, убеждала себя, что иду не ругаться, а разговаривать. Чтобы знать, что скажу послезавтра на совете вождей, которые точно заинтересуются новым иммигрантом.

Перед самой дверью неожиданно для себя замерла в растерянности и сомнениях.

- Боги, Мираса, это смешно. – Обругала себя и решительно постучала в дверь.

Она очень быстро открылась: видимо, Аст увидел, что я подхожу и ждал, когда постучу.

- Светлого дня! – Приветливо выдал он.

- Поговорим? – Выпалила я.

- Проходи. – Он посторонился.

Проводил меня в гостиную, предложил располагаться. Я никак не могла начать разговор. Аст предложил вина, я согласилась. Подал в бокалах из королевства, а не в степных кружках, и я какое-то время смотрела блики в бокале, пока он наблюдал за мной.

- Ты действительно собираешься тут жить? – Наконец, спросила я.

- Действительно собираюсь. – Кивнул он. – Пригласил погостить сестру из королевства, она уже в пути со всей своей семьёй.

- Да, Бенира сообщила об этом – я отправила Шайтанов встретить их и доставить сюда. – Согласилась я. – На днях совет вождей и я должна как-то объяснить твоё появление. Что по-твоему я должна сказать?

- Я могу прийти туда и сказать за себя. – Легкомысленно предложил он и я даже попыталась представить, что мне на такой номер скажут вожди.

- Это излишне. – Нервно отказалась я. – Аст, ты хочешь доказать, что я могу тебе верить?

- Можно и так сказать. – Он стал серьезным. – Помнишь, ты говорила, что тебе недоступно иметь семью? – Дождался моего кивка. – Мы можем жить как семья. Твой трон мне не нужен, от управления людьми за тридцать лет я устал так, что предпочту остаток дней просидеть в застенках, куда меня с удовольствием отправил бы твой телохранитель. Ты не веришь. – Глядя на мою гримасу заключил он.

- Я не то, чтобы не верю. – Честно протянула я. – Ты настроен серьезно. Но всё, что я о тебе знаю, говорит мне, что ты отстранишься и передумаешь в любой момент, когда тебя захватит что-то новое.

- Формально, ты – это что-то старое. – Хмыкнул он.

- Огоньком в лоб засвечу и придумаешь шутку получше. – Тут же окрысилась я.

- Тебе ничего не мешает продолжить гнуть ту же линию поведения, которую ты успела наработать. – Миролюбиво поднял он руки. – Говорить на все вопросы, что твоя постель – исключительно твоё дело. А что там между нами происходит мы как-нибудь разберемся, не маленькие. – Мы ещё немного помолчали, потягивая вино. – Приготовить для тебя ужин?

- Ты готовишь? – Удивилась я.

- Увлечение с юности. – Кивнул. – Так когда ты ела в последний раз?

- Утром. – Поморщилась я.

- Тогда идем на кухню. Я буду готовить, а ты смотреть.

В день совета вождей я малодушно осталась с утра дома, в поисках душевного покоя и верного решения. Кагира согласилась взять всё в первой половине дня на себя с настолько понимающим видом, что меня недостойно титула хозяйки Степи перекосило.

В зал советов я вошла с прямой, будто копье проглотила, спиной и задранным подбородком. Меня встретила настороженная тишина и вдвое больше вождей, чем приходит на советы обычно.

- Что привело на совет так много достойных мужей? – Хмыкнула я.

Ибрагим подал мне воды, после того как я уселась скрестив ноги на подушки.

- Мы знаем о том, что в город пришёл отец будущего хозяина Степи. – Пробасил вождь красноголовых. – И степные ишаки вспомнили о том, что имеют право явиться сюда и требовать от тебя ответа.

- Какое точное определение. – Хмыкнула я. – Все присутствующие вдруг решили, что могут влезть в мою постель и посмотреть кто там бывает. И ты, полагаю, с ними не согласен? – Обратилась к бесстрашному вождю.

- Я считаю, что мы здесь собираемся не для того, чтобы обсуждать твою жизнь. – Честно сообщил он.